Анюта выросла в деревне, в низеньком доме с резными наличниками, которые красила каждую весну сама, залезая на шаткую стремянку. Мать работала дояркой, тянула её одна, и, наверное, поэтому Анюта рано повзрослела.
После выпускного она сообщила матери:
- Мам, поеду к Дашке, она живет в городе, устроюсь там на работу, - села на поезд и укатила к подруге в далекий приморский город на севере.
Город встретил её холодным ветром и морским воздухом.
- Привет, Анютка, - радовалась Даша, у нее была однокомнатная квартира. – Молодец, что приехала, устрою тебя к нам в воинскую часть.
- Привет, Дашуня. Вот вырвалась из деревни, жизнь там, сама знаешь…
Подруга сдержала слово. Анюта жила в общежитии, в комнате на четверых, пропахшей чужими духами и кипятильником. Молодых ребят вокруг было - хоть отбавляй. Лейтенанты из части, мичманы с кораблей. Звали в кино, в кафешку, в парк. Анюта ходила, улыбалась, но внутри было пусто. Не лежала душа. Чужие они были.
Игоря она встретила в автобусе. Тот маршрут ходил от части до причала, вечно битком. Она втиснулась в самую середину, держась за поручень, и тут автобус качнуло. Парень в тельняшке, который стоял рядом, придержал её за локоть.
Осторожнее, - сказал он и улыбнулся.
Анюта подняла глаза и… пропала. Время будто остановилось. Толчок, искра, сумасшедшинка, как это ещё назвать? Он смотрел на неё, и она понимала, что этот взгляд запомнит на всю жизнь.
- Игорь, - представился он. – Я - моряк, и уезжаю в отпуск, к матери на материк.
Автобус доехал до причала, они вышли вместе, и он взял её за руку.
- Я вернусь раньше, - вдруг сказал он серьезно. - Жди.
Она не верила. Мало ли что говорят на причале? Рассказала девчонкам про него, а они смеялись:
- Ой, Анютка, нет такой любви, это просто мираж. Не верь, хлебнешь горя с таким, как он. Все они обещают.
Но Игорь вернулся. На три дня раньше. Они пошли не в общежитие, а к подруге Дашке в квартиру, та ушла на работу. Каждый день там же и встречались. Какие это были три дня! Она и представить не могла, что можно так сойти с ума. Горячие его руки, соленые от моря, путались в её волосах. Нежность, от которой замирало сердце, и ласка, от которой горела кожа. А между поцелуями он шептал ей что-то ласковое, отчего хотелось смеяться и плакать одновременно. Всего три дня, полные любви и счастья…
А потом он ушел в море. Сначала она жила этим. Проводила, писала нежные письма и обещала ждать. Ходила и улыбалась. Потом поняла, с ней что-то не так. Девчонки посоветовали сходить к врачу, оказалось она ждет ребенка.
Анюта написала ему письмо на военный корабль. Писала просто: «Игорь, у нас будет ребенок. Я не знаю, что делать, но я тебя люблю». Ждала ответа как манны небесной.
Ответ пришел через месяц. Казенный конверт, листок в линейку. Быстрые, резкие строчки: «Анюта, ты же совсем молодая. Тебе восемнадцать. Подумай сама, куда тебе сейчас с дитем? Ты в общаге, я в море. Ребенок нам сейчас не нужен, только жизнь друг другу испортим. Ты пойми правильно».
Она поняла, плакала и решилась сделать так, как он просил. Пошла в больницу и избавилась, хотя врач уговаривала, но… А потом домой Анюта шла еле-еле, чувствовала, что внутри неё теперь просто пустота.
А через две недели пришло ещё одно письмо от Игоря. Почерк был тот же, но строчки прыгали, словно он торопился: «Анюта, прости меня… Ничего не делай, слышишь? Я всё понял. Я вернусь и мы поженимся. Ребенок - это же счастье. Я хочу от тебя ребенка. Только никуда не ходи, дождись меня».
Анюта сидела на кровати в пустой комнате общежития, соседки были на работе, и держала этот листок. За окном кричали чайки. Море сегодня штормило. Она прочла письмо три раза. Потом аккуратно сложила его и сунула в ящик тумбочки, где уже лежало первое.
- Господи, что я наделала, я сделала большую ошибку.
Слез не было. Была только тупая, тяжелая боль внизу живота, которая никак не проходила, и тишина в голове. Она думала о том, что он просил ничего не делать. Как, почему, но наверное, его кто-то надоумил там, на корабле, или сам дошёл, да поздно.
В окно дуло. Она запахнула халат и погладила себя по плоскому, втянутому животу. Там уже никого не было. А за стенами общежития шумел прибой, накатывая на берег волну за волной, стирая следы на песке так же легко, как время стирает людей и обещания.
Игорь вернулся через два месяца. Они встретились в городе, возле Дома офицеров, будто случайно. Он выглядел растерянным, порывался обнять её, заглядывал в глаза.
- Ты получила мое письмо? - спросил он тихо. - Второе?
- Получила, - ответила Анюта и замолчала.
Он все понял. Хотел что-то сказать, но она покачала головой. Пошли в скверик, сели на скамейку. Сидели рядом, но между ними будто стеклянная стена выросла. Говорили о погоде, о море, о какой-то ерунде. Его руки, такие горячие когда-то, теперь спокойно лежали на коленях. Она смотрела на них и не чувствовала ничего.
- Прости меня, - сказал он на прощание. – Не надо было…
- Бог простит, - ответила Анюта.
