Он играл у Алексея Германа, Владимира Бортко, Алексея Балабанова. Его фамилия — Кузнецов — давно стала знаком качества. Любая роль, даже эпизод, в его исполнении превращается в маленький шедевр. Но миллионы зрителей знают и любят его совсем за другое. Для них он навсегда — подполковник Петренко по прозвищу Мухомор из «Улиц разбитых фонарей».
Сам Юрий Александрович этого стесняется. Ему обидно, что из десятков серьёзных работ в кино люди помнят только менты в погонах. Но именно этот сериал в прямом смысле спас ему жизнь. Когда от него ушла первая жена, когда не было денег и жилья, когда умерла любимая женщина — работа оставалась единственным лекарством.
Как деревенский мальчишка, видевший кино на простыне, стал одним из самых востребованных актёров страны? Почему после смерти жены он решил остаться один? И при чём тут «Собачий вальс» на баяне?
Босоногое детство: кино на простыне и отец-милиционер
Юра Кузнецов родился в обычной крестьянской семье. Жили в небольшой деревне, где даже электричества не было. Зато было всё остальное: лошади, речка, бескрайние поля и настоящее, как он сам говорит, «босоногое детство». То самое, о котором сейчас пишут книги и снимают ностальгические фильмы.
По выходным в деревню приезжал маленький грузовичок с кинопередвижкой. Натягивали простыню на стену сарая, крутили плёнку — и начиналось чудо. Мальчишка заворожённо смотрел на чёрно-белых героев и даже представить не мог, что сам когда-то окажется по ту сторону экрана.
Отец работал председателем колхоза, позже перевёлся в милицию. Мать вела хозяйство. Когда семья перебралась в город, будущий артист пошёл в обычную школу. Учился средне, но выделял русский язык и литературу. А ещё записался в театральный кружок.
Всё решил случай. На гастроли приехал театр с «Отелло». Юра попал на спектакль — и вышел оглушённый. «Я вдруг понял, что это не просто люди на сцене, это магия, — вспоминал он позже. — Заболел театром всерьёз и надолго».
Родители, когда сын объявил, что будет актёром, только руками развели. Отец, человек практичный, вздыхал: «Лучше бы на тракториста выучился». Но не запрещал. А вскоре случился первый триумф. На школьном спектакле Юра играл старика — так загримировали, что мать с отцом сына не узнали. Сидели в зале и удивлялись: «Какой талантливый дедушка!». А когда поняли, что это их Юрка, чуть не расплакались от гордости.
Владивосток, океан и первая обида
После школы Кузнецов отправился поступать во Владивосток. Там было театральное училище. Город поразил океаном — бескрайним, мощным. На берегу он мог стоять часами.
На курсе учился вместе с Александром Михайловым — будущей звездой «Любви и голубей». Дружба завязалась сразу. Вместе репетировали, вместе дурачились, вместе мечтали о большой сцене.
Правда, тогда они ещё не понимали, что профессия актёра — это не только аплодисменты. «Нам внушали, что шахтёры и учителя нужнее, — смеялся Кузнецов. — Мы и сами считали себя чуть ли не бездельниками. О том, сколько надо знать, уметь, чувствовать, даже не догадывались. Я был тогда дурак дураком, если честно».
Но судьба готовила ему первый серьёзный щелчок по носу. На дипломные спектакли приехали руководители театров. Жена Юрия, Валентина Лунева, тоже актриса, произвела фурор. Её пригласили в Благовещенский театр как приму. А когда директор узнал, что у неё есть муж, который тоже актёр, пренебрежительно бросил: «Что, и этого теперь брать в нагрузку?»
Кузнецов тогда промолчал. Но внутри всё закипело. «Слова „в нагрузку“ я запомнил на всю жизнь. И решил: докажу, что не хуже, что я не довесок, а самостоятельная единица». Это стало его главным двигателем на долгие годы.
Первые роли и десятилетняя пауза
После училища они с Валентиной колесили по стране. Омск, Хабаровск, снова Омск. Играли в театрах, набирались опыта. В кино Кузнецов попал почти случайно.
В Омск приехал режиссёр Виктор Аристов. В театре был понедельник — выходной, ни души. Аристов побрёл по фойе, увидел фотографии на стене и застыл у портрета Кузнецова. «Мне нужен этот человек», — сказал он. Узнал адрес и прямо с чемоданом поехал к нему домой.
