— Да вы там совсем ослепли?! — Илья Сергеевич с силой бросил тяжелую перьевую ручку на стол, так что она со звоном отскочила от стеклянной столешницы. — У нас кассовый разрыв размером с торговый центр! Где деньги за третий квартал?
Вера замерла у входа в кабинет, крепко сжимая пластиковую ручку швабры. В воздухе отчетливо пахло крепким кофе, нервами и чем-то терпким — директор явно пренебрегал правилами бизнес-центра, пытаясь успокоиться у открытого окна.
Экран его рабочего ноутбука был развернут к двери. На нем красным цветом горели столбцы сводной таблицы. Вера машинально скользнула взглядом по цифрам. Ей хватило пяти секунд, чтобы мозг, натренированный годами серьезной практики, сложил пазл.
— У вас двойные списания по субподрядам, — тихо произнесла она, делая шаг в кабинет. Резиновая подошва ее недорогих кроссовок скрипнула по паркету.
Илья Сергеевич резко обернулся. Он выглядел крайне взвинченным и злым. Он смерил взглядом худую женщину в выцветшем синем халате поверх простого свитера.
— Идите полы мыть, мои экономисты неделю ищут ошибку! — кричал директор, указывая рукой на дверь. — Мне только советов от клининга не хватало! У меня финансовый отдел с красными дипломами сидит, а тут…
— Дипломы не мешают им выводить средства компании, — голос Веры остался ровным, хотя ей стало не по себе. Она прислонила швабру к стене, подошла ближе к столу, игнорируя тяжелый взгляд начальника. — Смотрите на строчку логистических услуг. Вы оплачиваете счета ИП Савченко и ООО «Вектор-Плюс». Названия разные. Но расчетные счета открыты в одном филиале, а суммы дробятся на мелкие транши, ровно до лимита, который не требует вашего личного подтверждения. Они просто копируют акты выполненных работ, меняя только даты.
В просторном кабинете повисла тяжелая пауза. Слышно было только гудение системного блока под столом.
Илья Сергеевич медленно опустился в кресло. Он придвинул к себе мышку и начал активно кликать, открывая вложенные файлы актов. С каждым щелчком он всё больше менялся в лице, осознавая масштаб проблемы.
— Откуда вы… кто вы такая? — хрипло спросил он, не отрывая глаз от монитора.
— Уборщица вечерней смены. Мне нужно домыть коридор, пока охранник не закрыл этаж, — Вера развернулась, подхватила швабру и вышла.
Она никак не могла унять волнение, когда полоскала тряпку в техническом ведре. Запах дешевого лимонного средства для полов резал нос. Зачем она влезла? Кому нужны ее советы? У нее сейчас одна задача — заработать на аптечные наборы для мамы, а не спасать чужой бизнес.
Чтобы понять, как Вера оказалась на этом этаже с ведром ледяной воды, нужно отмотать время на три года назад.
Тогда она носила строгие юбки-карандаши, ездила на хорошей иномарке и руководила отделом аудита в крупной столичной фирме. Всё рухнуло в один ноябрьский вечер. Звонок от соседки разорвал привычный ритм жизни: Нина Павловна, мама Веры, не смогла встать с кровати. Тяжелое испытание обрушилось внезапно.
Началась череда бесконечных клиник, консультаций и бессонных ночей. Вера пыталась совмещать работу с уходом, но мама требовала круглосуточного внимания. Пришлось уволиться. Накопления таяли на глазах, уходя на сиделок, помощников и редкие импортные средства, которые нужно было доставать через знакомых.
Когда состояние мамы немного выровнялось, Вера поняла, что у нее осталась тысяча рублей в кошельке и долг за коммунальные услуги. Возвращаться в офис на полный день она не могла — маму всё еще нельзя было оставлять одну надолго. Вечерняя подработка клинером стала спасением. Днем она варила протертые супы и читала Нине Павловне книги, а вечером шла драить чужие полы.
В компании Ильи Сергеевича Веру откровенно не замечали. Точнее, замечали только тогда, когда нужно было самоутвердиться. Особенно в этом преуспела Кристина — заместитель главного экономиста.
— Эй, ты, — бросила она Вере накануне, не отрывая взглядом от смартфона. — Я там кофе пролила у кулера. Вытри быстро, а то у меня туфли замшевые, испорчу еще об этот беспорядок.
Вера молча вытерла. Гордость давно отошла на второй план. Важно было только одно: чтобы завтра утром мама смогла сама сесть в кровати.
На следующий вечер, подходя к стеклянным дверям офиса, Вера заметила неладное. На входе стоял незнакомый крепкий мужчина в черном костюме. В коридоре было шумно.
Вера прошла в подсобку, стянула старую куртку и надела халат. Из приоткрытой двери она услышала возмущенный голос Кристины.
— Я ничего не знала! Илья Сергеевич, это всё Пашка придумал, я просто подписывала! Вы не имеете права!
— Вещи в коробку и на выход, пока я органы не вызвал, — холодно отрезал Илья Сергеевич. — Охрана вас проводит. И Пашку твоего тоже.
Вера налила воду в ведро, стараясь не шуметь. Но отработать смену ей не дали. В подсобку заглянула секретарь Снежана. Глаза у девушки были очень удивленными.
— Вера… вас там шеф зовет. В кабинет. Сказал, срочно.
Вера вытерла влажные руки о подол халата и пошла по коридору. В кабинете директора было так душно, что казалось, воздух можно резать ножом. Илья Сергеевич стоял у окна, скрестив руки на груди. На столе лежали аккуратные стопки распечаток.
— Присаживайтесь, — он указал на кресло для посетителей.
