Почему при рекордном сборе зерна продажи в России рухнули на 14%?
Российский агросектор в 2025 году столкнулся с парадоксальной ситуацией, которую учебники экономики называют «ловушкой перепроизводства» на фоне инфраструктурных барьеров. По данным Росстата, реализация зерновых сельхозорганизациями сократилась на 13,8%, составив 67,4 млн тонн. Это происходит в условиях, когда валовой сбор зерна, напротив, продемонстрировал впечатляющий рост до 141,2 млн тонн (против 125,9 млн в 2024-м).
Цифры говорят сами за себя: пшеницы продали на 14% меньше (46,8 млн тонн), а по рису просадка и вовсе составила катастрофические 30,9%. Почему при полных закромах рынок замер, и куда исчезла былая активность трейдеров и аграриев?
Что произошло на самом деле?
Мы наблюдаем классический «складской тромб». Несмотря на то что урожай 2025 года оказался значительно выше предыдущего, темпы его выхода на рынок замедлились. Аграрии не спешат расставаться с зерном, а покупатели не готовы платить цену, которая покрыла бы возросшие издержки производства. Особенно ярко это видно на примере технических и нишевых культур: реализация ржи упала на 17%, ячменя — почти на 18%. Даже картофель, базовый продукт, «просел» в продажах на 6,8%.
Экономическая причина события
В основе этого парадокса лежат три фундаментальных фактора:
- Ценовые ножницы: Себестоимость выращивания тонны зерна в 2025 году резко выросла из-за подорожания ГСМ, запчастей и логистики. При этом рыночные цены на зерно внутри страны оставались под давлением из-за высокого предложения (того самого большого урожая). Продавать зерно по текущим ценам для многих хозяйств означало зафиксировать убыток.
- Инфраструктурные ограничения: Рекордный урожай требует колоссальных мощностей для хранения и транспортировки. Дефицит вагонов-зерновозов и перегруженность портовых терминалов создали физический барьер для реализации.
- Стратегия ожидания: Крупные сельхозорганизации сознательно ушли в «глухую оборону», закладывая зерно на хранение в ожидании сезонного роста цен или изменения экспортных пошлин.
Кто выигрывает и кто теряет?
В выигрыше остаются те, кто успел диверсифицировать производство. Посмотрите на масличные культуры: их реализация выросла на 4,9% (до 18,8 млн тонн). Тот, кто сделал ставку на рапс или сою, сегодня чувствует себя увереннее. Также в плюсе переработчики, которые получают доступ к дешевому сырью на внутреннем рынке.
Теряют в первую очередь хозяйства, специализирующиеся исключительно на зерне и не имеющие достаточных мощностей для долгого хранения. Для них невозможность продать урожай сейчас — это дефицит оборотных средств для посевной кампании 2026 года. Также под ударом оказался сектор риса, где падение реализации почти на треть сигнализирует о серьезных системных проблемах в сегменте.
Что это означает для рынка?
Рынок переходит в фазу «отложенного предложения». Огромные запасы, накопленные в элеваторах, будут давить на цены в течение всего 2026 года. Это создает риски для рентабельности будущего сезона: если избыток зерна не будет вывезен на экспорт или переработан внутри страны, аграрии могут столкнуться с нехваткой ликвидности для закупки удобрений и семян под новый цикл.
Интересен и сдвиг в сторону масличных — это явный сигнал рынку: зерно перестает быть безусловным «золотом» полей, уступая место более маржинальным культурам.
Вывод:
Статистика 2025 года — это тревожный звонок. Мы научились ставить рекорды по сбору, но еще не научились эффективно и выгодно этот урожай продавать. Рынок перенасыщен, а механизмы реализации не успевают за мощностями комбайнов. Без расширения логистических коридоров и поддержки внутреннего спроса (через глубокую переработку и животноводство) мы рискуем «захлебнуться» собственным зерном.
А как обстоят дела в вашем хозяйстве? Вы уже распродали остатки 2025 года или ждете лучшей цены на элеваторе? Пишите в комментариях, обсудим реальные цены в регионах.
Источник: ИНТЕРФАКС