— И вот он мне заявляет, представляешь? «Я на выходные на рыбалку, мне мужики уже мотыля купили».
Катя яростно наколола кусок сыра на вилку.
— А то, что у нас кран на кухне течет и у младшего температура — это, значит, мои проблемы!
Встреча выпускников в ресторане набирала обороты. За соседними столами уже кто-то громко вспоминал школьные походы. Басы из колонок заставляли вибрировать посуду на накрахмаленных скатертях.
Ася слушала бывшую одноклассницу, изредка кивая. Ей нравилась эта суета вокруг. Можно было просто сидеть, наблюдать за знакомыми лицами и ни о чем не думать. Строгий брючный костюм Аси выделялся на фоне блестящих платьев остальных женщин. Но она чувствовала себя максимально комфортно.
— Ну я ему и устроила рыбалку, — не унималась Катя, подливая себе минералки.
Она раздраженно отодвинула тарелку.
— Собрала удочки в охапку и на балкон выставила. Говорю, иди лови в луже у подъезда.
Ой, смотри-ка, кто идет. Твой бывший нарисовался. Я, пожалуй, к нашим девчонкам пересяду. Не хочу его слушать.
Катя проворно подхватила свой бокал и упорхнула за соседний стол. Ася даже не успела ничего сказать. Свободный стул рядом с ней со скрипом отодвинулся.
— Ну как ты тут, мать? Выживаешь?
Илья грузно плюхнулся на сиденье. От него ощутимо пахло резким, тяжелым парфюмом. Этот запах перебивал даже ароматы жареного мяса с кухни. Воротник модной приталенной рубашки явно врезался в шею, а намечающийся животик натягивал пуговицы.
— Нормально, Илюш. Живу.
Она чуть отодвинула свой бокал, освобождая ему место на столе.
Пять лет назад их развод обсуждали всем районом. Илья уходил шумно. С обвинениями, громкими скандалами и хлопками дверями. Нашел молодую, перспективную, без бытовых проблем и обременений в виде двоих сыновей-подростков.
На прощание кинул фразу, которая долго крутилась в голове: «Кому ты нужна с двумя детьми в свои сорок? Сиди теперь, кукуй в одиночестве. Мужик всегда устроится, а баба с прицепом — это приговор».
С тех пор общались только по делу, и то редко. Алименты приходили смешные. Бывший муж очень быстро и грамотно переписал официальный доход на минимум, устроившись в фирму друга на полставки. Деваться некуда, пришлось смириться и тащить все самой.
— Видел, ты пешком пришла?
Илья по-хозяйски оперся локтями о стол, бесцеремонно осматривая бывшую жену. Взгляд его скользнул по ее гладкой прическе, остановился на скромном с виду пиджаке. Оценил. Сделал выводы.
— Машину так и не купила?
— Да как-то не до того было.
— Ясное дело. На мои алименты особо не разгуляешься. Транспортный налог, страховка, бензин. Тебе это не потянуть, объективно.
Он говорил об этом с плохо скрытым удовольствием. Как будто тот факт, что она пришла пешком, был его личной жизненной победой.
— На маршрутках трясешься? — сочувственно поинтересовался Илья.
Он вытянул шею из тесного воротника, пытаясь ослабить давление.
— В час пик то еще удовольствие. Особенно зимой.
— Справляемся, Илюш.
— Да брось ты хорохориться, Ась.
Бывший муж наклонился ближе, заговорщицки понизив голос.
— Тяжело одной? Пацаны-то растут. Запросы ого-го. Младший мне тут наяривал на прошлой неделе. Пап, говорит, скинь на новые кроссовки, старые порвались. А старший вообще про репетиторов заикался.
Ася внутренне подобралась, но лица не изменила.
— И что ты им ответил? — сухо уточнила она.
— Сказал, пусть мать решает эти вопросы. Я свои обязательства перед государством выполняю четко. Месяц в месяц переводы идут. Задержек нет.
