Когда Аня прислала сообщение в семейный чат, я сначала подумала, что это шутка.
«Ребят, давайте организуемся! Мы же к вам ездим каждые выходные, это 80 км туда-обратно. Бензин нынче дорогой. Может, скинетесь по две тысячи в месяц? Так честнее будет».
Я перечитала три раза. Нет, она серьёзно.
— Серёж, ты это видел? — показала я телефон мужу.
Он оторвался от ноутбука, взглянул на экран и поморщился.
— Ну Анька даёт...
— Это ещё мягко сказано, — я откинулась на спинку дивана. — Они к нам в гости приезжают на нашу дачу, едят наши шашлыки, спят в нашем доме, и теперь ещё хотят, чтобы мы им за это платили?
— Может, она пошутила? — неуверенно предположил Серёжа.
— Ага, конечно. Посмотри на смайлик в конце — серьёзная она.
В чате повисла неловкая пауза. Свекровь первой нарушила молчание.
«Анечка, деточка, ну что ты такое пишешь... Неудобно же».
«Мам, а что неудобного? — тут же отозвалась золовка. — Мы реально тратимся. Плюс время в дороге. Могли бы на своей даче отдыхать, а едем к вам радость приносить!»
Вот тут я почувствовала, как внутри меня что-то нехорошо ёкнуло. Радость приносить. Милое дело!
— Серёж, скажи что-нибудь, — попросила я.
Он вздохнул и начал неторопливо набирать сообщение. Я заглянула через плечо. «Ань, мы вас не заставляем приезжать. Хотите — приезжайте, не хотите — не надо».
— Так себе ответ, — буркнула я.
— А что мне ещё написать? Она же моя сестра.
— Твоя сестра ведёт себя как...
Телефон завибрировал. Аня снова.
«Серёж, ну ты чего? Я же не прошу миллион. Две тысячи — это вообще символически. Вы же понимаете, что мы для вас стараемся? Маме помогаем, с вами общаемся. Семью поддерживаем!»
Я прикусила губу. Спорить было бесполезно, но промолчать тоже не получалось.
Дело в том, что эта дача — моё наследство от бабушки. Маленький домик в пятидесяти километрах от города, участок в шесть соток. Когда мы с Серёжей поженились семь лет назад, там вообще ничего не было — только покосившийся сарай и заросли крапивы.
Мы с мужем вкладывали каждую копейку. Сначала восстановили дом. Потом провели воду. Электричество сделали нормальное, а не как было — два провода на столбе. Баню построили своими руками, Серёжа с отцом два лета возились.
И вот последние три года, как только мы привели всё в порядок, Аня с мужем Денисом и двумя детьми начали приезжать каждые выходные.
— Лен, мы же семья! — говорила Аня. — Нельзя так, у вас такая красота, а мы в городе сидим.
Сначала это было нормально. Приезжали в субботу утром, уезжали в воскресенье вечером. Я готовила обед, Серёжа разжигал мангал, дети бегали по участку. Обычные семейные выходные.
Потом началось.
— Лен, а давай ты завтра котлет нажаришь? А то мы проголодаемся с дороги.
— Лен, у тебя случайно нет лишней простыни? Наша старая, неудобная.
— Лен, может, организуем бассейн? Детям же надо где-то плескаться.
Я выдохнула и написала в чат. «Аня, мы никого не приглашали. Вы сами решили, что будете приезжать каждую неделю».
Ответ не заставил себя ждать.
«Ого, как грубо! Елена, мы что, чужие люди? Серёж, ты это видишь?»
Муж потёр переносицу.
— Лен, ну зачем ты...
— Зачем я? — я почувствовала, как к горлу подступает злость. — Серёж, твоя сестра требует денег за то, что приезжает к нам в гости!
— Ну не требует, а предлагает...
— Это одно и то же!
Свекровь влезла в переписку. «Дети, ну что вы ссоритесь? Леночка, Анечка просто немного устала. Дорога всё-таки неблизкая».
«Мам, спасибо, что ты меня понимаешь, — поспешила откликнуться Аня. — Я же не со зла. Просто думала, может, как-то по-честному договоримся».
Я посмотрела на мужа.
— Ты правда считаешь это нормальным?
Он пожал плечами.
— Лен, ну восемьдесят километров и правда...
— Серёжа, — я села ровно, — во-первых, никто их не тащит сюда силком. Во-вторых, ты помнишь, сколько мы вложили в эту дачу?
— Помню.