Так появилась маленькая роль в легендарном фильме «Свой среди чужих, чужой среди своих». А потом наступила тишина. Десять лет Кузнецов почти не снимался. Только театр. Казалось, кино про него забыло.
Всё изменилось, когда Аристов снова позвал его — на этот раз в военную драму «Торпедоносцы». Картина стала событием. Кузнецова заметили. Потом была драма «Мой друг Иван Лапшин» Алексея Германа. И снова облом: Герману предложили Кузнецова на главную роль, но режиссёр покачал головой: «Нет, это герой другого плана». Роль досталась Андрею Болтневу.
Кузнецов не обижался. Он вообще относился к отказам философски. «Если не берут — значит, не время». Режиссёры, которые с ним работали, говорили: «Юра может войти в роль мгновенно, целиком. Как будто переключает тумблер — и ты видишь не актёра, а живого человека».
Творческий кризис и побег в деревню
В какой-то момент Кузнецов почувствовал, что выгорел. Роли перестали радовать, сцена казалась пустой. Он решил всё бросить. Взял жену и уехал в глухую деревню в Ярославской области. Никому ничего не сказали, просто исчезли.
Целый год они жили без телефона, без новостей, без театра. Сажали капусту, топили печь, ходили за грибами. Режиссёры тем временем обзванивали все инстанции — Кузнецов как сквозь землю провалился.
Но сельская идиллия быстро наскучила. «Я понял, что без профессии не могу, — признавался актёр. — Капуста капустой, а душа требует огней рампы». Вернулся — и сразу окунулся в работу, словно и не было перерыва.
Личная драма: уход от первой жены и встреча с Ириной
С Валентиной Луневой они прожили много лет. Воспитывали дочь Наталью. Со стороны — крепкая актёрская семья. Но внутри зияла трещина.
Валентина, которую когда-то брали в театр как восходящую звезду, оказалась не у дел. Пока муж снимался у именитых режиссёров, она сидела дома, изредка получая эпизоды. Творческая невостребованность съедала её. Отношения портились.
В 1991 году Кузнецов уехал на съёмки и встретил Ирину. Она не была актрисой — обычная женщина, далёкая от мира кино. Но в ней было что-то такое, отчего сердце забилось чаще. Завязался роман.
Актёр принял трудное решение: уйти из семьи. Он оставил жене и дочери всё — квартиру, вещи, сбережения. Сам в 45 лет остался практически нищим.
«Я понимал, что поступаю подло, — говорил он позже. — Но оставаться врать самому себе и Вале было бы ещё подлее. Мы перестали быть мужем и женой задолго до Иры. Просто боялись признаться».
Новый брак зарегистрировали быстро. У Ирины уже был сын от первого брака, мальчик с тяжёлой болезнью крови. Лечение требовало огромных денег. В театре платили копейки, кино приглашали редко. Жили в съёмной квартире, перебивались с хлеба на квас. Через четыре года родилась дочь Александра.
«Денег не хватало катастрофически, — вспоминает актриса, знакомая семьи. — Ира работала где могла, Юра брался за любые проекты. Но они никогда не жаловались. Наоборот, шутили, что бедность — не порок, а временное явление».
«Мухомор», который спас
Временное явление затянулось до конца девяностых. Пока однажды Кузнецову не предложили роль в новом сериале про питерских ментов.
По сценарию подполковник Петренко по прозвищу Мухомор был фигурой почти отрицательной — ворчливый, подозрительный, себе на уме. Но когда Кузнецов начал играть, персонаж преобразился. В нём появилась человечность, юмор, даже обаяние. Зрители полюбили Мухомора сразу и навсегда.
«Он сам не понимает, как это сделал, — удивлялись коллеги. — Просто вышел на площадку — и пошла магия».
Сериал «Улицы разбитых фонарей» стал народным хитом. Кузнецов проснулся знаменитым. Его узнавали на улицах, просили автографы, дарили цветы. Компания-производитель подарила актёру квартиру в Санкт-Петербурге — наконец-то своё жильё.
«Мухомор» принёс не только славу, но и финансовую стабильность. Долги были закрыты, лечение пасынка обеспечено.
Но сам Юрий Александрович к этой роли относится с иронией. «Сыграл десятки характеров у великих режиссёров, а люди помнят только мента в погонах, — вздыхает он. — Конечно, я благодарен „Ментам“, они вытащили нас из нищеты. Но иногда становится обидно. Неужели всё остальное прошло мимо?»
Трагедия 2012 года
Казалось, жизнь наладилась. Есть любимая работа, любимая жена, дочь подрастает. Но беда пришла, откуда не ждали.
Ирина много лет болела сахарным диабетом. Организм был ослаблен. В 2012 году случился инсульт. Врачи боролись за её жизнь, но спасти не смогли.
Для Кузнецова это был удар, от которого он едва не сломался. «Я перестал понимать, зачем вставать по утрам, — признавался он близким. — Выходил на кухню, видел её чашку, и хотелось выть».
Работа встала. Актёр отказывался от предложений, не брал трубку, никого не хотел видеть. Спасла дочь Саша. Ей тогда было около шестнадцати. Она пришла к отцу и сказала жёстко: «Папа, мама бы не хотела, чтобы ты так себя гробил. Ты должен жить дальше. Ради меня. Ради себя. Ради неё».
Эти слова подействовали как холодный душ. Кузнецов собрался и вернулся на съёмочную площадку. «Работа стала моим единственным лекарством, — говорит он. — Когда играешь, забываешь обо всём. Боль уходит на второй план. А потом привыкаешь жить с этой болью».
Жизнь после: одиночество и дочь
С тех пор прошло больше десяти лет. Кузнецов так и не женился. Говорит, что не может и не хочет искать замену Ирине. Рядом с ним всегда дочь Александра. Она не пошла по актёрской стезе, выбрала другую профессию, но они часто бывают вместе — ходят в театры, гуляют по Питеру, обсуждают книги.
Кстати, о книгах. Чтение — главная страсть Кузнецова после кино. Он может часами сидеть с томиком Чехова или Достоевского. Говорит, что это лучший отдых.
А ещё он любит ходить в театр… в качестве зрителя. «Это удивительное чувство, — улыбается. — Сидеть в зале, ничего не играть, просто смотреть и получать удовольствие. Редкое наслаждение».
В быту актёр, по собственному признанию, совершенно беспомощен. «Посуду помою — потом перемывать приходится, — смеётся он. — Я вообще не создан для домашних дел. Моё дело — роли играть».
Факты, которые вы не знали о «Мухоморе»
- Баян и «Собачий вальс». В детстве Кузнецов учился играть на баяне. Мечтал освоить «Брызги шампанского», но дальше «Собачьего вальса» дело не пошло. Инструмент забросил, но до сих пор с теплом вспоминает уроки музыки.
- Отрицательный герой. Мало кто знает, что сценаристы «Ментов» писали Мухомора как персонажа с негативной аурой. Только благодаря обаянию Кузнецова подполковник Петренко стал положительным героем, любимым народом.
- Подарок от создателей. За участие в сериале актёр получил не только гонорары, но и квартиру в Петербурге. Щедрый жест от продюсеров — признание его заслуг.
- Скрытность. Когда Кузнецов уезжал в деревню переживать кризис, никто не знал, куда он пропал. Режиссёры искали его несколько месяцев, а он в это время сажал картошку и косил траву.
Вместо послесловия
Юрий Александрович Кузнецов считает себя счастливым человеком. Вопреки всему. Несмотря на потери, неудачи, годы безденежья. Он сыграл у лучших режиссёров, его любят миллионы, у него есть дочь и любимое дело.
Да, он стесняется «Мухомора». Но в глубине души понимает: именно этот ворчливый подполковник подарил ему народную любовь и возможность жить так, как он хочет.
А ещё он знает: настоящая жизнь — не на экране. Она там, где пахнет деревней, где кино показывают на простыне, где отец работает в милиции, а мать печёт пироги. И где после самой чёрной полосы обязательно наступает рассвет.
«Главное — не сдаваться, — говорит Кузнецов. — Потерял всё — начинай сначала. Остался один — ищи тех, кто рядом. Ушла любовь — помни, что она была. Это уже счастье».
А вы помните Мухомора из «Ментов»? А какие ещё роли Кузнецова вам нравятся? Делитесь в комментариях!
Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые истории о любимых актёрах.