Лена долго не могла прийти в себя после того, как услышала в свой адрес столько оскорблений. Три месяца она проработала в этом коллективе, все казались такими милыми, добродушными, а тут вдруг ополчились на нее, все без исключения. К тому же, теперь без зарплаты останется, да еще долги наверняка повесят на нее, а сумма немалая.
Лена работала в магазине одежды. Старалась, следила за порядком в своем отделе, за покупателями наблюдала, и вдруг выявилась такая крупная недостача! Откуда?! Конечно, Лена не была единственным продавцом, но все кричали в один голос, что еще никогда такого в магазине не было. Все работают уже давно и только Лена новенькая, значит – ее рук дело, обсуждению не подлежит!
Елена ходила к директору, просила посмотреть все камеры видеонаблюдения, но ей ответили, что служба безопасности уже занимается этим вопросом и как только доказательство ее вины будет найдено, руководство сразу обратится в полицию, если Лена добровольно не вернет украденное. Говорили так открыто и спокойно, будто Лена уже по умолчанию была виновницей, но нужно было только отыскать улики.
– А пока, – сказала строго Тамара Васильевна, – от работы ты отстраняешься. Иди и подумай, как будешь с догами рассчитываться!
Елена не стала ничего отвечать. Она уже не раз пыталась оправдаться, но в ответ ей приводили кучу разных аргументов, и все против нее. Она новенькая, она без опыта, она виновата…
Вернувшись в квартиру, которую она снимала, Лена увидела записку на столе: «Дозвониться до тебя не смог. Вечером заеду за деньгами. Артур».
Лена тяжело вздохнула и присела на край углового дивана. Со вчерашнего дня маковой росинки во рту не было, но есть совсем не хотелось. Она включила чайник, хотя понимала, что и чай не сможет выпить, так тяжело было внутри, будто разом на нее обрушились проблемы всего мира. Мало того, что в коллективе обвинили в том, чего она не совершала, так еще жених, узнав об этом инциденте, трусливо сбежал. У него ведь мать работает кассиром в одном из филиалов этой сети магазинов, не хватало бы еще, чтобы на нее стали пальцем показывать.
Вчера звонила бабушка – неважно чувствует себя, просила привезти лекарства, а у Лены за душой, как говорится, ни гроша. Была отложенная сумма, которую сегодня ей необходимо внести за квартиру. А что дальше? Она так рассчитывала на зарплату, и осталась ни с чем. Брала дополнительные часы, подменяла девочек, даже за уборщицу работала неделю, когда той понадобился срочно отпуск по семейным обстоятельствам. Планировала, что получит больше денег, съездит к бабушке на выходные, а теперь и на автобус денег нет, не только на лекарства.
Так она сидела в собственных раздумьях, не заметив, как промчалось время, как давно закипела и остыла уже вода в чайнике. Когда в дверь позвонили, она вздрогнула от неожиданности, сердце заколотилось быстрее обычного. Елена сразу поняла, что пришел собственник квартиры, и тут же в голове возник спонтанный план.
– Артур, а вы могли подождать недолго? – Спросила Лена виновато, когда мужчина прошелся по квартире прямо в обуви и расположился на диване в комнате, раскинув руки на мягкую спинку. – У меня проблемы небольшие, очень сложно сейчас с финансами.
– Ну-y-y, – протянул мужчина, – так дела не делаются. Я тебе кран на кухне заменил?! По первому звонку. Диван новый привез, так как ты на старый жаловалась. Я все делаю, как и указано по договору, а ты меня подводишь. Нехорошо. И ладно, если бы хотя бы позвонила, предупредила, а мне пришлось ведь ехать через весь город, время свое тратить.
Лена подумала, что сам ведь виноват, что выбрал такой способ оплаты, она предлагала на карту переводить, но он, наверное, налоги не хочет платить, поэтому предупредил – только наличкой. Да и повод был квартиру каждый месяц проверять – заглядывал везде, чтобы пылинки не было. Вслух же сказала:
– Артур, простите, я правда, даже не подумала, что можно обсудить по телефону, столько всего навалилось, я и не заметила, как время пролетело. Извините, но позвольте мне чуть позже оплатить, пусть даже с процентами.
Лена подумала, что на месте не станет сидеть. Съездит к бабушке, та одна сейчас, родители Лены уехали в отпуск, впервые за много лет, она пообещала о бабуле позаботиться. Потом родители вернутся, она у отца попросит деньги, он не откажет, всегда говорил – обращайся, но Лена старалась обходиться без помощи. Теперь обратится. Да и работу станет новую искать, как только от бабушки вернется. Квартира эта ей очень нравилась, да и как Артур заметил справедливо, он все здесь сделал по ее запросам. А в новую переезжать – опять краны неисправные, диваны продавленные, соседи шумные, да и станут ли хозяева так быстро реагировать на замечания, с Артуром в этом плане просто повезло. Нет, ей однозначно здесь хотелось бы остаться.
– Понимаешь, Елена, – начал говорить Артур до странности протяжно, – Дело не в том, что мне нужны твои проценты, или я нуждаюсь в этой сумме здесь и сейчас. Я просто сам человек слова и требую, чтобы другие также относились, а ты нарушила договоренности. Но я могу понять.
Елена не сдержалась, выдохнула с облегчением, но Артур продолжил говорить.
– Я даже сам помочь тебе готов. Только скажи, какие именно проблемы, все уладим.
– Да что вы, не стоит, – Лена благодарно сложила перед собой ладони, – спасибо вам за понимание.
