Родилась зимой, скажете вы, поэтому в зиму влюблена.
А я родилась осенью и больше всего люблю лето.
Дело не в этом.
Просто Настя принимает всё природное без страха и суждения. Как естественное и должное. Безоценочно. Не задумываясь о том, что снег холодный, а дождь мокрый и надо от них укрыться.
Ей не надо, ей и так хорошо.
Ей всегда тепло и немножко жарко. По студёному полу без тапок. Без носочков в галоши.
«Подросток, — скажете вы, — они всегда без шапки!».
Но и здесь не то. Настя носит шапку, даже когда я без шапки. И это её личное решение. А может, в шапке ей красивей на мир смотреть. С недавних пор она самостоятельно подбирает себе вещи, чтобы в тон.
Настя выросла, а её брезгливость нет. Мы все будучи детьми ладили с жучками, да муравьишками. С возрастом мы становимся брезгливей, опасливей. Червяк уже не вызывает умиления. Фантазия рисует угрозы, развивается чувство самосохранения. Меня хомяк цапнул, так я грызунов руками больше не трогаю. А у неё с миром договор, созвучие. Наш кот-драчун и дичок выходит только на её голос. Она выхаживала его, лечила многочисленные ранки, жалела, совершенно не опасаясь когтей и клыков. Мы его ругали, а она принимала его характер и у них дружба и доверие.
В её отношениях с природой равенство, уважение, спокойная уверенность и чувство безопасности. Она может без опаски поймать забравшегося в дом мышонка. Осу накроет баночкой — без лишних эмоций, возгласов, паники. Просто вот зверь, вот я, сейчас вынесу на улицу. Так естественно. Понятно. Нормально.
Ей было лет пять, когда мы гуляли по берегу городской реки. Как ловить рыбу, она знала из мультиков. Быстренько нашла прутик, а вместо поплавка привязала жёлтый цветок одуванчика. И присела ждать клёва. Серьёзная такая.
Это был один из самых очаровательных эпизодов. Одуванчик покачивался на воде и не тонул. Все её действия на протяжении жизни пропитаны доброй светлой силой. Ни тени сомнения, что может не получиться. Ни мысли, что это «не по-взрослому». Есть река, есть удочка, есть поплавок. Значит, всё правильно - поймаем рыбку.
Я тогда стояла рядом и думала: мы, взрослые, разучились так. Мы не станем привязывать одуванчик. Мы будем искать правильную снасть, советоваться, сомневаться, вздыхать о потерянном времени. Мы даже не пробуем. Мы усложняем. А она — упрощает до самой сути. И в этой сути — чистая, ничем не замутнённая уверенность, что всё получится.
Мир не враг, с которым нужно бороться, закутавшись в сто одёжек. Он — союзник, с которым можно договориться даже не умея говорить, на языке доверия и протянутой руки помощи.
