— Ты уже села? — голос Игоря в трубке звучал подозрительно бодро для человека, который только что высадил жену на вокзале. — Ничего не забыла?
Я оглянулась на вагон. Перрон ещё не уплыл, но проводница уже махала руками.
— Вроде всё взяла.
— Слушай, а нафига ты в командировку в выходной едешь? — вдруг спросил он, и в голосе проскользнула та самая фальшивая забота, которая меня всегда бесила. — Не могли в понедельник вызвать?
— Срочно, — отрезала я. — Буду завтра.
Я нажала «отбой» раньше, чем он успел спросить ещё что-нибудь. Руки не дрожали. Наоборот, я чувствовала странное, злое спокойствие.
***
Всё началось вчера, с визита моей коллеги Галины. Галя — женщина монументальная, главный бухгалтер с рентгеновским зрением и девизом «цифры не врут, врут мужики». Она зашла ко мне в кабинет, плотно прикрыла дверь и положила на стол распечатку.
— Ленка, ты, конечно, прости, но я случайно увидела уведомление на твоем рабочем компе, пока ты на обеде была. Ты же почту не закрыла. Там выписка по вашему общему с Игорем накопительному счету.
— И что? — я тогда не поняла подвоха. — Мы на дачу копим.
— Ну, если вы копите на дачу в Монте-Карло, то ладно. А если под Рязанью, то у меня для тебя плохие новости. Снято все. Триста тысяч. Вчера. И перевод ушел некоему ИП «Ромашка», а назначение платежа — «за консультационные услуги».
Игорь мне ничего не сказал. Вечером он как ни в чем не бывало ел борщ и жаловался на начальника. А утром, когда он ушел в душ, я залезла в его планшет. Пароль был примитивный — дата рождения его мамы.
В переписке с контактом «Виталик Рыбалка» я нашла сообщение, отправленное вчера вечером:
«Приезжай в субботу в Сосновку. Я там буду. Дом помнишь, надеюсь».
И всё. Ни адреса, ни фотографий. Только название поселка. И дата — завтра.
Я пролистала выше. Месяц назад они переписывались про какую-то «рыбалку», но деталей не было. Виталик явно знал, о каком доме речь. А я — нет.
"Значит, деньги на дом? - рассуждала я. А в доме том что? Любовное гнёздышко?"
Я должна была все выяснить.
Рано утром в субботу я выскользнула из квартиры, пока Игорь досматривал сны. Лифт ждать не стала — спустилась по лестнице. На площадке первого этажа столкнулась с Люськой из двадцать пятой — она как раз выходила выгуливать своего корги.
— Лен, ты чего в такую рань? — Люська поправила поводок. Корги по кличке Бакс тут же сунул мне нос в коленку.
— Люсь, у тебя тот трекер, для собак, ещё работает? Ну, который ты на Бакса цепляла, когда он из дома сбегал?
Люська присвистнула.
— Ого. А ты по грибы собралась? Или кого выслеживать?
— Проверить кое-что надо.
— Поняла, не дура. — Она замахала руками. — Заходи быстрей, Бакс, не путайся под ногами.
Я заскочила за ней в прихожую. Люська метнулась к комоду, выдвинула ящик с собачьей амуницией — там были поводки, намордник, пакетики и маленькая чёрная коробочка размером с зажигалку.
— Вот. Заряжен, на двое суток хватит. Приложение вот это, — она ткнула в телефон, показывая иконку. — Кидаешь куда-нибудь в машину, под коврик или за бардачок, и смотришь маршрут. Только смотри, если он машину часто пылесосит — может и найти. Бакс, не лезь!
Корги с любопытством тянул нос к моим рукам.
Я усмехнулась:
— Люсь, он машину пылесосит раз в год. И то когда я заставлю. Не найдёт.
Люська хмыкнула и посмотрела на собаку. Бакс гавкнул, будто соглашаясь.
— Ну тогда валяй. Принесёшь потом — расскажешь. Бакс будет слушать, он такие истории любит.
Я чмокнула её в щёку и вылетела обратно в подъезд. В кармане лежал маленький чёрный квадратик.
Игорь сам вызвался меня подвезти на вокзал. Удивительно, правда? Обычно он находил тысячу отговорок, а тут вскочил, засобирался:
— Конечно, довезу, чего на такси тратиться?
Я смотрела на него и видела насквозь. Он хотел убедиться, что я правда уехала. Чтобы потом спокойно умчаться в свою Сосновку.