– Нет, ты меня не поняла, – Артур сделал жест рукой, чтобы она дослушала, – Я не готов ждать, не в моих это правилах. Но! Я предлагаю тебе сделку. Хочешь остаться в этой квартире? Роди мне ребенка, тогда я не просто не попрошу больше и копейки, но подарю тебе эту квартиру, и все проблемы улажу немедленно. Кроме того, обещаю щедрое вознаграждение.
Лена как будто онемела вся от этих слов. Присела медленно в кресло напротив и молча уставилась на него.
– Что вы сказали? – Переспросила, потому что не могла поверить, что услышанное – правда. Хотела думать, что ослышалась.
Артур не отвёл взгляда. Он смотрел на Лену пристально, почти требовательно, будто озвучил обычное деловое предложение, а не то, от чего у неё в висках застучало.
– Я всё сказал, – произнёс он спокойно. – Но прежде чем ты начнёшь возмущаться, выслушай меня. Ты ведь умная девочка.
Он вдруг стал другим – не тем самоуверенным хозяином квартиры, который привык, чтобы ему не перечили, а уставшим мужчиной. Он тяжело опёрся локтями о колени, сцепил пальцы.
– Я был очень счастлив, Лена. По-настоящему счастлив.
Она молчала. Внутри всё кипело, но что-то в его голосе заставило её слушать.
– Мы с Лейлой поженились по любви. Не по расчёту, не потому что «так надо». Я тогда только начал свой бизнес, крутился, как белка в колесе, но домой летел, потому что там меня ждали. Через год родилась дочка. Самая красивая девочка на свете. Я плакал в роддоме, представляешь? – он криво усмехнулся. – Потом через три года появился сын, мой наследник. Я тогда думал: вот оно, всё, ради чего стоит жить. Мы мечтали о большой семье. Лейла хотела троих, а то и четверых детей. Я построил дом – не квартиру, а настоящий особняк, просторный, с садом. Детские комнаты, качели во дворе… Я был уверен, что впереди только счастье.
Он замолчал. Лена видела, как его лицо будто каменеет.
– Сыну было два года, – тихо продолжил он. – Два года и три месяца. Я в тот день задержался на работе, Лейла была дома с детьми. Окно в его комнате… – он сглотнул. – Оно было приоткрыто. Москитная сетка. Ты же знаешь, что они не держат вес? Никто об этом не думает, пока…
Он не договорил.
Лена почувствовала, как по спине пробежал холодок.
– Он забрался на подоконник. Лейла была на кухне. Всё произошло за секунды. Третий этаж.
В комнате стало так тихо, что было слышно, как тикают часы на стене.
– Мне позвонили соседи. Я ехал и уже всё понимал. Просто понимал. – Его голос дрогнул. – Скорая… больница… ничего нельзя было сделать. Мы похоронили сына, а вместе с ним похоронили и свою семью.
Лена вздрогнула.
– Я обвинял её. Кричал, что она не уследила. Что если бы она была рядом… – он горько усмехнулся. – А она кричала, что я никогда не бываю дома. Что всё хозяйство, дети – на ней. Что она устала. Мы оба были правы и оба неправы. Но в тот момент это не имело никакого значения.
Он встал, прошёлся по комнате.
– Каждый переживал горе по-своему. Я уходил в работу, ночевал в офисе. Она закрывалась в спальне, могла часами смотреть в одну точку. Мы почти не разговаривали. А потом однажды дочка подошла ко мне и спросила: «Папа, а вы с мамой тоже меня бросите?»
– Вот тогда я очнулся, – тихо сказал Артур. – Мы забыли, что у нас есть ещё один ребёнок. Она тоже потеряла брата, она тоже боялась. Я поговорил с Лейлой, мы решили, что должны всё исправить ради дочери. Строили семью заново, учились разговаривать, слушать. Это было тяжело, но мы справились. Через пару лет снова заговорили о детях. Думали, что жизнь должна продолжаться. Но забеременеть не получилось.
Он усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья.
– Прошло шесть лет с того дня. Шесть лет. Мы прошли всех врачей. Лучшие клиники, заграничные специалисты. Я возил её к бабкам, к каким-то целителям, сам не верил, но цеплялся за любую надежду. Ничего. Врачи сказали, что организм так отреагировал на стресс. Что шансов почти нет.
Лена слушала, и её сердце сжималось. Она видела, как он будто заново проживает всё это.
– Мне сорок пять, Лена, – сказал он глухо. – Я люблю жену, я её не оставлю, никогда. Она не виновата в том, что случилось. И в том, что не может родить – тоже не виновата. Но я хочу сына. Я хочу, чтобы мой род продолжился. Чтобы в доме снова звучал детский смех.
Он посмотрел на неё так пристально, что ей стало не по себе.
– Я давно присматривался. Искал молодую женщину, которая могла бы родить здорового ребёнка. Ты – идеальный вариант. Ты здоровая, красивая… – он замялся на секунду. – И немного похожа на Лейлу в молодости.
Лена почувствовала, как внутри всё переворачивается.
– Я готов выслушать любые твои условия, – добавил он. – Любые. Деньги, квартира, помощь твоей семье. Всё, что скажешь.
Она сидела, не зная, что сказать. Ей было жаль его, жаль Лейлу, жаль того маленького мальчика, которого она никогда не видела. Артур говорил, и в его голосе было столько боли, что казалось – ещё чуть-чуть, и он сорвётся. Но его предложение…
Рекомендую к прочтению:
И еще интересная история:
Благодарю за прочтение и добрые комментарии! 💖