Всем привет, друзья!
В историю Великой Отечественной войны имена героев вписаны кровью и бессмертной славой. Одним из таких имён, олицетворяющих несгибаемую волю советского народа к Победе, является имя снайпера Максима Пассара — сына нанайского народа, чей подвиг стал достоянием всей многонациональной страны. Сегодня, когда мы вновь обращаемся к страницам минувшей войны, особую ценность представляют свидетельства очевидцев, сохранившие для нас живой голос эпохи.
В апреле 1965 года своей историей поделился подполковник запаса Павел Константинович Похилько. В годы войны он был корреспондентом газеты 65-й армии, которой командовал прославленный генерал Павел Иванович Батов. Ему посчастливилось не раз встречаться с Максимом Пассаром непосредственно в окопах, на передовой. И вот в его руках фронтовой блокнот, где хранились выписки из дневника героя и собственные записи военных лет. Рассказ ветерана позволяет нам сегодня прикоснуться к этой удивительной истории.
Имя Максима Пассара гремело на Донском фронте осенью 1942 года. Девятнадцатилетним юношей, в самом начале войны, ушёл он из родного селения на Амуре защищать Родину. Службу нёс в 117-м стрелковом полку. Фронтовые газеты тех лет много писали о боевых делах снайпера, называя его грозой для оккупантов. И это не было преувеличением: за короткое время на его личном счету числилось около трёхсот уничтоженных гитлеровцев.
Вот что поведал Павел Константинович Похилько, листавший пожелтевшие страницы своего фронтового дневника.
Глава первая. Московская область. Июнь 1942-го.
«2 июня 1942 года, — значится в записях Максима Пассара, которые бережно переписал военкор. — Наш полк стоит в обороне западнее Москвы. В моей личной боевой жизни произошло интересное событие — я стал снайпером, истребителем немецких фашистов. У меня на счету — один убитый фриц».
Как следовало из рассказа Пассара, запечатлённого в блокноте Похилько, этой первой победе предшествовал трагический и поучительный случай. К ним в полк прибыл представитель высшего командования для проверки обороны. Обойдя блиндажи и окопы, он признал, что всё хорошо, и уже собирался уезжать, но, проявив неосторожность, вышел из блиндажа и стал любоваться лесом. Заметив блеск ремней и фуражки, немецкий снайпер убил его одним выстрелом. Тяжёлая утрата потрясла всех.
Вечером того же дня командир полка товарищ Сиваков выстроил личный состав. «Товарищи, — обратился он к бойцам, — у нас произошло неприятное происшествие — вражеский снайпер убил представителя высшего командования. Фашисты обнаглели. А это всё потому, что мы сами фашистских снайперов не уничтожаем. Я решил создать в полку снайперскую команду». Выдержав паузу, полковник скомандовал: «Кто из вас охотники — два шага вперёд!»
Из строя вышли двое: Максим Пассар и ещё один паренек-сибиряк. Командир подошёл к Максиму, внимательно осмотрел его. «Как твоя фамилия, боец?» — «Пассар». — «Не русский, значит». — «Никак нет. Я нанаец». — «Нанаец, говоришь? Что-то я не слыхал такой нации. Откуда родом, товарищ Пассар?» — «Из Хабаровского края». — «Охотник, говоришь? Уж больно ты мал. Неужели ты и на медведя ходил?» — «Ходил, — последовал спокойный ответ, — у нас все охотники». — «Ну ладно, посмотрим, что из тебя получится».
Так Максим получил снайперскую винтовку и первое обучение. Он быстро освоил науку, тем более что желание стать снайпером было огромным. 1 июня 1942 года его вывели на передний край и посадили в засаду на высокую сосну, поставив задачу: выследить и уничтожить того самого вражеского снайпера, что убил представителя штаба. До полудня просидел Максим на дереве, но лес казался безмолвным. Начал было уже скучать, но тут его острый глаз, закалённый в тайге, заметил подозрительное шевеление ветки на одной из сосен. Присмотревшись в бинокль, он различил силуэт врага, обложившегося ветками и выставившего вперёд винтовку. Блеснувший на солнце металл выдал фашиста. «Сердце у меня забилось от волнения, — записал Максим в своём дневнике. — "Ну, Максим, — говорю себе, — не осрамись, не упусти живым врага, стреляй прямо в глаз, как белок на Амуре стрелял"».
Выстрел был точен. Враг с вскриком полетел с дерева вниз. Вечером того же дня командир полка Сиваков пригласил бойца к себе. «Молодец, Пассар! — пожимая руку, сказал комполка. — Утверждаю тебя полковым снайпером. С сегодняшнего дня ты ефрейтор».
Глава вторая. Сталинградская твердыня. Осень 1942-го.
Запись от 22 сентября 1942 года: «Вот уже более недели находимся на Дону, в большой излучине, оборону держим. Немцы к Сталинграду прорвались». В тот день полковник вызвал к себе всех снайперов. Обстановка под Сталинградом, говорил он, постоянно осложняется, враг рвётся к городу. Родина требует беспощадно бить врага, и каждый убитый фашист приближает День Победы.
Боевая работа продолжалась. Дневник фиксирует её будни. 26 сентября: «Сижу в своей землянке. Только что вернулся с передовой. Устал чертовски. Ужасно болит голова. День был удачным: подстрелил пятерых фашистов. Командир поздравил с успехом. Голова не перестаёт болеть, всё гудит и гудит. Это, наверное, от разорвавшейся мины. Она ударила в бруствер моего окопа сегодня в полдень. Меня сильно оглушило. Ну ничего, отдохну, и всё пройдёт».