— Дорогой, я в Питер еду. Срочно вызвали, — сказала я, когда мы сели в машину, стараясь, чтобы голос звучал устало и буднично. — Ты уж как нибудь тут без меня.
— Хорошо, хорошо, — закивал он слишком поспешно.
В машине я копалась в сумке, делая вид, что ищу телефон. Сама же незаметно, кончиками пальцев, просунула руку под сиденье. Ковролин там был старый, дырявый — Игорь всё обещал заменить и не менял. Чёрный квадратик нырнул в дыру, как в норку, и затерялся где-то в недрах поролона.
— Не забыла ничего? — спросил он, когда мы подъехали к вокзалу.
— Нет, — я чмокнула его в щеку. — Всё на месте.
Всё на месте, — повторила я про себя, выходя из машины и открывая приложение на телефоне. Маленькая точка на карте моргнула и загорелась зеленым. Машина Игоря стояла у вокзала. Пока стояла.
Я купила билет до Сосновки.
В электричке я села у окна. В наушниках играла музыка, а на экране телефона я держала открытым приложение с трекером.
Первые 15 минут его точка стояла на месте — у вокзала. Я даже занервничала: вдруг он верннтся домой? Вдруг что-то заподозрил?
Но потом точка дрогнула и поползла. Сначала медленно, по городу, потом быстрее — выехала на трассу. В сторону Сосновки.
Я улыбнулась.
Напротив меня уселась колоритная дама неопределенного возраста с ярко-рыжей химией на голове и огромной клетчатой сумкой. Она тут же достала вареное яйцо, огурец и начала трапезу, не дожидаясь отправления.
— Угощайтесь, деточка, — прогудела она басом. — Свои, с огорода. Мужики-то нынче пошли — ни украсть, ни посторожить, надежда только на огурцы. Меня, кстати, Изольда Карловна зовут. Можно просто — Мать Драконов. У меня три зятя, я знаю, о чем говорю.
— Лена, — представилась я, с опаской косясь на предложенный огурец.
— Вижу, бежишь от кого-то, — прожевала Изольда Карловна. — Или за кем-то. Глаза горят нехорошим огнем. Как у моей козы перед тем, как она забор снесла.
— Мужа еду проверять.
— Сюрприз — это хорошо, — философски заметила попутчица. — Главное, чтобы сюрприз тебя саму кондрашкой не прибил. А мужик — он как трамвай: один ушел, следующий придет, только номер смотри, чтоб не в депо уехать.
Я снова глянула в телефон. Точка остановилась. Сосновка, улица Лесная. Я приблизила карту — частный сектор. Оставалось надеяться, что он припарковался прямо у дома.
В Сосновку я прибыла через три часа. Поселок оказался живописным, но каким-то слишком тихим. Я вышла на перрон — одну-единственную бетонную платформу с ржавым навесом — и открыла навигатор. До Лесной улицы было полтора километра пешком.
Я пошла по грунтовке, вдоль заборов и палисадников. Где-то лаяли собаки, пахло дымом и яблоками.
Улица Лесная оказалась длинной, с десятками домов. Я шла и смотрела в телефон, приближаясь к заветной точке. Сердце колотилось.
А потом я увидела её. Серебристую «Шкоду» Игоря, припаркованную у калитки добротного сруба с синим забором.
Я глубоко вздохнула, поправила сумку и нажала на кнопку звонка.
Никто не открывал. Я нажала еще раз, длинно и настойчиво. За забором послышался лай, потом шаги. Калитка распахнулась.
На пороге стоял не Игорь. И не девица в бикини. Передо мной возвышался парень лет двадцати пяти, в одних шортах, с мокрыми волосами и татуировкой «Не забуду мать родную» на плече.
— Вам кого, тёть? — лениво спросил он.
— Игоря, — выдохнула я. — Он... здесь?
— Игоряна? Здесь. А вы кто? Мама?
Я поперхнулась воздухом.
— Жена.
Парень округлил глаза, присвистнул и крикнул куда-то в глубину двора:
— Игорян! Шухер! Тут твоя... эта... старшая приехала!
«Старшая»? Я почувствовала, как лицо заливает краска. Я оттолкнула парня и вошла во двор. На веранде, за накрытым столом, сидел мой Игорь. В одной руке у него был шампур с шашлыком, в другой — бокал пива. Рядом с ним сидела молодая, очень красивая девушка, беременная, месяце, наверное, на седьмом.
