Эту страницу своего прошлого я давно перевернул, но горький осадок, как говорится, остался надолго. Мой первый брак рухнул так же стремительно, как и начинался. С Аленой мы пробыли вместе около двух лет: половину этого срока крутили красивый роман, а вторую половину пытались играть в счастливую семью. На старте всё казалось сказкой — искры из глаз, понимание с полуслова. Но стоило штампу появиться в паспорте, как карета нашей романтики стремительно превратилась в тыкву.
Алену словно подменили. Ее стала дико раздражать моя зарплата. В доме поселились бесконечные упреки: ей грезились брендовые вещи, заграничные курорты и статусная жизнь. Мы отнюдь не бедствовали, холодильник всегда был полон, но ее аппетиты росли в геометрической прогрессии. Я стискивал зубы и вкалывал за двоих, рассчитывая на скорую должность руководителя отдела. Наивно верил, что лишние нули на карте спасут наш брак. Должность я в итоге выбил, вот только тратить эти деньги моей супруге уже не пришлось. К тому моменту нас официально развели.
Финал нашей «истории любви» оказался банальным до тошноты. Я тогда даже не подозревал, что стою на краю пропасти и пытался склеить то, что уже разбилось. Как-то раз шеф отпустил меня пораньше. Я тихо открыл дверь своим ключом и замер в коридоре. На кухне Алена щебетала со своей близкой подругой Оксаной. Пара фраз — и мой карточный домик рухнул окончательно.
Корни этой грязи, как оказалось, росли из зимнего корпоратива. Я тогда без задней мысли отпустил жену веселиться с коллегами. Сам налево никогда не смотрел и ей доверял абсолютно. Вернулась она под утро, еле держась на ногах от выпитого. Тревожных звоночков я тогда не услышал. А зря.
Именно тот подслушанный разговор расставил все точки над «i».
— Ну и как ты собираешься выкручиваться? Скажешь, что это подарочек с новогодней пьянки? — донесся до меня приглушенный голос Оксаны.
— Да какая разница, от кого я залетела — от мужа или от Вадима Викторовича! — фыркнула моя благоверная. — Оформлю всё на Вадима. С Максом ловить тупо нечего, он как был нищебродом, так им и помрет. А шеф — птица высокого полета, обеспечит по полной программе.
— А ничего, что у него кольцо на пальце?
— Ой, да брось! Жена не бетонная стена, подвинется. Тем более, у них давно всё остыло.
— А мужа-то не жалко?
— Я же русским языком объяснила: он бесперспективный.
В ушах зазвенело. Я ворвался на кухню. Руки чесались отвесить ей звонкую пощечину, чтобы сбить эту спесь, но я вовремя затолкал свою ярость поглубже. Пачкать руки не стал. Просто молча указал на дверь и выставил ее с вещами за порог в тот же вечер. Заявление на развод полетело в суд незамедлительно.
Нас раскидали в разные стороны на удивление гладко, даже с учетом ее положения. Алена не вставляла палки в колеса — она уже мысленно примеряла корону жены богатого босса. Делить нам было нечего: моя добрачная квартира и машина так при мне и остались.
Что скрывать, первое время я готов был выть на луну. Предательство выжгло внутри огромную дыру. Чтобы не сойти с ума от паршивых мыслей, я маниакально погрузился в работу. Именно это рвение в итоге и принесло мне то самое долгожданное повышение и солидный оклад.
Жизнь постепенно входила в нормальное русло. Прошло несколько месяцев. И вдруг сюрприз — бывшая заявляется ко мне прямо в офис. С внушительным животом наперевес, в слезах, умоляет начать всё с чистого листа. Пела сладкие песни о том, что Вадим был чудовищной ошибкой, что любит она только меня, и ребенок, мол, стопроцентно мой. Я смотрел на нее и чувствовал лишь абсолютную пустоту. Ни капли доверия. В голове билась только одна насмешливая мысль: «Надо же, не поленилась притащиться на другой конец города с таким пузом».
Истинную причину этого спектакля я узнал позже, а тогда просто сухо указал ей на дверь. Добавил лишь одно: если ДНК-тест после родов подтвердит мое отцовство — буду платить алименты. Не более того. Она еще какое-то время пыталась обрывать мой телефон, но вскоре сдалась.
Всю подноготную этого визита я выяснил пару лет спустя через общих знакомых. Оказалось, шефу чужой прицеп даром был не нужен. Разрушать свою семью ради интрижки он передумал. Алену вежливо, но жестко «ушли» с работы, сунув на прощание конверт с отступными, чтобы не отсвечивала. Эти подачки она спустила еще до поездки в роддом. От безысходности и надвигающегося безденежья она и приползла ко мне в офис, надеясь сыграть на старых чувствах, но просчиталась.
Когда малыш появился на свет, экспертиза расставила всё по местам: биологический отец — Вадим. Вот только золотые горы Алене так и не обломились. Хитрый босс давно переписал весь бизнес и недвижимость на законную супругу, а сам по документам числился сотрудником с минимальным окладом. В итоге моей бывшей с младенцем на руках пришлось укатить к родителям в глухую деревню с печным отоплением. Теперь она выживает на копеечные алименты от своего «состоятельного» любовника. Ее попытки судиться закончились тем, что Вадим пригрозил подключить связи и вообще отобрать у нее сына.
Раньше я часто ломал голову: ну чего ей со мной не жилось? А потом в моей жизни появилась Полина, моя нынешняя жена. И всё встало на свои места. Я понял, что всё случившееся было только к лучшему. А закон бумеранга работает без осечек — он всегда возвращается к тому, кто его запустил.