— И ты помнишь, кто последние три года кормит всю эту толпу?
— Ты, — тихо ответил он.
— Вот именно.
Я встала и пошла на кухню. Руки задрожали, когда я наливала воду. Господи, ну почему всегда так? Почему я та, кто должна молчать и терпеть?
Телефон снова завибрировал. Я глянула на экран.
Аня написала в личку. «Лен, извини, если резко вышло. Просто у нас правда с деньгами туго сейчас. Может, хоть продукты пополам закупать? Ты же понимаешь, мы четверо, это расходы».
Вот тут меня окончательно накрыло.
«Аня, у вас новая машина. В прошлом месяце вы в Турцию летали. Не рассказывай мне про тугие деньги».
«Это в кредит всё! И вообще, Лен, ты слишком принципиальная. Семья должна друг другу помогать».
«Я и помогаю. Каждую неделю кормлю твою семью и стираю за вами постельное бельё».
Точки в конце сообщения. Я знала, что сейчас будет.
«Знаешь что? Мы больше не приедем. Раз мы тут не нужны».
Классика. Я усмехнулась.
Серёжа появился на кухне.
— Лен, Аня обиделась.
— Я знаю.
— Может, извинишься?
— За что? — я повернулась к нему. — За то, что не хочу платить людям за то, что они приезжают жрать мои шашлыки?
— Ну ты же понимаешь, она не это имела в виду...
— А что?
Он замялся.
— Ну... она просто хотела, чтобы всё было справедливо.
— Справедливо, — я медленно кивнула. — Серёж, а давай посчитаем, сколько я трачу на продукты каждую неделю, когда они приезжают? Мясо, овощи, фрукты для детей, молоко, хлеб, сладости. Минимум пять тысяч. Каждую неделю. Это двадцать тысяч в месяц. Хочешь, чтобы твоя сестра компенсировала мне половину?
Он поморщился.
— Лен, ну это же...
— Семья, да, я помню.
Я прошла мимо него обратно в гостиную. Села на диван и уставилась в телефон. В семейном чате свекровь пыталась всех помирить.
«Дети мои, ну что это такое? Анечка, Леночка, вы же обе умные девочки. Давайте без обид».
Аня молчала. Я тоже.
Серёжа сел рядом.
— Лен, ну скажи что-нибудь.
— Что именно ты хочешь услышать?
— Ну... что ты не будешь ссориться с моей сестрой.
Я закрыла глаза. Господи, дай мне терпения.
— Серёж, я с ней не ссорюсь. Я просто не хочу спонсировать её семейный отдых.
— Но она же не это просит...
— Она просит деньги за то, что приезжает. Это абсурд.
Он вздохнул и вышел из комнаты. Я осталась одна.
Телефон молчал минут двадцать. Потом написала свекровь.
«Леночка, деточка, я понимаю, что ты устала. Но Анечка ведь не со зла. Она просто переживает, что вам неудобно».
Неудобно. Ага, конечно.
Я начала набирать ответ, но тут пришло новое сообщение. От Дениса, мужа Ани.
«Лена, привет. Послушай, я вот что хотел сказать. Мы действительно тратим на дорогу. Может, не две тысячи, но хотя бы тысячу? Или давай мы продукты иногда привозить будем?»
Вот это уже было похоже на нормальный разговор. Я задумалась.
«Денис, продукты — это идея. Давайте так: вы привозите мясо для шашлыка, а я готовлю гарниры и салаты. Устроит?»
«Ок, договорились».
Я выдохнула. Ну вот, можно было и по-человечески.
Но Аня, видимо, увидела нашу переписку и тут же взорвалась в общем чате.
«Вот это да! Так с Денисом договориться можно, а со мной нельзя?! Лена, ты вообще адекватная?»
Господи, дай сил.
«Аня, Денис предложил нормальный вариант. Ты требовала деньги».
«Я не требовала! Я просто сказала, что нам тяжело!»
Свекровь снова влезла.
«Девочки, ну пожалуйста...»
Я бросила телефон на диван и пошла в ванную. Умылась холодной водой. Посмотрела на своё отражение в зеркале. Какого чёрта я вообще ввязалась в этот спор?
Надо было просто промолчать. Пусть думают что хотят.
Когда я вернулась, Серёжа сидел с мрачным лицом.
— Лен, мама звонила.
— И что она сказала?
— Просила тебя не обижать Аню.
Я медленно выдохнула.
— Серёж, твоя мама понимает, что твоя сестра требует с нас деньги?