Увидев меня, Игорь выронил шампур. Мясо шлепнулось в пыль.
— Лена? — просипел он. — Ты... ты как тут?
Девушка посмотрела на меня, потом на Игоря, и её лицо медленно начало приобретать выражение, с которым обычно объявляют войну.
— Игорек, — ласково, слишком ласково произнесла она. — А это кто? Ты же говорил, что у тебя с женой давно уже формальности и вы почти не живете?
— В смысле «почти не живем»? — переспросила я. — Мы живем в двухкомнатной квартире в спальном районе, которую, кстати, оплачиваю я! А теперь объясни мне, — я шагнула к Игорю, и он вжался голову в плечи, — куда дел триста тысяч? Снял этот дом? Решил тут райское гнёздышко свить?
Игорь открыл рот, но девушка его опередила.
— Этот дом? — она хмыкнула и обвела рукой веранду, качели, цветы в горшках. — Ты серьёзно? Это мой дом. Я тут живу с братом Димкой. Я, Катя, между прочим. А он... — она кивнула на Игоря, — он обещал скинуться на ремонт крыши.
Я перевела взгляд на мужа. Он стал пунцовым, потом бледным, потом снова пунцовым.
— Так, — я скрестила руки на груди. — Если дом не ты снимал, то куда дел деньги?
Игорь замялся, заерзал.
— Я... я вложил...
— Вложил? В Майами? В недвижимость? В золото? — рявкнула я.
— В гараж, — выпалил он.
Тишина стала звенящей. Даже шашлык перестал шипеть.
— В гараж, — медленно повторила я. — Ты украл триста тысяч, чтобы купить гараж.
— Для майнинга! — зачем-то добавил он, будто это всё объясняло.
Катя тяжело поднялась, взяла со стола графин с морсом и медленно, с достоинством вылила его Игорю на голову.
— Козел ты, Игорек, — сказала она спокойно. — Дом, между прочим, мой. Ты здесь просто гость. И гость, кажется, задержался.
И тут в калитку вошел еще один персонаж. Коренастый мужичок лет пятидесяти с папкой бумаг под мышкой. Тот самый "Виталик Рыбалка".
— О, Игорь Сергеевич, добрый вечер! — радостно провозгласил он. — А я уж думал, не застану. Документы на подпись привез. Как договаривались.
Игорь побледнел так, что стал похож на свежесваренную моль. Он начал делать Виталику страшные глаза, махать руками, но тот был непробиваем.
— Чего вы мне мигаете? Нервный тик? — удивился мужик. — Вы же сами просили приехать. Покупка гаражного кооператива «Заря», доля, триста тысяч рублей. Взнос первый.
Я перевела взгляд на мужа. Катя перевела взгляд на мужа. Парень в шортах, Димка, перестал жевать яблоко.
— Гараж? — тихо спросила я. — Ты украл семейные деньги, чтобы купить гараж?
— Так для майнинга же! — охотно пояснил Виталик. — Игорь Сергеевич говорил, ферму ставить будет, биткоины добывать. Говорит, денег мало, хочет разбогатеть.
Тишина во дворе стала звенящей. Только слышно было, как где-то жужжит шмель.
В этот момент Катя вдруг схватилась за живот и охнула.
— Ой... Кажется, началось.
Мы все замерли.
— Что началось? — тупо спросил Игорь.
— Роды, идиот! — заорал брат Кати. — Воды отошли!
И тут события завертелись с такой скоростью, что я забыла, зачем приехала. Виталик вдруг как-то сам собой испарился куда-то.
— В машину! — скомандовала я. — Игорь, за руль! Ты не пил?
— Глоток только...
— Плевать! Быстро!
Мы погрузили Катю на заднее сиденье. Я села рядом с ней, держа её за руку. Игорь трясущимися руками завел двигатель. Брат Кати, Димка, прыгнул вперед.
— Дыши, Катя, дыши! — командовала я, вспоминая курсы первой помощи, которые проходила сто лет назад на работе.
— Я его убью... — стонала Катя. — Как рожу — убью...
— В очередь! — отозвалась я. — Сначала я его убью, потом реанимирую и снова убью.
До роддома в райцентре мы долетели за двадцать минут. Игоря колотило так, что машина вибрировала на светофорах. Когда Катю увезли врачи, мы остались в приемном покое. Димка, Игорь и я.
Игорь сидел на пластиковом стуле, обхватив голову руками.
