В крошечную лавку косметики, пропитанную ароматами роз и свежих цитрусов, не влетела – ворвалась мадемуазель Грета. Продавщица замерла: эксцентричную и впечатлительную даму здесь знали слишком хорошо. Грета не просто покупала кремы, она охотилась за магией, способной превратить ее жизнь в сказку, а каждый ее визит превращался в стихийное бедствие с ароматом жасмина.
На ее запястье нервно подрагивал изящный браслет. Звенья из розового золота переплетались, как весенние ветви, удерживая россыпь камней – от густо-малиновых до нежно-персиковых. В центре композиции пылал кулон из красного агата в форме губной помады.
– Я готов к поцелуям! – кокетливо пропел агат, сияя «губными» амбициями.
– Слушай, а мы не переборщили с блеском? – иронично шепнул один из окружавших его кристаллов, вызвав ехидное мерцание у соседей.
Браслет тонко позвякивал при каждом жесте Греты, словно живое существо, разделяющее ее жажду вечной красоты.
– О господи! – воскликнула Грета, судорожно вдыхая парфюмерный коктейль лавки. – У меня свидание, а я совершенно не в форме! Как это вышло? Я должна сиять, а чувствую себя разбитым корытом!
Юная продавщица с безупречными стрелками и понимающей улыбкой сделала шаг навстречу:
– Мадемуазель, у нас есть «Мгновенное преображение», – сказала она и процитировала слоган. – Один штрих – и мир у ваших ног.
– О, это оно! – Грета просияла. – Выглядеть так, будто я только что из спа-салона, а не из... жизненных обстоятельств!
– Увы, – продавщица сочувственно наклонила голову и доверительно прошептала, – «Мгновенное преображение» – это лишь название на этикетке. Магии не существует, мадемуазель, а коже нужно время. Чудеса за минуту случаются только в цирке.
– Боже мой, времени у меня как раз нет! – Грета вцепилась в сумочку. – Свидание через час, и мущина – о, он из шоу-бизнеса! Вы же знаете: за каждым успешным мущиной стоит женщина, а за каждым неудачником – тоже женщина, но с недовольной миной. К чему это я? Ах, да! Мне нужно срочно спрятать последствия вчерашнего триумфа!
– И что именно мы прячем? – Продавщица едва сдерживала улыбку.
– Все! – Грета перешла на драматический шепот, подавшись вперед. – Разводы туши, которую я поленилась смыть, отголоски бутылки шампанского, которую я не поленилась выпить, и пару синяков... Кажется, вчера я входила в образ падающей звезды. Буквально.
Продавщица не выдержала и звонко рассмеялась:
– В таком случае вам поможет наш корректор-невидимка. Он хранит секреты лучше, чем исповедник!
Грета схватила тюбик как спасательный круг и принялась лихорадочно замазывать лицо.
– О, чудо! – восторженно вскричала она, вглядываясь в зеркало. – Я чувствую себя новенькой деталью, только что сошедшей с конвейера!
Но радость была недолгой. Присмотревшись, Грета охнула: корректор лег на кожу пятнами.
– О нет! Я похожа на зебру! С таким лицом я привлеку разве что соседского кота, который и так смотрит на меня с подозрением!
– Мадемуазель, возьмите этот, – продавщица мягко заменила тюбик. – Оттенок «Сладострастный поцелуй». Он мягче, естественнее и... прощает вчерашние ошибки.
Грета без раздумий нанесла средство на губы, придирчиво оценила отражение и расплылась в улыбке:
– Ну вот! Теперь я готова к поцелую хоть с самим чертом!
Грета зажмурилась. Реальность растворилась, уступая место сумеркам таинственного леса. Вокруг в призрачном танце закружились светлячки, похожие на искры шампанского. Из густой чащи, бесшумно раздвигая ветви, шагнул он – загадочный черт. Его глаза полыхали первобытным огнем, рога сияли, как утренние звезды, а на губах играла та самая ухмылка, перед которой бессилен любой здравый смысл.
Он склонился к ней, обещая поцелуй – сладкий, как запретный плод, и острый, словно перчик «Каролинский жнец».
– Знаешь, милый, – прошептала Грета, подаваясь навстречу, – я всегда мечтала о поцелуе, от которого я окажусь на седьмом небе... ну, или хотя бы в аду!
Их губы встретились. Мир взорвался фейерверком, пробуждая сонных духов леса...
Дверной колокольчик резко оборвал видение. В магазин вошел мужчина с аккуратной козлиной бородкой. Грета вскинулась, выныривая из грез, и уставилась на него взглядом, в котором еще догорало адское пламя.
– О, здравствуйте, сударь! – выпалила она, отчаянно пытаясь вернуть лицу светское выражение. – Ну же, не томите! Как я вам?
Мужчина попятился, ошарашенный таким напором:
– Здравствуйте, мадемуазель... Вы выглядите... хм... очень ярко.
– Это все «Сладострастный поцелуй»! – торжествующе провозгласила Грета, размахивая помадой. – Не желаете попробовать?
– Простите, что попробовать? – икнул посетитель.
– Поцелуй, глупенький! Сладострастный! – Грета игриво прищурилась и звонко причмокнула накрашенными губами.
Мужчина побледнел.
– Я... я просто зашел за подарком для... для... В общем, я зайду в другой раз! – пробормотал он и пулей вылетел за дверь.
Грета разочарованно вздохнула и повернулась к продавщице:
– Видали? Борода для мущины – та же косметика: призвана скрывать недостатки, но с обязанностями не справляется. Что ж, ваш «Поцелуй» оказался бракованным! Давайте все-таки «Мгновенное преображение». Две штуки: одну – для себя, вторую – на всякий случай!
