Я стояла у окна и смотрела на него. Он топтался внизу с букетом увядших ромашек в руках, задрав голову вверх. Выглядел он жалко — куртка мятая, джинсы какие-то застиранные, щетина на небритом лице.
Год назад всё было иначе.
— Да кому ты нужна! — бросил он тогда, хлопнув дверью так, что штукатурка посыпалась.
Я села на пол прямо в прихожей и заплакала. Не от обиды даже, а от облегчения. Потому что впервые за три года почувствовала, что могу дышать.
Максим ушёл. Забрал свои вещи, оставив мне квартиру, которую мы вместе снимали. Вернее, которую снимала я на свою зарплату, пока он «искал себя». Три года он искал. Не нашёл.
Зато нашёл время, чтобы каждый день объяснять мне, какая я неудачница.
— Ты же понимаешь, что с таким характером тебя никто не возьмёт? — говорил он, развалившись на диване с телефоном. — Вечно всем недовольна.
Я в тот момент стояла на кухне и готовила ужин после десятичасового рабочего дня. Он был недоволен, что я купила не те макароны.
— Ты хоть понимаешь, что без меня пропадёшь? — это было его любимое. — Кто на тебя посмотрит? Тридцать лет, ни семьи, ни перспектив.
Мне было двадцать семь. Но спорить я не стала.
Потом были месяцы, когда я действительно думала, что он прав. Приходила с работы в пустую квартиру, разогревала ужин на одну персону и думала: а вдруг и правда никто не нужна?
Подруга Лена звонила каждый день.
— Вик, очнись! — кричала она в трубку. — Он три года на тебе ездил! Радоваться надо, что свалил!
— Ладно, — отвечала я. — Просто привыкнуть надо.
— К чему привыкнуть? К тому, что не надо его кормить и слушать, какая ты плохая?
Она была права. Я это знала. Но почему-то всё равно было тошно.
Работа спасала. Я всегда любила бухгалтерию — цифры не врут, не манипулируют, не говорят, что ты неудачница. Они просто есть. И директор нашей фирмы, Анна Сергеевна, ценила меня. Говорила, что таких ответственных сотрудников днём с огнём не сыщешь.
— Вика, — сказала она однажды, заглянув ко мне в кабинет. — Слушай, тут к нам новый юрист пришёл. Помоги ему разобраться с документами по старым договорам?
— Конечно, — кивнула я.
Юриста звали Дмитрием. Он был высоким, спокойным, с приятной улыбкой и внимательным взглядом. Когда я объясняла ему систему архивирования, он слушал, не перебивая, и задавал толковые вопросы.
— Вы так всё чётко раскладываете, — сказал он в конце. — Прямо талант.
Я засмеялась. Максим на моём месте закатил бы глаза и сказал, что это не талант, а занудство.
Мы начали вместе обедать. Дмитрий рассказывал про свою работу, я — про свою. Никакого флирта, просто нормальное человеческое общение. Он был разведён, растил дочку, жил с родителями, чтобы помогать с ребёнком.
— А вы замужем? — спросил он как-то.
— Нет, — ответила я. — Недавно рассталась с молодым человеком.
— Понятно, — кивнул он. И не стал задавать дурацких вопросов про то, почему и кто виноват.
Ещё через месяц он позвал меня в кино.
— Просто так, компанию составите, — сказал он. — У меня два билета на премьеру, а дочка заболела, сидеть будет с бабушкой.
Я согласилась. Мы смотрели какой-то детектив, потом пили кофе в кафе напротив кинотеатра. Дмитрий был простым в общении — никакой напускной важности, никаких поучений. Просто приятный вечер с приятным человеком.
Он проводил меня до подъезда и не стал лезть с поцелуями. Попрощался, улыбнулся и ушёл.
— Вик, он тебе нравится! — заявила Лена на следующий день, когда я рассказала ей про кино. — Я вижу по голосу!
— Не говори глупости, — отмахнулась я. — Мы просто друзья.
Но она была права. Дмитрий мне нравился. И это было странно, потому что я не привыкла, чтобы мужчина относился ко мне как к равной.
С Максимом я была проблемой, которую надо терпеть. С Дмитрием я была человеком.
Мы встречались ещё несколько раз. Он познакомил меня со своей дочкой Машей — девочкой лет восьми, смешной и болтливой. Она сразу потащила меня показывать свои рисунки и рассказывать про школу.
— Папа, а Вика придёт к нам ещё? — спросила она.