— Сущие копейки идут, Илюш.
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— На эти деньги даже шнурки от тех кроссовок не купишь. А старшему в следующем году поступать. Ты цены на курсы видел?
Илья недовольно скривился и отмахнулся.
— Только давай без вот этих вот бабских истерик.
Он потянулся за салфеткой, нервно скручивая ее в трубочку.
— А что ты хотела? У меня новая семья. Жене условия нужны, она молодая, ей мир посмотреть хочется. Требует вон путевку на море. Государство больше удерживать с меня не имеет права. Я специально на минималку перешел. Налоги сейчас конские, мне тоже жить на что-то надо.
— На здоровье.
— Да и не в деньгах счастье, Ась.
Илья бросил скомканную салфетку в пепельницу.
— Ты бы лучше воспитанием занялась, а то растут потребители. Только дай и дай. Кроссовки им подавай модные. Мы в детстве в кедах бегали, и ничего, людьми выросли. А репетиторы — это вообще блажь. Пусть сам учебники читает, если поступить хочет.
Он откинулся на спинку стула. Ему явно хотелось перевести тему и поговорить о себе.
— Я вот кроссовер из салона взял, — как бы между прочим сообщил Илья.
Он покрутил в руках пустой стакан.
— Ну да, кредит висит, зато вещь. Комплектация полная. На выходных за город мотаемся. Жена довольна. Правда, платить еще пять лет, но я кручусь.
— Рада за тебя.
— А вы все в той же двушке ютитесь? — не унимался бывший муж.
Он снова подался вперед, опираясь грузным телом на стол.
— Тесно, поди, с двумя взрослыми лбами? У них же ни своей комнаты толком, ни личного пространства.
— Нормально. Нам хватает.
— Ну а как иначе. Деваться некуда.
Илья усмехнулся, демонстрируя снисходительность.
— Я же свою долю тогда благородно вам оставил. Ушел с одним чемоданом, можно сказать. Как настоящий мужик. Ни ложки не взял со скандалом.
Ася упёрлась взглядом в бывшего мужа. Пауза затянулась ровно настолько, чтобы Илья начал ерзать на стуле.
— Ты за эту долю забрал нашу общую машину, гараж моего отца и выгреб все накопления со счета, Илюш.
Она чеканила каждое слово, не повышая голоса.
— До последней копейки выгреб. А квартира изначально была записана на мою маму. Тебе там и оставлять было нечего.
— Машина мне по работе нужна была! — тут же взвился Илья.
Он быстро взял себя в руки, оглянувшись на соседние столики, и понизил тон.
— А ты все равно без прав. Зачем тебе машина? Гноила бы ее во дворе. Нет, Ась, давай честно смотреть правде в глаза. Чудес не бывает.
Он снова поправил давящий воротник. Басы из колонок долбили по ушам, кто-то за соседним столом заказал песню юности. Народ массово потянулся на танцпол, освобождая пространство вокруг их столика.
— Сорок пять лет, — снисходительно продолжал Илья, загибая короткие пальцы.
Его голос звучал почти поучительно.
— Двое спиногрызов, уж извини за прямоту. Работа в бухгалтерии с девяти до шести. Отчеты, бумажки, начальница-стерва. Перспектив ноль. У меня-то вон, новая жизнь кипит.
Он снова загнул палец.
— Жена, правда, пилит, что на море в этом году не летим. Кредит за машину съедает немало. Плюс ремонт в новой квартире затеяли, стройматериалы сейчас золотые. Но это приятные хлопоты, понимаешь? Развитие. Движение вперед.
— Понимаю.
— Я ж тебе говорил тогда, при разводе.
Илья окончательно вошел во вкус. Он вальяжно закинул ногу на ногу.
— Мужик всегда устроится. Мы как хорошее вино, с годами только лучше. Спрос на нас есть. А женщина с прицепом — это приговор.
Он развел руками, изображая искреннее сожаление.
— Уж извини, что я так жестко, но кто тебе еще правду скажет? Вышла бы замуж за какого-нибудь разведенного сантехника, и то дело. Вместе бы коммуналку платили. А так... Сидишь, кукуешь одна. Годы идут.
В этот момент к их столику подскочил Витька, бессменный школьный староста. Красный, запыхавшийся, галстук сбился набок.
— Народ! — заголосил он, перекрывая музыку.
Витька замахал руками, привлекая внимание.
— Чей там белый внедорожник вход перекрыл? Выехать не дают! Ребята со смены уезжают, а там раскорячились на всю парковку. Охрана ругается.
Илья ухмыльнулся, продемонстрировав ровные зубы, и многозначительно посмотрел на Асю.
— Ты бы пошла, мать, посмотрела. Может, твое эконом-такси приехало, перекрыло там всех.
Он хохотнул собственной шутке.
— Только бампер мне не снеси, когда выезжать будут. Ремонт нынче дорогой, страховка не покроет. Я там с краю припарковался. Берегу ласточку.
Ася невозмутимо открыла небольшую кожаную сумочку. Она неторопливо порылась внутри, не обращая внимания на тираду бывшего мужа.
— Номера три семерки? — будничным тоном уточнила она у старосты.
Витька закивал так энергично, что казалось, у него сейчас отлетит голова.
— Ага! Твоя, что ли? Ничего себе агрегат! Как танк.
Ася достала тяжелый брелок и нажала кнопку. За огромным панорамным окном ресторана призывно пискнула огромная белая машина. Фары хищно сверкнули в вечерней темноте.
— Моя. Сейчас отгоню на пару метров, там место освободилось.
Илья осекся. Рот его слегка приоткрылся. Взгляд заметался от дорогого брелка в руках бывшей жены к окну. За стеклом стоял автомобиль, стоимость которого равнялась трем его кредитным кроссоверам.
— Откуда у тебя такие деньги? — сбился он.
Голос Ильи предательски дрогнул и потерял всю свою бархатную снисходительность.
— Ты же в своей бухгалтерии за копейки сидела. Бумажки перекладывала.
Ася медленно встала. Она спокойно одернула полы безупречно сшитого пиджака.
— Я и сейчас сижу, Илюш.
Она посмотрела на него сверху вниз.
— Только уже в своей аудиторской фирме. Директором. Времени, правда, мало, зато на репетиторов старшему хватает. Без кредитов.
— А машина? — Илья заморгал, пытаясь осознать услышанное.
Он казался сейчас намного меньше и сутулее, чем пять минут назад.
— В долги влезла на десять лет? Или банк грабанула?
Она скупо улыбнулась. Без злорадства, без торжества. Скорее, с легким сожалением к человеку, который за пять лет так ничего и не понял.
— Муж подарил. На годовщину свадьбы. Три года уже вместе.
Ася застегнула пуговицу на пиджаке.
— Извини, мне пора, ребята ждут. Счастливо оставаться со своим хорошим вином.
Она развернулась и пошла к выходу, мерно цокая каблуками по паркету. Илья так и остался сидеть за столом, бессмысленно глядя на оливку в своем стакане.
— Ничего себе у нее муж, — присвистнул Витька.
Староста проводил взглядом Асю, которая садилась за руль белоснежного гиганта.
— Бизнесмен какой-то, говорят. Пылинки с нее сдувает. Пацанов ее в платный лицей устроил. А ты говорил, кому она нужна с детьми.
Слепой ты, Илюха. Такую бабу упустил из-за своей дурости.
Староста хлопнул его по плечу и убежал обратно к танцующим.
Илья промолчал. Воротник модной рубашки вдруг стал давить так невыносимо, что перехватило дыхание. Он дернул пуговицу, расстегивая ее, но легче почему-то не стало.