Я до сих пор вздрагиваю, когда слышу шаги на лестнице. Особенно те, что замирают прямо у моей двери. Прошел год, как я съехал из той квартиры, но по ночам мне кажется, что кто-то медленно поднимается по ступеням и принюхивается.
А началось всё с обычного стука.
Я снимал квартиру на четвертом этаже обычной панельной девятиэтажки. Район тихий, соседи спокойные — что еще нужно студенту для учебы? Первые недели всё было нормально. Пока я не начал замечать глухой, монотонный стук снизу.
Он начинался всегда после полуночи. Тук... тук... тук... Будто кто-то методично долбил стену тупым предметом. Я стучал по батарее — бесполезно. Звук не прекращался.
А потом появился запах.
Сладковатый, тошнотворный, он поднимался сквозь щели в полу. Пахло чем-то испортившимся, смешанным с резким химическим запахом. Я жаловался управляющему, но тот только разводил руками:
— Там старик живет с дочерью. Платят исправно, не буянят. Что я могу сделать?
Стук сводил меня с ума. Я не высыпался, на учебе валился с ног. И тогда я решил действовать.
Я заметил, что каждое первое число почтальон приносила пенсию в квартиру 35 — ту самую, что подо мной. В очередной раз, когда женщина постучала в дверь, я спустился и притворился племянником жильцов.
— Бабушка плохо себя чувствует, давайте я передам, — сказал я максимально убедительно.
Почтальон пожала плечами и отдала конверт. Дверь открыла полная бледная женщина лет пятидесяти. Её взгляд был пустым, отсутствующим, будто она смотрела сквозь меня.
— Отдайте отцу, — без эмоций произнесла она. — Он в мастерской.
Женщина указала на дверь в глубине прихожей. Из квартиры доносился тот самый сладковатый запах, теперь он был густым, почти осязаемым. Я заглянул внутрь: комната была заставлена странными аппаратами с трубками и колбами, похожими на дистилляторы. На стенах висели инструменты — скальпели, пинцеты, ножницы.
Любопытство оказалось сильнее страха. Я толкнул указанную дверь.
Комната освещалась тусклой красной лампой. За верстаком сидела мужская спина. Человек что-то усердно собирал, склонившись над столом.
— Ваша пенсия, — сказал я, протягивая конверт.
Незнакомец медленно обернулся.
У меня похолодели руки. Это не было нормальное человеческое лицо. Кожа была туго натянута, словно пергамент, и сшита грубыми темными нитками. Швы расходились у висков. Один глаз отсутствовал — на его месте тускло поблескивал стеклянный протез.
Он уставился на меня единственным живым глазом.
— Спасибо, — проскрипел он голосом, похожим на скрип ржавых петель. — А ты... свежий. Детали изнашиваются.
Из тени за верстаком вышла та самая женщина. Она шла, не сгибая коленей, шаркая ногами по полу.
Я бросился прочь, захлопнул за собой входную дверь и побежал вверх по лестнице, не оборачиваясь.
Больше я не жаловался на стук. Я съехал через неделю, придумав историю о срочном переводе в другой город. Хозяйка даже не удивилась — наверное, думала, что я просто нервный.
Новые жильцы, как я позже узнал от консьержки, иногда слышат, как по ночам кто-то тяжело и медленно поднимается по лестнице. Шаги замирают у двери на секунду, будто кто-то принюхивается. Потом удаляются вниз.
Я больше не живу в панельных домах. И всегда проверяю, закрыта ли дверь на все замки.
А иногда, в тишине ночи, мне кажется, что я слышу глухой стук. Тук... тук... тук...
А вам когда-нибудь доводилось сталкиваться со странными соседями? Поделитесь своими историями в комментариях.
Подписывайтесь на канал, впереди еще много мистических историй!