Через некоторое время Игорь вновь ушел в море. А она осталась. Время шло. Жизнь в общежитии тянулась своим чередом. Анюта работала, худела, потом снова приходила в норму, но внутри поселилась какая-то колючая осторожность. Она больше не ждала чуда.
И тут появился Роман, она ему очень нравилась. Спокойный, надежный, с добрыми глазами. Работал буровым мастером, приезжал вахтами. Ухаживал просто, без красивых слов, но чувствовалось, по-настоящему. Он смотрел на неё и будто согревал.
- Анюта, выходи за меня замуж, - сказал он однажды. - Уедем отсюда. К моим родителям, в теплый край. Начнем все сначала.
Анюта думала недолго, девчонки тоже советовали.
- Может, если начать все сначала, тот мираж, те три дня перестанут сниться? – думала она. - Может, Роман своей любовью выжжет ту искру, что до сих пор тлеет где-то глубоко?
Свадьбу сыграли тихую, в кругу знакомых. А через неделю после свадьбы она снова увидела Игоря. Он стоял на причале, когда они с Романом гуляли вечером у моря. Встретились глазами. Он подошел, поздоровался с Романом за руку, посмотрел на Анюту долгим взглядом.
- Счастья тебе, Анюта, - сказал просто. - Будьте счастливы.
И ушел. Легко, по-моряцки, чуть вразвалочку. А у неё внутри что-то дернулось и затихло. Навсегда. Они уехали. Родители Романа жили в небольшом городке в степи, далеко от моря. Анюта вздохнула полной грудью - здесь не пахло морем, солью, не кричали чайки, не напоминал ни о чем прибой. Успокоилась…
Через полтора года Анюта родила сына, хоть и боялась, что не сможет родить, вспоминала ту свою ошибку. Но Бог сжалился видимо. Назвали сына Антошкой. Жили хорошо. Роман души в ней не чаял, в сыне души не чаял. Вахтами зарабатывал, дом строил. Казалось, счастье наконец-то пришло и обосновалось надолго.
- Анютка, моя дорогая, как же я люблю тебя и сына, очень скучаю там без вас, – приезжая, Роман не мог наглядеться на своих близких.
Но судьба - злая насмешница.
Роман погиб через три года после свадьбы. Несчастный случай на буровой. Анюту как будто током ударило. Она стояла над гробом, держа на руках двухлетнего Антошку, и не могла плакать. Только смотрела на спокойное, родное лицо мужа и шептала:
- За что? Почему ты меня оставил?
Начались годы вдовства. Работа, сын, свекровь, которая помогала, но смотрела с жалостью. Анюта тянула лямку одна, верила, что больше никогда никого не полюбит, и хватит с неё потерь.
Но через пятнадцать лет, когда Антошка уже вырос и после девятого класса уехал учиться в город, она встретила Степана. Веселый, шумный, с гармошкой наперевес. Пообещал золотые горы, говорил, что на руках носить будет. Анюта почти сорокалетняя, уставшая от одиночества, поверила. Опять поверила.
Свадьбу не играли, просто расписались. И сразу всё пошло не так. Степан оказался пьющим. Сначала тихо, скрываясь, потом запойно. Анюта думала:
- Надо перетерпеть, вылечить. Тем более я забеременела, поздновато конечно, - но родила дочку, назвала Надей. - Надеюсь, ребенок остановит, образумит, - все еще не теряла надежды.
Куда там. Степана ничто не остановило, как вел такой образ жизни, так и жил. Не интересовался дочкой, все было безразлично, лишь бы ему было хорошо. Анюта, теперь уже Анна, осталась с двумя детьми - почти взрослым сыном и крохой-дочкой, и с мужем-алкоголиком, который пропивал всё, до чего мог дотянуться. Развелись быстро, но осадок остался горький.
После развода вздохнула свободно.
- Ну надо же, как хорошо, спокойно, - думала она, - теперь лишь бы дочку вырастить.
Души не чаяла в Наденьке, поздний ребенок, такой любимый. Думала Анна, что судьба будет к ней благосклонна. Любила и лелеяла дочку.
А когда Надя выросла, вдруг пошла по дорожке отца. С пятнадцати лет гулянки, компания, ночные звонки. Анна плакала, ругалась, молилась, ничего не помогало.
В восемнадцать Надя принесла дочку, крошечный сверток, и положила на руки Анне.
- Мам, я не справлюсь, да и не нужна она мне, - сказала немного виновато. - Ты же у нас сильная. Воспитаешь.
И ушла в свою разудалую жизнь, махнув рукой. Анна осталась одна с внучкой на руках. Возраст уже, пенсия, но что делать? В доме снова запахло детским питанием и стиральным порошком. Качала по ночам коляску, смотрела в темное окно и думала о том, как жизнь делает круги.
Вспоминала тот автобус, соленый ветер, горячие руки Игоря. Вспоминала тихую улыбку Романа, его надежное плечо. Вспоминала пьяные глаза Степана и свои слезы.
Одного не понимала:
- Где я свернула не туда? Или дорога у меня такая, с детства прописана?
Внучка заворочалась, захныкала. Анна наклонилась, поправила одеяльце, погладила по мягкой щечке.
- Ничего, маленькая, - прошептала. - Бабушка вытянет. Бабушка сильная. Мы справимся.
За окном тихо падал снег. Давно уже не было моря. Только степь, только тишина и маленький теплый комочек, который снова давал смысл жить дальше.
Спасибо за прочтение, подписки и вашу поддержку. Удачи и добра всем!
- Можно почитать и подписаться на мой канал "Цвет времени".