Вера присела на самый краешек, машинально пряча покрасневшие от жесткой воды руки под стол.
— Я поднял ваши документы в отделе кадров, — начал директор, глядя ей прямо в глаза. — Вера Николаевна. Бывший старший аудитор. Блестящий послужной список. Почему вы скрыли это при приеме на работу?
— Вы искали человека мыть полы. Диплом аудитора для этого не требуется, — спокойно ответила Вера.
Илья Сергеевич усмехнулся, покачав головой.
— Безопасники шерстили документы всю ночь. Вы оказались правы до последней копейки. Мой главный экономист и его заместитель вывели огромную сумму. Если бы не вы, мы бы не справились с этим ударом.
Он подошел к столу и сел напротив Веры.
— Я уволил их обоих. Сейчас у меня дыра не только в бюджете, но и в кадрах. Мне нужен человек, который умеет читать цифры, а не просто рисовать красивые презентации. Вы пойдете ко мне главным аналитиком.
Вера опустила глаза на свои старые, растоптанные кроссовки.
— Я не могу работать полный день. У меня мама… ей нужен уход. Я могу уходить из дома максимум на четыре часа.
— Значит, будете работать четыре часа в офисе, остальное — удаленно, — мгновенно отреагировал Илья. — Я предоставлю вам рабочий ноутбук и оплачу такси до дома. Оклад…
Он назвал цифру, от которой у Веры слегка зашумело в ушах. Это было в несколько раз больше того, что она получала, надрывая спину с тяжелыми ведрами.
— Вы согласны? — спросил он.
— Да.
Вера вышла из бизнес-центра в прохладную московскую ночь. Воздух пах мокрым асфальтом, и ей казалось, что наконец-то тяжелый груз свалился с ее плеч.
Дома горел торшер. Нина Павловна не спала, тихонько перебирала спицами — специалист посоветовал вязание для моторики.
— Мам, я не буду больше полы мыть, — Вера опустилась на колени перед креслом и уткнулась лицом в теплые шерстяные колени матери. — Я теперь снова аналитик. Мы сможем купить всё необходимое для твоего восстановления. И путевку в санаторий на воды.
Нина Павловна отложила спицы. Ее сухая рука легла на голову дочери, перебирая волосы.
— Девочка моя… ты всё выдержала. Умница моя.
Через неделю Вера получила первый аванс. Она не стала откладывать. Сначала зашла в аптечный пункт и выкупила все средства для мамы. А потом отправилась в торговый центр.
Она долго стояла перед зеркалом в примерочной. Избавиться от привычки экономить на себе было сложно. Но она заставила себя купить хороший, плотный брючный костюм графитового цвета, качественные туфли и светлую блузку. Вечером зашла в парикмахерскую у дома, где мастер привела в порядок ее прическу.
Когда Вера утром понедельника вошла в офис, секретарь Снежана едва не поперхнулась водой. От прежней забитой уборщицы не осталось и следа. Уверенная осанка, спокойный взгляд, строгий костюм. Вера прошла в свой новый кабинет, включила компьютер и погрузилась в работу. Ей предстояло навести порядок в делах, оставленных Кристиной.
Спустя три месяца компания готовилась к важному событию. Приезжал крупный инвестор из Питера, Олег Дмитриевич — человек жесткий и въедливый. От его решения зависело финансирование нового проекта.
Совещание проходило в большой переговорной. Илья Сергеевич заметно нервничал. Олег Дмитриевич, грузный мужчина с цепким взглядом, пролистал предоставленный отчет и хмыкнул.
— Красивые графики, Илья. Но у вас в прошлом полугодии была дикая просадка. Я не вижу гарантий, что вы снова не допустите просчета. Кто у вас сейчас сводит баланс?
Илья Сергеевич кивнул Вере. Она встала. Костюм сидел идеально, голос звучал уверенно.
— Просадка была вызвана незаконными действиями предыдущего руководства отдела, Олег Дмитриевич, — Вера вывела на большой экран детализированную таблицу. — Мы полностью переработали систему согласования выплат. Взгляните на страницу семь. Теперь любой платеж проходит строгую проверку, а мы сменили поставщиков, сократив лишние траты на пятнадцать процентов. Вот динамика за последние два месяца.
Инвестор прищурился, вчитываясь в цифры. Он начал задавать каверзные вопросы. Вера отвечала мгновенно, не заглядывая в бумажки. Она знала этот баланс наизусть.
Спустя сорок минут Олег Дмитриевич откинулся на спинку кресла.
— Знаете, Илья, — произнес он, не сводя взгляда с Веры. — Я думал, вы не справитесь. Но с таким специалистом… я готов обсуждать вложения. Прекрасная работа, Вера Николаевна. Редко встречаю людей, которые так чувствуют цифры.
Вечером Вера открыла дверь своей квартиры. Из кухни доносился аппетитный запах ужина. Нина Павловна стояла у плиты, помешивая еду лопаткой. Она ходила без опоры, лишь иногда придерживаясь за край столешницы.
— Мам, ты почему на ногах? — Вера бросила сумку на пуфик и поспешила на кухню.
— А я устала лежать, Верочка, — улыбнулась Нина Павловна. На ее щеках играл здоровый румянец. — У меня сегодня спина почти не ноет. Давай ужинать. Рассказывай, как там твои инвесторы?
Вера смотрела на маму, на уютную чистую кухню, и чувствовала, что всё наконец-то наладилось. Испытание осталось позади. Впереди была просто жизнь.
Спасибо за ваши лайки и комментарии и донаты. Всего вам доброго! Буду рад новым подписчикам!