Спустя минуту Грета исчезла за дверью, оставив после себя аромат дорогих духов и легкое чувство контузии у персонала.
На улице Грету встретил промозглый ветер, но она лишь поправила воротник, уверенная, что теперь ее сияние способно растопить даже арктические льды.
– Ты видела, как он бежал? – ехидно звякнул один из розовых кристаллов на браслете. – Кажется, мы напугали его сильнее, чем ту блондинку в психушке.
– Это был не страх, это был трепет перед божественным! – огрызнулся агатовый кулон, гордо раскачиваясь в такт шагам хозяйки. – Хотя, признаться, Грета, твое «причмокивание» было слегка... избыточным. Даже для ада.
Грета остановилась у витрины кондитерской, чтобы поправить выбившийся локон. Из зеркальной поверхности на нее смотрела женщина, чье лицо представляло собой поле битвы между вчерашним шампанским и сегодняшним «Сладострастным поцелуем».
– Молчать, безделушки! – прошептала она, обращаясь к запястью. – Настоящая женщина – это не про ровный тон кожи, а про состояние души. А моя душа сегодня требует аплодисментов и сухого мартини.
В этот момент ее телефон в сумочке завибрировал. На экране высветилось имя: «Барон Дель Арт. Шоу-бизнес».
– Алло! – Грета приняла позу античной богини, прислонившись к фонарному столбу. – Да, дорогой... О, ты уже в ресторане? Надеюсь, ты заказал столик подальше от сквозняков? Моя красота сегодня слишком хрупка для обычных ветров.
– Слышали? «Хрупка»! – прыснул самый мелкий камушек на браслете. – Она только что чуть не съела случайного прохожего, а теперь она – хрустальная ваза!
– Цыц! – шикнул кулон. – Начинается самое интересное. Ставлю два карата, что этот Барон Дель Арт, как она его окрестила, окажется осветителем в театре на окраине.
Грета, не слыша их спора, уже ловила такси взмахом руки, на которой победно сияло розовое золото. Она не просто ехала на свидание – она отправлялась покорять мир, и горе тому, кто встанет на пути у женщины, вооруженной двумя тюбиками «Мгновенного преображения» и абсолютным отсутствием чувства меры.
Такси взвизгнуло тормозами, Грета исчезла в недрах салона, и только облако аромата роз и цитрусов осталось висеть над тротуаром, напоминая прохожим, что магия все-таки существует. Просто иногда она носит слишком много корректора.
Ресторан «Золотой фазан» встретил Грету приглушенным светом и надменным взглядом хостес. Барон Дель Арт уже ждал за столиком. Он действительно имел отношение к шоу-бизнесу: как выяснилось через пять минут общения, он занимался настройкой караоке-систем в барах спальных районов.
– Вы выглядите... оригинально, – пробормотал Барон Дель Арт, разглядывая слой корректора, который в теплом свете ламп приобрел оттенок спелой тыквы.
– Это концептуальный макияж, – отрезала Грета, грациозно роняя сумочку на пол. – Отражение внутреннего хаоса в эпоху постмодернизма.
На запястье началось оживленное шевеление.
– Ставлю свой блеск против его бородки: он сбежит через пятнадцать минут, – прошептал розовый кристалл.
– Оптимист, – буркнул агатовый кулон. – Даю ему десять, если она сейчас не перестанет так активно заказывать устриц за его счет.
Грета была в ударе. Она рассказывала о своих духовных поисках, о том, как однажды чуть не стала музой известного мима, и о том, что ее истинное предназначение – нести свет в этот серый мир. При этом она так активно жестикулировала, что браслет звенел, как пожарная тревога.
– Понимаете, сударь, – вещала она, – мне нужно не просто внимание. Мне нужно созвучие! Чтобы души сплетались, как...
– Как твои ноги вчера на лестнице? – вставил ироничный голос из-под манжеты.
Барон Дель Арт нервно сглотнул. Он явно не ожидал, что «женщина из высшего общества» окажется женщиной с глазами фурии и лицом, которое постепенно начинало «плыть» под воздействием ресторанной жары.
– Ой, – внезапно сказал он, глядя в телефон, который даже не звонил. – Мама! То есть... бабушка! Срочный вызов. У нее... э-э... заклинило караоке. Я должен бежать.
Через минуту от Барона Дель Арта остался только недопитый бокал дешевого вина и счет за устрицы.
Грета осталась одна. Она медленно достала из сумочки зеркальце. «Мгновенное преображение» окончательно предало свою хозяйку: крем скатался, а помада «Сладострастный поцелуй» перекочевала на подбородок.
– Ну что, девочки? – грустно спросила она свое отражение. – Снова фиаско?
– Зато устрицы были отличные, – философски заметил кулон. – И посмотри на это с другой стороны: ты сохранила свою независимость. И нас. Мы бы этого настройщика все равно не вынесли.
Грета вздохнула, достала второй тюбик «Преображения» и решительно выдавила порцию прямо на палец.
– Ничего, – прошептала она, подмигнув своему отражению. – В конце концов, за каждым неуспешным свиданием стоит великая женщина. И эта женщина сейчас пойдет и купит себе те туфли, которые она видела в витрине напротив.
Она вышла из ресторана с высоко поднятой головой. На ее запястье триумфально сиял браслет, а мир, привыкший к ее выходкам, послушно расступался, давая дорогу мадемуазели, для которой магия была не в тюбике, а в ее неистребимой способности начинать все сначала.
Бонус: картинки с девушками
Подписывайтесь, уважаемые читатели. На нашем канале на Дзене вас ждут новые главы о приключениях впечатлительной Греты.