Когда я вспоминаю Антона, у меня само собой напрашивается определение — профессиональный кандидат. Есть тайный кандидат (как тайный покупатель, тайный пациент), а есть именно профессиональный. Это кандидат, востребованный на кадровом рынке настолько, что может продавать себя в различные компании сколько угодно раз, разумеется, повышая с каждым разом свою зарплату. Конечно же, такая легкость на подъем объясняется не только профессионализмом, но и личными коммуникативными качествами: попробуй продаться успешно, когда в резюме чехарда, тут уметь надо.
Обычно хедхантеры дружат с подобными кандидатами, поддерживают деловую связь, время от времени перетаскивая их с места на место и зарабатывая на этом гонорар — словом, все друг другом довольны. Не нужно думать, что профессиональные кандидаты умеют себя только продавать и не способны работать долго. Способны, иначе бы их не брали на работу с такой легкостью. Нет, они именно умеют дать быстрый результат, но потом им становится скучно, ибо они спринтеры, а не стайеры. Становится скучно — и тут обязательно им кто-нибудь звонит. Работодатель, как правило, понимает, кто перед ним и отличает профессионала от тех, кто не умеет справиться даже на испытательном сроке. В конце концов, профессиональные кандидаты находят «своего» работодателя либо у них, как у Антона, происходит что-то неожиданное. Вообще, это люди, способные формировать свою судьбу.
Именно таким кандидатом был Антон. Нашла я его случайно, копаясь в базе агентства. База у нас была уникальная по функциональности, в ней хранилась информация абсолютно по всем резюме кандидатов, вне зависимости от того, приходил ли тот на собеседование в агентство или просто прислал резюме на почту. И чем профессиональнее рекрутер, тем точнее он мог задать поисковый запрос и глубину поиска — год или пять, не имело значения. Для хедхантинга наша база была инструментом незаменимым и, честно говоря, такого продукта я более нигде не встречала.
Итак, я копалась в базе, а за окном был поздний вечер, и кандидаты приходили домой после рабочего дня. Им бы отдохнуть, но тут их подкарауливала я со своим звонком и своей болью. Но ничего не поделаешь, я тоже хотела домой, вакансия же никак не отпускала, требуя новых и новых жертв.
Антон моему звонку обрадовался и сразу заговорил так, словно мы были с ним давно знакомы.
- Как же, как же, я знаю компанию Х (он верно назвал компанию-моего клиента). Ну а что там по условиям?
Такой прагматичный подход, я думаю, должен коробить работодателей. Но мы, рекрутеры, такое любим — как говорится, зачем время терять на пустые разглагольствования? Тем более, все равно все этим и закончится.
Я обозначила вилку, Антон согласился без раздумий.
- Я готов приехать к ним в любой день и время. Но с одним условием — меня в вашей компании многие знают в лицо, не хотелось бы, чтобы увидели и узнали. Возможно ли зайти в компанию с черного входа?
Если вы думаете, что я удивилась, то вы просто не работали в рекрутинге. Случаи действительно, бывают разные. По счастью, запасной вход у компании имелся (вообще, я думаю, Антон и без меня это знал), а HR-руководитель была опытной дамой, видавшей всякое. Словом, Антона и привели, и вывели без свидетелей. А между этими двумя перемещениями с ним обо всем договорились. Резюме, в котором, три последних места работы длились от силы по полгода, никого не смутили совершенно. Кстати, все три места Антон нашел с помощью хедхантеров, что только подтверждает мое определение.
Честно скажу: мои профессиональные компетенции и всяческие экспертизы в этой истории совершенно никому не пригодились. История развивалась сама собой, я только плыла по течению и волновалась, успею ли выставить счет в текущем месяце.
Антон вышел к моему клиенту через неделю, в отдел продвижения рецептурных препаратов. Как он работал, не могу сказать. Там директором в то время была весьма специфичная дама, если ужился с ней в одной лодке — уже молодец. Антон ужился, и хоть его время от времени и собирались уволить, однако же не увольняли. А ушел он сам — через полгода, разумеется. В другую компанию, с более привлекательным компенсационным пакетом. Привет коллегам из других агентств, поймали эстафету.
Я бы и думать забыла про него, но много лет спустя мне позвонила подруга Алина:
- Слушай, тут к моему старому клиенту нужен продакт на фарму, знаешь кого-нибудь, кто точно доедет на собеседование?
Я смогла вспомнить только Антона, нашла его номер, но…
- Да, я вас отлично помню, Марина. Да, и компанию Х, конечно же, тоже. Однако я больше не работаю в бизнесе, завязал с этим и вернулся в профессию. В какую? Ну я врач все-таки. Анестезиолог-реаниматолог, третий год работаю в больнице и меня все здесь устраивает.
Вот такие дела.
Так что не спешите ставить клеймо летуна на кандидата, часто меняющего компании. Возможно, он просто ищет себя, и однажды, как Антон, вернется к себе самому...