Найти в Дзене

Слово переводчику

Анастасия Любаева о книге Карли Ньюджент «Сахар»: Раньше мне казалось, что литература для молодежной аудитории — это либо что-то наивное, либо откровенно поучительное. Почему? Ну вот такой стереотип сложился. Когда я сама была янг-эдалт аудиторией, читать литературу «по возрасту» мне было не по душе: я была жуткой снобкой и читала исключительно классику, даже если явно до нее не дотягивала. А тут, уже в общем-то выйдя из возраста обозначенной целевой аудитории, я столкнулась с «Сахаром». И очень этому рада.
Книг, которые говорили бы на одном языке с моим внутренним подростком — а он у меня похуже капризного внутреннего ребенка: обозленный, обиженный, бескомпромиссный, —я раньше не встречала. Этим, собственно, и объясняется моя глубокая любовь к этой истории. Сначала я ее полюбила, а уже потом перевела.
Я старалась, чтобы Персефона (ну и имечко у нашей героини, да? Дело, если что, происходит не в Древней Греции, а в современной Австралии) на русском осталась такой же ершистой, какой отк

Анастасия Любаева о книге Карли Ньюджент «Сахар»:

Раньше мне казалось, что литература для молодежной аудитории — это либо что-то наивное, либо откровенно поучительное. Почему? Ну вот такой стереотип сложился. Когда я сама была янг-эдалт аудиторией, читать литературу «по возрасту» мне было не по душе: я была жуткой снобкой и читала исключительно классику, даже если явно до нее не дотягивала. А тут, уже в общем-то выйдя из возраста обозначенной целевой аудитории, я столкнулась с «Сахаром». И очень этому рада.
Книг, которые говорили бы на одном языке с моим внутренним подростком — а он у меня похуже капризного внутреннего ребенка: обозленный, обиженный, бескомпромиссный, —я раньше не встречала. Этим, собственно, и объясняется моя глубокая любовь к этой истории. Сначала я ее полюбила, а уже потом перевела.
Я старалась, чтобы Персефона (ну и имечко у нашей героини, да? Дело, если что, происходит не в Древней Греции, а в современной Австралии) на русском осталась такой же ершистой, какой открылась мне в оригинале. Чтобы ее колкости и каламбуры звучали так же искристо. Старания стараниями, но судить, ясное дело, уже читателям.
Всякий раз, когда бралась за эту заметку, я ловила себя на том, что начинаю пространно пересказывать сюжет: слишком уж важной мне кажется в нем каждая деталь. В итоге я решила сделать прямо противоположное и написать о сюжете максимально коротко:
Персефона учится жить. Со всеми вытекающими из этого последствиями.

Книга на сервисе ЛитРес:
https://www.litres.ru/book/karli-nudzhent/sahar-73147058/