Евангелие в движении.
Савл всё ещё дышал яростью.
Он не мог забыть лицо Стефана. Оно являлось ему по ночам: сияющее, спокойное, прощающее. Но это видение не смягчало его сердце, а разжигало ещё большую ярость. Савл был полон решимости уничтожить эту секту и доказать себе, что прав.
Он выпросил у первосвященника письма в Дамаск, чтобы арестовывать и приводить в Иерусалим всех, кто призывает имя Иисуса. Неважно, мужчины это или женщины.
— Все, кто идёт этим путём, — говорил он своим спутникам, — должны исчезнуть. Без исключения.
Было около полудня, когда они подошли к Дамаску. Стены города уже виднелись впереди. До прохлады городских улиц оставалось всего ничего.
И вдруг — свет. Это не был постепенный свет, который мог бы нарастить свою яркость. Он обрушился на Савла внезапно, как молния, и не исчезал. Свет, ярче солнца, залил всё вокруг. Савл упал на землю, ослеплённый и оглушённый этим сиянием.
В пыли он услышал голос.
— Савл, Савл! Что ты гонишь Меня?
Эти слова вонзились в его сердце, как нож. Он гонит не «моих учеников» и не «этих людей», а Его. Тот, кого Савл считал мёртвым, был жив и говорил с ним.
— Кто Ты, Господи? — с трудом выдохнул Савл.
— Я Иисус, Которого ты гонишь, — ответил голос. — Трудно тебе идти против рожна.
Савл лежал в тишине, только его сердце громко стучало в ушах. Весь его мир рушился. Всё, во что он верил и ради чего убивал, оказалось ложью. Тот, кого он ненавидел, был Богом.
— Господи! — дрожащим голосом произнёс Савл. — Что повелишь мне делать?
— Встань и иди в город, — ответил голос. — Тебе будет сказано, что тебе нужно делать.
Свет погас. Савл попытался открыть глаза, но понял, что уже видит. Но он ничего не мог разглядеть. Спутники подняли его и взяли за руки. Тот, кто раньше вёл других в цепях, теперь сам был введён.
Слепым они ввели его в Дамаск.
Три дня Савл провёл в темноте.
Он не ел и не пил. Сидел, смотрел в пустоту и думал. Вспоминал всех, кого бросил в темницу, каждого, кого преследовал. Вспоминал Стефана с его сияющим лицом и молитвой за убийц. Теперь он понял, откуда это сияние.
На улице Прямой он ждал. Не знал, чего ждёт, но был уверен, что Тот, Кто говорил с ним, не оставит его.
В это же время в другом конце города Господь говорил с другим человеком.