— Ну она не требует...
— Ладно, — я подняла руку. — Я не хочу это обсуждать.
Он кивнул и снова уткнулся в ноутбук.
Я взяла телефон и вышла в личку с подругой Олей.
«Оль, ты не поверишь, что у меня сегодня произошло».
Оля ответила моментально. Я пересказала всю историю.
«Лен, ты серьёзно? Она хочет, чтобы вы ей платили за визиты?»
«Ага».
«Это какой-то бред».
«Вот и я так думаю».
«А муж на твоей стороне?»
«Муж пытается всех помирить».
«Классика, — Оля прислала смайлик с закатыванием глаз. — Лен, а ты вообще хочешь, чтобы они продолжали приезжать?»
Вот это был хороший вопрос.
Хотела ли я?
Честно — нет. Последние полгода каждая пятница превращалась в ад. Я знала, что завтра приедут Аня с семьёй, и начинала готовиться. Закупка продуктов, уборка, готовка. В субботу утром они приезжали, и начиналось.
Дети носились по дому, Аня лежала на диване с телефоном, Денис помогал Серёже с мангалом, свекровь давала советы по поводу салатов. А я крутилась как белка в колесе.
В воскресенье вечером, когда они уезжали, я падала без сил. И понимала, что через неделю всё повторится.
«Оль, если честно — не очень».
«Тогда какого чёрта ты терпишь?»
«Семья же».
«Лен, семья — это когда все друг другу помогают. А не когда одни паразитируют на других».
Я усмехнулась. Паразитируют. Резко, но точно.
«Может, и правда пора что-то менять».
«Вот именно. Скажи, что дача закрыта на ремонт. Или что вы сами каждые выходные там не будете».
Идея была неплохой.
Я написала Серёже.
— Слушай, а давай в следующие выходные никуда не поедем?
Он поднял глаза от экрана.
— Куда не поедем?
— На дачу. Останемся дома.
— А зачем?
— Ну... хочу отдохнуть.
Он пожал плечами.
— Ок.
Вечером я написала в семейный чат. «Ребят, в следующие выходные мы на дачу не едем. Будем дома».
Аня тут же откликнулась. «А нам можно приехать?»
Вот это наглость.
«Аня, мы сами не будем там. Дом закрыт».
«Ну дайте ключи, мы сами откроем».
Я уставилась в экран. Серьёзно?
«Аня, нет».
«Почему? Мы же аккуратные. Ничего не сломаем».
«Потому что это наш дом».
«Серёж, скажи сестре что-нибудь, — Аня явно обиделась. — Она меня совсем за человека не считает».
Серёжа тяжело вздохнул и начал печатать. «Ань, ну правда, зачем вам туда без нас? Давайте лучше все вместе в другой раз».
«Да ладно вам, — влезла свекровь. — Пустите детей, им же свежим воздухом подышать надо».
Вот тут я окончательно взорвалась.
«Простите, а что, в Москве воздуха нет? У Ани своя дача есть, между прочим!»
«Там ремонт, — быстро ответила золовка. — Неудобно».
«А у нас, значит, удобно».
«Лена, ты чего такая злая? — вмешался Денис. — Мы же по-семейному хотели».
По-семейному. Ага.
Я положила телефон и встала. Пошла на балкон. Закурила, хотя бросила три года назад. Руки дрожали.
Серёжа вышел следом.
— Лен, ну успокойся.
— Серёж, твоя семья меня достала.
— Они не специально...
— Да плевать! — я резко обернулась. — Мне плевать, специально или нет. Я устала быть бесплатной прислугой!
Он моргнул.
— Прислугой?
— Да. Я готовлю, убираю, стираю. А они приезжают, жрут и требуют ещё. И теперь ещё хотят деньги за это!
— Лен...
— И ты, — я ткнула пальцем ему в грудь, — ты всегда на их стороне. Всегда.
— Это не так.
— Это так! Когда Аня попросила переделать детскую комнату под её детей, ты согласился. Когда она сказала, что ей не нравится моя стряпня, ты промолчал. Когда она...
— Лен, остановись, — он поднял руки. — Я не хотел, чтобы ты так переживала.
— Но я переживаю!
Мы стояли и смотрели друг на друга. Я чувствовала, как по щекам текут слёзы, но вытирать их не стала.
— Серёж, я больше не могу.
— Что не можешь?
— Вот это всё. Твою семью. Эту дачу. Эти выходные.
Он побледнел.
— Лен, ты о чём?