28 сентября 1942 года становится знаменательной датой. «Есть сотый! — записывает снайпер. — Первого фашиста я убил в июне западнее Москвы, а вот сотого сегодня за Доном, в Большой излучине. Сотый — не последний. Буду беспощадно истреблять фашистов до тех пор, пока они топчут нашу священную советскую землю, буду мстить и мстить врагу за все его злодеяния».
В эти дни Максим не забывает о доме. 29 сентября он пишет: «Сегодня отдыхаю, на позицию не ходил, мылся в полковой бане, которая устроена в овраге. Написал домой в село Нижний Катар письмо отцу Александру Даниловичу, пусть не беспокоится за своего Максима. Во фронтовой газете "Красная армия" обо мне напечатали статью. Хвалят. Надо послать статью в Хабаровск, в комсомольскую газету».
Однако враг не оставлял попыток расправиться с советским снайпером. 1 октября: «Кто кого? Или я его, или он меня. Сегодня немецкий снайпер решил выследить меня и уничтожить. Фрицы намерены во что бы то ни стало привести свои угрозы в жизнь. Вчера они по рупору кричали: "Пассар, перейди к нам, если не перейдёшь — пеняй на себя, завтра прощайся со своим Амуром". И вот фашисты против меня выставили своего лучшего снайпера, он хитрит, всячески выманивает меня на открытый бой, несколько раз пустую каску в разных местах высовывал. Но я умею отличать каску от головы фашиста. Погода на Дону установилась хорошая. В Сталинграде идут жаркие бои, а у нас в излучине — бои местного значения. На Амуре, наверное, уже выпал снег. Там начинается охота...»
2 октября: «Немецкий снайпер не даёт мне покоя. Видно, крепко я им насолил. Сегодня могло произойти несчастье, фашист обнаружил мою позицию. Выстрелил мимо. Пуля угодила в бруствер моего окопа. Я перешёл на запасную. Ну, держись, гад! Всё, я тебя подкараулю. За день удалось только трёх фашистов прикончить. Маловато. Прячутся, всё труднее выследить цель. Надо перейти на другой участок».
Рядом с ним сражаются товарищи, и Пассар искренне радуется их успехам. 3 октября: «Мои товарищи тянутся за мной. Сашка Фролов 80 сразил. Молодец! Хороший он парень — живой, весёлый, а главное — смелый. Старшина Салбиев тоже не отстаёт. Этот берёт напором. Саша Фролов часто грустит, он из Сталинграда, а родной город горит на его глазах, а там мать осталась, за неё беспокоится. У Салбиева за Кавказ душа болит, фашисты к его родным краям подбираются. А мне всё одинаково дорого. Будто везде родной Амур».
Глава третья. Партийный билет и последний бой.
6 октября 1942 года в жизни снайпера произошли два важнейших события, о которых он написал с особой теплотой: «Два радостных, незабываемых события сегодня случились в моей жизни: меня приняли в ряды Коммунистической партии и за успешные боевые дела на фронте наградили орденом Боевого Красного Знамени. Спасибо за всё».
Бои становились всё ожесточеннее. 8 октября: «Из-за четвёртого немца чуть было не поплатился своей жизнью. Уложил трёх фашистов и хотел было уходить в тыл. Тут, откуда ни возьмись, четвёртый вылез из окопа и стал трупы убирать, я прикончил и его. Задержался, и меня фрицы засыпали минами. Сильно оглушило, болит голова. Сижу в землянке и читаю радостное письмо из дома. Отец пишет, что все живы и здоровы, что братишка Сашка рвётся на фронт. Ложусь спать, рано утром снова на позицию».
Как рассказал Павел Константинович Похилько, последняя его встреча с Максимом Пассаром состоялась в конце октября на армейском слёте снайперов, который проходил неподалёку от станции Котлубань. Снайперы 117-го стрелкового полка Харьковской дивизии были в центре внимания. И было чем гордиться: к тому времени на их счету числилось 3175 уничтоженных фашистов! На слёте с пламенной речью выступил и Максим Пассар, на счету которого тогда было около трёхсот истреблённых вражеских солдат и офицеров.
На слёте они встретились как старые друзья. Эта встреча оказалась последней. В те исторические дни, когда советские войска окружали и уничтожали вражескую группировку под Сталинградом, Максим Пассар вместе со своими товарищами несколько раз ходил в атаку. При штурме одного из населённых пунктов неподалёку от Калача осколок мины сразил его насмерть.
Так погиб сын нанайского народа, отдавший свою жизнь за свободу и независимость нашей Родины.
История Максима Пассара, запечатлённая в пожелтевших страницах фронтового блокнота военного корреспондента, — это история миллионов советских людей, для которых защита Отчизны была превыше всего. И сегодня, спустя десятилетия, она служит напоминанием о величии их подвига и нашей общей ответственности перед памятью павших.
---
Время — справедливый судья. Оно расставляет всё по своим местам, возвращая имена истинных героев народу. Спустя почти семь десятилетий после Победы подвиг Максима Пассара получил своё законное признание на государственном уровне.
Указом Президента Российской Федерации от 16 февраля 2010 года «за мужество и героизм, проявленные в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов» старшему сержанту Пассару Максиму Александровичу было присвоено звание Героя Российской Федерации (посмертно). Так страна отдала дань памяти своему доблестному сыну, чья короткая, но яркая жизнь стала символом несгибаемого мужества и беззаветной любви к Родине для всех народов многонациональной России.
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!