— Лена, прости, — прошептал он. — Я хотел как лучше. Я думал, заработаю, верну... А с Катей... оно само как-то. Я запутался. Я в казино онлайн проигрался. Триста тысяч должен был позавчера отдать. Я не хотел красть, я хотел прокрутить и вернуть...
Я смотрела на него и не чувствовала ничего. Ни злости, ни обиды. Только брезгливость, как будто наступила в лужу.
— Само? — переспросил Димка, нависая над ним. — Слышь, коммерсант. Если сестра из-за тебя нервничала, я тебе этот гараж на голову надену.
В этот момент у меня зазвонил телефон. Галя.
— Ну что, жива? — бодро спросила она. — Нашла?
— Галь, тут такое... Он не просто деньги снял. У него любовница, беременная, и мы сейчас в роддоме. А дом, куда он ездил, — её.
— Ого, — в голосе Галины слышалось неподдельное уважение. — Санта-Барбара отдыхает. Слушай, а гараж-то на кого оформлен?
— Не знаю. Наверное, на него.
— А ты в курсе, что по закону всё приобретенное в браке — общее имущество? Короче, Ленка, ничего не подписывай, фиксируй всё.
— Поняла.
Прошло два часа. Вышел врач.
— Кто тут папаша?
Игорь вскочил.
— Я...
— Поздравляю. Пацан. Три восемьсот. Богатырь.
Игорь расплылся в улыбке, но тут же поймал мой взгляд и снова сник.
Я встала.
— Ну что ж, поздравляю, папаша. Теперь у тебя есть сын, гараж и... — я сделала паузу, — ...и полная свобода.
— В смысле? — не понял он.
— В прямом. Я подаю на развод. Квартира моя, куплена до брака, так что собирай вещи. Триста тысяч вернешь через суд. Гараж свой можешь оставить себе, вместе с биткоинами.
— Лен, ну куда я пойду? — заныл он. — Катя меня теперь тоже не примет, это же её дом...
— А это уже не мои проблемы.
Я вышла из больницы в теплую летнюю ночь. Воздух пах дождем и пылью.
На крыльце курил Димка.
— Тёть Лен, — окликнул он меня. — А вас подбросить? До станции?
— Подбрось, — улыбнулась я. — Только не «тёть Лен», а просто Лена. Я еще молодая, у меня жизнь только начинается.
Через неделю, когда я уже сменила замки и выставила чемоданы Игоря за порог, мне позвонили. Незнакомый номер.
— Алло, Елена? Это Катя. Из Сосновки.
Я напряглась.
— Да?
— Слушайте, я тут перебирала бумаги Игоря, которые он в доме забыл, когда драпал. Тут документы на этот гараж. И еще... в общем, тут блокнот с записями.
— И что там?
— Там не только про майнинг. Он, оказывается, еще и ставки делал. И кредитов набрал в микрозаймах на ваше имя. Через электронную подпись, пока вы на работе были, наверное. Димка говорит, это подсудное дело, но доказать сложно. Хорошо, у него в блокноте все пароли записаны.
У меня похолодело внутри.
— И что делать?
— Спокойно, — голос Кати был твердым. — Димка работает в службе безопасности банка. Он пробил эти конторы. Мы можем доказать мошенничество. Заявление напишем вместе. Вы как, приедете?
Я молчала секунду. Бывшая любовница мужа и его законная жена объединяются?
— Приеду, — сказала я. — С меня торт.
— А с меня огурцы, — вдруг засмеялась Катя. — Тут соседка заходила, Изольда Карловна, передавала вам привет. Сказала, что вы свой «трамвай» удачно в депо отправили.
Я рассмеялась в ответ. Мир тесен.
В суде мы с Катей сидели рядом. Игорь что-то блеял про трудную жизненную ситуацию, но против двух разъяренных женщин, вооруженных бухгалтером Галей и безопасником Димкой, у него шансов не было. Кредиты признали недействительными для меня, повесили лично на него. Гараж ушел в счет погашения части долга.
С Катей мы не стали лучшими подругами, но общаемся. Иногда она присылает фото сына, который похож на неё, а не на Игоря.
А тот самый Виталик, продавец гаража, оказался нормальным мужиком. Звонил, извинялся, приглашал на кофе. И я, кажется, схожу.
Ведь жизнь — это яркое приключение. Главное — вовремя сойти с поезда, который идет не туда.
Рекомендуем почитать :