— Я хочу продать дачу.
Слова вылетели сами собой. Я и сама не ожидала, что скажу это вслух.
Серёжа застыл.
— Что?
— Я хочу продать дачу, — повторила я спокойнее. — Это моё наследство, помнишь? И я хочу его продать.
— Но... мы столько вложили...
— Именно. Мы вложили. А пользуются все.
— Лен, ну это же...
— Если скажешь "семья", я сейчас закричу.
Он замолчал.
Я затушила сигарету и пошла в спальню. Легла, уткнувшись лицом в подушку.
Через полчаса Серёжа лёг рядом.
— Лен, давай поговорим.
— Не хочу.
— Но надо.
Я перевернулась на спину.
— Говори.
— Я понимаю, что ты устала. Понимаю, что Аня перегнула палку. Но продавать дачу...
— Я серьёзно.
— Лен...
— Серёж, скажи честно. Тебе нравится, как сейчас всё устроено?
Он помолчал.
— Не очень.
— Вот видишь.
— Но это не значит, что надо всё разрушать.
— Я не разрушаю. Я хочу вернуть себе свою жизнь.
Он вздохнул и обнял меня.
— Давай утром обсудим. На свежую голову.
— Ладно.
Но я уже знала, что передумывать не буду.
Утром я проснулась с чётким планом. Позвонила риелтору, с которым мы покупали квартиру.
— Игорь Петрович, здравствуйте. Хочу продать дачу.
— Елена, добрый день! Давайте встретимся, обсудим детали.
Мы договорились на вторник.
Серёже я ничего не сказала. Зачем? Он всё равно будет отговаривать.
Во вторник я поехала на встречу. Игорь Петрович оказался таким же приветливым, как и три года назад.
— Показывайте, что у вас там.
Я показала фотографии. Дом, участок, баня.
— Хорошее место, — кивнул он. — Продадим быстро. Миллиона за три потянет.
Три миллиона. Неплохо.
— Когда можем начать?
— Хоть завтра. Только документы подготовьте.
Я кивнула.
Вечером сидела на кухне и пила чай. Серёжа пришёл с работы уставший.
— Лен, мама звонила.
— И что?
— Спрашивала, когда на дачу поедем.
— Скажи, что не знаю.
Он сел напротив.
— Лен, ты правда хочешь продать?
— Да.
— Но...
— Серёж, я уже нашла риелтора.
Он побледнел.
— Что?
— Во вторник встречалась. Он сказал, что продадим за три миллиона.
— Лен, ты с ума сошла?!
— Нет. Я просто приняла решение.
— Но это же наша дача!
— Моя, — я поправила. — Это моё наследство от бабушки. И я имею право распоряжаться им как хочу.
Он встал и заходил по кухне.
— Лен, ну подожди хотя бы. Давай обсудим.
— Обсуждать нечего.
— Но моя семья...
— Твоя семья может отдыхать на своей даче.
— Там ремонт!
— Ну и пусть закончат.
Он остановился и посмотрел на меня.
— Лен, я не узнаю тебя.
— Я тоже себя не узнаю, — призналась я. — Раньше я молчала и терпела. Теперь не буду.
Мы помолчали.
— И что мне сказать маме? — тихо спросил Серёжа.
— Правду. Что я продаю дачу.
— Она будет в шоке.
— Переживёт.
На следующий день свекровь позвонила мне сама.
— Леночка, деточка, Серёжа сказал, что ты хочешь продать дачу. Это правда?
— Правда.
— Но почему?
— Потому что устала.
— Устала от чего?
— От всего. От готовки, уборки, от того, что меня не ценят.
— Леночка, мы тебя ценим!
— Тогда почему Аня требует деньги за визиты?
Она замолчала.
— Ну... Анечка просто немного...
— Наглая? — подсказала я.
— Леночка!
— Простите, но это правда.
— Ну ладно, может, она и погорячилась. Но это же не повод продавать дом!
— Для меня повод.
— Но что же мы теперь будем делать?
— Отдыхать на даче Ани.
— Там неудобно...
— Значит, придётся привыкнуть.
Она вздохнула.
— Леночка, ну я тебя прошу. Подумай ещё.
— Я уже всё решила.
Когда я положила трубку, почувствовала странную лёгкость. Впервые за долгое время я сделала то, что хотела сама. Не оглядываясь на других.
Игорь Петрович позвонил на следующей неделе.
— Елена, есть покупатели. Готовы смотреть в субботу.
— Отлично.