— Если захочет, — ответил Дмитрий.
Я хотела.
Но в глубине души всё равно ждала подвоха. Ждала, что он скажет что-то обидное, начнёт критиковать, указывать. Максим научил меня ждать худшего.
Однажды я опоздала на встречу — застряла на работе из-за срочного отчёта. Написала Дмитрию, извинилась. Сидела и думала: вот сейчас начнётся. Сейчас он скажет, что я неорганизованная, что не ценю его время.
— Ничего страшного, — ответил он. — Работа важнее. Приезжай, когда освободишься.
Я приехала. Он встретил меня с улыбкой и принёс кофе.
— Устала? — спросил он.
— Немного, — призналась я.
— Тогда давай просто посидим. Никуда идти не обязательно.
Мы сидели у него дома, пили кофе, разговаривали. Маша уже спала. Было тихо и спокойно.
Именно в тот вечер я поняла, что влюбилась.
Прошло полгода с нашего знакомства. Дмитрий как-то сказал:
— Вика, я хочу, чтобы мы были вместе. Официально.
Я почувствовала, как внутри всё похолодело от страха.
— Дима, я... — начала я.
— Не спеши с ответом, — перебил он. — Я знаю, что у тебя был тяжёлый опыт. Просто подумай. Без давления.
Я думала неделю. Лена называла меня дурой, что вообще сомневаюсь.
— Вик, он идеальный! — кричала она. — Ты что, хочешь всю жизнь одна сидеть?
— Не хочу, — призналась я. — Но боюсь.
— Чего боишься?
— Что опять будет больно.
Лена вздохнула.
— Вик, с Максимом тебе было больно каждый день. С Димой тебе хорошо. Разница есть?
Была. Я согласилась.
Мы начали встречаться официально. Дмитрий познакомил меня со своими родителями — милыми пожилыми людьми, которые сразу приняли меня. Я познакомила его с Леной, которая потом полчаса шептала мне на ухо: «Женись на нём немедленно!»
Я переехала к Дмитрию через три месяца. Он не давил, не торопил, просто однажды сказал:
— У меня есть ключи от квартиры. Можешь приходить, когда хочешь.
Я приходила всё чаще. Потом просто осталась.
Жизнь налаживалась. Работа, семья, планы на будущее. Дмитрий говорил про свадьбу, я соглашалась, но откладывала. Не знаю почему. Наверное, всё ещё боялась, что это ненастоящее.
И вот сегодня утром я проснулась от звонка в дверь.
Маша уже была в школе, Дмитрий на работе. Я взяла выходной, чтобы разобрать документы по новому проекту дома.
Открыла дверь. На пороге стоял Максим.
Он изменился. Осунулся, постарел, глаза какие-то потухшие. В руках у него были увядшие ромашки — те самые, которые он никогда не дарил мне, когда мы были вместе.
— Привет, — сказал он.
Я молча смотрела на него.
— Вик, можно войти? — он попытался улыбнуться. — Поговорить надо.
— О чём? — спросила я.
— О нас.
Я прикусила губу. Какое «нас»? Нас не было уже год.
— Максим, у меня мало времени, — сказала я. — Говори, что хотел.
Он переминался с ноги на ногу.
— Я ошибся, — выпалил он. — Вик, прости. Я был дураком. Я не ценил тебя.
Интересно, как долго он репетировал эту речь?
— Ладно, — кивнула я. — Принято. До свидания.
Я начала закрывать дверь, но он подставил ногу.
— Подожди! — голос стал жалобным. — Вик, давай попробуем снова. Я изменился. Честно.
Я посмотрела на него внимательно. Тот же Максим. Только теперь ещё и жалкий.
— Нет, — сказала я просто.
— Почему? — он вцепился в дверной косяк. — У тебя кто-то есть?
Я не ответила. Это было не его дело.
— Есть! — догадался он. — Вик, да кто он? Он не будет любить тебя так, как я!
Я едва не рассмеялась. Максим меня вообще не любил. Он любил, что я его содержала и терпела.
— Максим, уходи, — твёрдо сказала я.
— Вик, пожалуйста! — он схватил меня за руку. — Дай мне шанс! Я всё исправлю!
Я высвободила руку.
— У тебя был шанс. Три года. Ты его потратил на то, чтобы объяснять мне, какая я никчёмная.
— Я был неправ! — он почти кричал. — Это я никчёмный! Я понял это, когда тебя потерял!
Зачем он пришёл? Что ему нужно?
— Максим, — спокойно сказала я. — Даже если бы я была свободна, я бы не вернулась. Потому что ты сломал во мне всё, что мог. И мне пришлось долго собирать себя по кускам.
— Я помогу! — его лицо исказилось. — Вик, я буду другим!
— Не надо. Я нашла человека, который с самого начала был другим.
Он побледнел.
— Ты серьёзно? — прошептал он. — Вик, ну подумай. Год назад мы были вместе. Год! Это ничто!
— Это много, — возразила я. — За этот год я поняла, что жизнь может быть без унижений.
Максим схватил букет ромашек, помял его в руках.
— Вик, дай мне хоть неделю, — взмолился он. — Я докажу!
— Не надо ничего доказывать. Иди домой.
— У меня нет дома! — сорвался он на крик. — Я живу у друга на диване! Работы нет! Я один!
Вот оно что. Деньги закончились. Друзья надоели. И он вспомнил про удобную Вику, которая кормила и содержала.
— Мне жаль, — сказала я. — Но это не моя проблема.
Я закрыла дверь. Он ещё постоял, потом я услышала, как он спустился по лестнице.
Я подошла к окну. Максим вышел на улицу, постоял, глядя на окна, потом побрёл прочь, сжимая в руке помятые ромашки.
Телефон завибрировал. Сообщение от Дмитрия:
«Как дела? Успеваешь с документами? Вечером заеду, заберу тебя. Маша просит пиццу ;)»
Я улыбнулась и начала печатать ответ.
Но тут снова позвонили в дверь.
Я вздохнула. Максим вернулся. Надо было твёрже с ним.
Открыла, готовая отправить его окончательно.
На пороге стояла женщина лет тридцати пяти. Незнакомая. Красивая, ухоженная, в дорогом пальто.
— Вы Виктория? — спросила она.
— Да, — удивилась я. — А вы...
— Наталья, — представилась она. — Жена Дмитрия.
Я застыла.
— Какая жена? — переспросила я. — Дмитрий разведён.
Она усмехнулась.
— Разведён? — она достала из сумки телефон, ткнула в экран. — Вот наше свидетельство о браке. Действительно. А вот совместное фото, три месяца назад.
Я смотрела на экран. Дмитрий и эта женщина. Обнимаются. Целуются.
— Не может быть, — прошептала я.
— Ещё как может, — жёстко ответила Наталья. — Дмитрий любит такие игры. Он не разведён. Мы живём вместе. А вы — очередная пассия, которой он морочит голову.
Внутри меня что-то оборвалось. Нет. Нет, это неправда.
— Он представил меня своим родителям, — сказала я слабо. — Его дочке...
— Родителям? — она рассмеялась. — Это актёры, которых он нанимает. Дочка? Племянница знакомой, которую он иногда берёт «напрокат», чтобы выглядеть добропорядочным отцом.
Меня начало трясти.
— Зачем вы пришли? — спросила я.
— Чтобы предупредить, — ответила она. — У Дмитрия сейчас тяжёлая финансовая ситуация. Он влез в долги. Ему нужна квартира. Ваша, если точнее. Я видела, как он изучает ваши документы. Скоро он предложит переоформить квартиру на него. Для налогового вычета, для ипотеки, для чего угодно. Не ведитесь.
Я прислонилась к стене. Квартира. У меня есть квартира. Небольшая однушка, которую я купила сама, на свои деньги. Дмитрий знал о ней. Говорил, что мы могли бы продать её и купить что-то побольше, когда поженимся.
— Это всё неправда, — сказала я. — Вы врёте.
— Верьте, как хотите, — холодно ответила Наталья. — Но когда он попросит документы на квартиру — вспомните мой визит.
Она развернулась и ушла.
Я закрыла дверь и сползла на пол.
Что происходит? Максим вернулся с цветами. Наталья пришла с обвинениями. Дмитрий...
Дмитрий.
Мой Дмитрий. Который был добрым, внимательным, правильным. Который стал моим спасением после Максима.
Неужели и это ложь?
Телефон снова завибрировал. Дмитрий:
«Вик, ты не отвечаешь. Всё в порядке? Может, созвонимся?»
Я смотрела на экран и не знала, что делать.
Но Виктория и представить не могла, что жена Дмитрия — это только начало. Правда, которую она узнает через час, перевернёт всё, во что она верила. И тогда ей придётся сделать выбор, который изменит её жизнь навсегда.
Продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть...