Я с силой потянула за толстый ствол старого фикуса. Ком сухой земли совершенно не поддавался. Этот огромный цветок Антон привез от своей матери восемь лет назад.
Все эти долгие годы я исправно поливала его каждую субботу. А сегодня решила пересадить растение в емкость побольше. Я сжала края пластикового горшка и резко дернула вверх. Коренья с громким треском вышли наружу. На самом дне просторного керамического кашпо лежал плотный пластиковый пакет.
Я сразу почувствовала неладное. Внутри оказалась синяя бархатная коробочка и сложенные вчетверо листы бумаги. Я развернула их ледяными пальцами. Электронные билеты на дорогой морской курорт. Перелет туда и обратно бизнес-классом. Имя пассажира – Антон Смирнов. Второе имя – Маргарита Волкова. Вылет назначен ровно через три дня. А в коробочке тяжело блестело женское кольцо с крупным камнем.
Мои руки мелко затряслись. Я опустилась прямо на холодный кафель. Мой законный муж всегда твердил о строгой экономии. Мы пять лет подряд откладывали каждую копейку на капитальный ремонт ванной комнаты. Я отказывала себе в качественной обуви и хорошем кофе. А мой муж в это время покупал бриллианты совершенно чужой женщине.
Прошло три часа. Я неподвижно сидела на кухне в полной темноте. В моей голове четко складывались цифры. Два года он ездил в постоянные служебные командировки. Двадцать четыре долгих выходных я провела совершенно одна в пустой квартире. Я всегда встречала его горячими ужинами. Тратила по три часа у жаркой плиты. Готовила его любимое запеченное мясо.
В замке резко повернулся ключ. Антон вошел в коридор и небрежно бросил кожаный портфель на тумбочку. Он раздраженно стянул ботинки и прошел на кухню.
– Я сегодня невероятно устал – произнес он недовольным тоном. – На работе сплошной завал. Шеф снова отправляет меня в Питер на все предстоящие выходные.
– Снова в Питер? – спросила я неестественно тихо.
– Да. Нужно срочно закрыть важный договор. А у нас даже ужин не подан на стол?
Он брезгливо заглянул в пустую кастрюлю. Я жестом указала на холодильник. Лицо мужа моментально покраснело от возмущения.
– Я главный добытчик в этой семье – повысил голос Антон. – Я имею полное право на горячую еду после тяжелого дня. Ты совершенно перестала стараться ради нашего брака.
Он сел за стол и привычно потер большим пальцем свое обручальное кольцо. Это был его постоянный жест при чтении нотаций. Внутри меня все окончательно заледенело. На его лице не мелькнуло даже слабой тени сомнения или вины. Он нагло врал мне прямо в глаза. Летел на море с другой женщиной за наш общий счет.
На следующее утро Антон надел свежую рубашку. Он долго крутился перед зеркалом в прихожей.
– Нам придется сильно затянуть пояса в этом месяце – бросил он перед самым уходом. – Моей машине требуется серьезное техническое обслуживание. Переведи мне свою квартальную премию сегодня же.
– Мою премию? – переспросила я.
– Да. Мы же одна семья. Бюджет должен быть исключительно общим.
Тяжелая дверь за ним громко захлопнулась. Я немедленно открыла его ноутбук на рабочем столе. Пароль от почты и банковского приложения я знала очень давно.
И моим страшным догадкам подтверждение нашлось мгновенно. Бронь шикарного отеля на побережье. Четыреста тысяч рублей за одну неделю. Плюс кольцо за двести тысяч. Шестьсот тысяч рублей он цинично собирался спустить на чужую жизнь, пока я зашивала порванный карман на своем старом осеннем пальто.
И я поняла предельно важную вещь. Простого разговора и тихого развода мне будет катастрофически мало. Он растоптал каждый день моего труда в этом доме.
Я достала с дальних антресолей огромные плотные мешки для мусора. Собрала туда все его дорогие костюмы, брендовую обувь и коллекцию наручных часов. Выставила шесть тяжелых пакетов на лестничную клетку. Бархатную коробочку я решительно отнесла в ближайший ломбард.
Выдала свой паспорт и выручила за чужое кольцо сто пятьдесят тысяч рублей. И тут же перевела эти деньги на свой личный накопительный счет. Билеты на курорт я безжалостно аннулировала через его электронную почту. Зашла в его банковский кабинет и вывела все доступные сбережения на свою карту. Оставила на его балансе ровно ноль рублей.
Вечером Антон яростно позвонил в дверь. Его старый ключ больше не подходил к замку. Я вызвала слесаря и сменила все механизмы еще днем.
– Открой немедленно эту дверь! – кричал муж на весь лестничный пролет.
Я молча приоткрыла дверь на тонкую стальную цепочку. Антон стоял на площадке и нервно тер безымянный палец. Кольца на нем уже не было. Я выставила в узкую щель пластиковый горшок с пересаженным фикусом.
– Твоя Рита теперь польет – сказала я прямо в его перекошенное лицо.
И с силой захлопнула тяжелую дверь.
Прошел ровно месяц. Антон сейчас живет в тесной квартире у матери. Говорят, новая спутница сразу его бросила без красивой поездки на острова и дорогих подарков.
Свекровь постоянно названивает моей старшей сестре. Кричит в телефонную трубку, что я настоящая преступница. Требует немедленно вернуть деньги за сданное в ломбард кольцо и украденные сбережения. Грозится подать на меня заявление за хищение чужого имущества.
А я сплю абсолютно спокойно впервые за долгие восемь лет. Я забрала ровно то, что принадлежало мне по праву многолетнего морального ущерба.
Но мои собственные родственники теперь осуждающе качают головами. Твердят, что я опустилась до банального самоуправства. Говорят, надо было просто интеллигентно подать на развод и честно поделить имущество через суд.
Неужели я действительно перегнула палку с этими деньгами и чужим кольцом? Или я поступила абсолютно правильно?