— Только предупредите родных, чтобы не было сюрпризов.
Я написала в семейный чат. «В субботу на даче будут потенциальные покупатели. Просьба не приезжать».
Аня взорвалась моментально.
«ТЫ ПРАВДА ПРОДАЁШЬ?!»
«Да».
«ЕЛЕНА, ЭТО ЖЕ НАШЕ МЕСТО!»
«Нет. Это моё место. И я хочу его продать».
«СЕРЁЖ!!!»
Муж промолчал.
Свекровь написала длинное сообщение о том, как это грустно, как много воспоминаний, как хорошо мы там проводили время. Я не ответила.
В субботу я приехала на дачу одна. Встретила покупателей — молодую пару с ребёнком.
— Ой, какая красота! — восхитилась девушка. — А баня своя?
— Своя.
— А участок большой?
— Шесть соток.
Они походили, посмотрели, обрадовались.
— Мы берём, — сказал мужчина. — Когда можем оформить?
— Через неделю документы будут готовы.
Они уехали счастливые. А я осталась и села на крыльце.
Эта дача действительно хранила много воспоминаний. Вот здесь мы с Серёжей красили забор и облились краской. Вот там сажали яблоню. Вот в этой бане я первый раз парилась и чуть не упала в обморок.
Но все эти воспоминания были только мои. Или максимум наши с мужем.
Аня и её семья появились, когда всё было уже готово. Они не вкладывались, не помогали, не ценили.
Они просто приезжали и пользовались.
И теперь я отпускала это место. Чтобы жить дальше.
Я закрыла дом и уехала.
Вечером позвонила Аня. Я даже удивилась.
— Лен, мне надо с тобой поговорить.
— Слушаю.
— Я хочу купить дачу.
Я едва не уронила телефон.
— Что?
— Ну да. Раз ты продаёшь, давай я куплю. По семейной цене.
Вот это наглость так наглость.
— Аня, у меня уже есть покупатели.
— Ну и что? Откажи им. Я же твоя родственница.
— Именно поэтому я тебе не продам.
— Лена!
— Аня, ты серьёзно думаешь, что после всего, что произошло, я продам тебе эту дачу?
— Ну а что такого произошло?!
Я засмеялась.
— Всего хорошего.
И отключилась.
Серёжа сидел на диване и смотрел на меня.
— Она хотела купить?
— Ага. По семейной цене.
— И ты отказала?
— Конечно.
Он кивнул.
— Лен, а ты не жалеешь?
— О чём?
— Что продаёшь.
Я задумалась.
— Нет. Знаешь, я поняла одну вещь. Пока мы держались за эту дачу, мы держались за токсичные отношения. Твоя семья паразитировала на нас, а мы терпели. Потому что "семья", "традиции", "воспоминания". Но какой в этом смысл, если я несчастлива?
Он молчал.
— Серёж, я не хочу больше быть удобной. Хочу быть счастливой.
Он подошёл и обнял меня.
— Я понимаю.
— Правда?
— Правда. И знаешь что? Наверное, ты права. Мы слишком много терпели.
Я прижалась к нему.
— Спасибо, что понял.
— Только давай на вырученные деньги купим что-нибудь. Для нас двоих.
— Идея хорошая.
Через неделю сделка состоялась. Я получила три миллиона, расплатилась с ипотекой за квартиру и положила остаток на депозит.
Аня не разговаривала со мной месяц. Потом написала сухо: «С днём рождения». Я ответила так же: «Спасибо».
Свекровь периодически вздыхала: «Эх, дача была хорошая». Но больше не настаивала.
Серёжа сдержал слово. На следующий год мы купили маленький домик в Карелии. Совсем крохотный, но уютный. Туда мы ездили только вдвоём.
И знаешь что? Я наконец-то начала отдыхать.
Без готовки на толпу. Без уборки за всеми. Без чужих детей, носящихся по дому.
Просто мы вдвоём, тишина и озеро за окном.
Аня так и не поняла, почему я продала дачу. Говорила подругам, что я жадная и злая.
Пусть думает что хочет.
Главное, что я знаю правду: я не злая. Я просто перестала быть удобной.
Конец первой части.
Но Елена и представить не могла, что через полгода Аня с мужем объявят о разводе, и именно к ней золовка придёт за помощью. А то, что она узнает о настоящей причине всех этих требований и поездок на дачу, перевернёт всё с ног на голову...
Конец 1 части. Продолжение уже доступно по ссылке, если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть →