Елена Петровна, HR-директор крупного банка, очень гордилась своим самоконтролем. В ее мире все было структурировано: графики, KPI и безупречно серый брючный костюм. Но была одна проблема. Генетическая.
Елена была потомственной Цветочницей. В их роду мысли не оставались в голове – они из нее вырастали. Буквально.
Утро началось с катастрофы. В лифте Елена столкнулась с Артемом из отдела IT. Артем был воплощением хаоса: растянутая толстовка, вечная щетина и привычка напевать джаз под нос. Елена всегда считала его верхом непрофессионализма, но ее подсознание имело другое мнение.
– Доброе утро, Елена Петровна! – бодро сказал Артем. – Ого, у вас сегодня... э-э... богатый урожай?
Елена похолодела и глянула в зеркальную стенку лифта. Над ее строгим пучком, пробивая шпильки, стремительно распускалась огромная, вызывающе розовая роза. Она была такой сочной и ароматной, что в лифте мгновенно запахло как в цветочном магазине 8 марта.
– Это... новая заколка, Артем. Инновационный дизайн, – процедила она, лихорадочно пытаясь вызвать в голове образ штатного расписания на 500 единиц и графика отпусков в управлении розничного бизнеса в разгар июля.
Роза чуть привяла, но тут Артем улыбнулся:
– Вам идет. Подчеркивает цвет глаз.
Бам! Рядом с розой, расталкивая лепестки, выскочила ярко-желтая хризантема, а следом – целая ветка оранжевых ягод. Елена почувствовала, как воротник пиджака натянулся под тяжестью внезапно возникшей флоры.
– Артем, идите работать! – рявкнула она.
В кабинет она влетела уже в полноценном венке. На голове бушевал магический реализм в стиле Альфонса Мухи. Там были не только розы, но и какая-то подозрительная бабочка-монарх, которая хлопала крыльями прямо над ее левым ухом, мешая слушать звонки из филиалов.
– Так, спокойно, – шептала она себе, глядя в зеркало. – Думай об аттестации рабочих мест. О проверке из Центробанка. О неиспользованных отгулах. О плесени в подвале!
На секунду среди цветов показался сухой колючий чертополох (признак здорового цинизма), но тут в дверь постучали. Это снова был Артем. Он принес ей кофе и... кактус в горшке.
– Решил, что вам в коллекцию пригодится, – подмигнул он.
В этот момент внутренний контроль Елены окончательно сдался. За ее головой вспыхнул огромный красный нимб из узоров, напоминающий декоративную тарелку, а венок разросся до размеров небольшой клумбы. Розы стали пунцовыми, а веснушки на лице засияли, как золотая пыльца.
– Елена Петровна, – прошептал Артем, роняя кактус. – Вы... вы либо очень на меня злы, либо я вам чертовски нравлюсь. У вас там... кажется, соловей сейчас заведется.
Елена посмотрела на себя в зеркало. Из-под пышных пионов на нее глядели ее собственные глаза – живые, блестящие и совершенно не «начальственные». Она вздохнула, и с ее головы на стол мягко упал один тяжелый лепесток.
– Ладно, Артем, – сказала она, поправляя гигантскую розу, которая лезла в чашку с кофе. – Садитесь. Обсудим этот «инновационный дизайн». И закройте дверь, а то пчелы налетят.
Первое свидание было назначено в небольшом итальянском ресторанчике. Елена Петровна три часа медитировала перед зеркалом, повторяя мантру: «Я скала. Я сухой годовой отчет по страховым взносам. Я пустая пустыня Гоби».
Помогло слабо. К моменту выхода из дома на ее голове все же проклюнулась пара нерешительных бутонов шиповника (признак легкой тревожности) и ветка омелы (подсознание Елены было настроено куда решительнее, чем она сама).
Когда она вошла в зал, Артем уже сидел за столиком. Увидев ее, он выронил меню.
На голове Елены, вопреки всем усилиям, развернулось целое флористическое шоу. Розовые пионы размером с футбольный мяч соседствовали с огненными астрами, а за спиной снова начал пульсировать тот самый красный узорчатый нимб, из-за которого официант чуть не перекрестился, приняв ее за византийскую святую.
– Привет, – выдохнул Артем. – Ты сегодня... хм... особенно «цветущая». Это что, бабочка-монарх у тебя в волосах? Живая?
– Она цифровая, – соврала Елена, пытаясь незаметно прихлопнуть насекомое, которое уже вовсю дегустировало сахарницу. – Артем, давай сразу договоримся: не говори мне комплиментов. От них у меня начинаются гладиолусы, а они очень тяжелые, у меня потом шея болит.
Ужин шел напряженно. Елена изо всех сил думала о кипе непрочитанных резюме, чтобы сбить романтический настрой. Венок начал послушно увядать: розы поникли, а оранжевые ягоды стали напоминать сушеный изюм.
Но тут Артем накрыл ее руку своей.
– Знаешь, – тихо сказал он, – мне плевать на твои графики. Я влюбился в тебя еще в прошлом году, когда ты уволила начальника службы безопасности, и у тебя на голове в тот момент вырос чертополох размером с ананас. Это было самое честное зрелище в моей жизни.
В ресторане внезапно стало светлее. Над головой Елены, как по команде, раскрылись сразу пять чайных роз, а бабочка исполнила победный танец. Веснушки на ее лице засияли так ярко, что на кухне ресторана решили, будто произошло короткое замыкание.
– Официант! – крикнул Артем, сияя от счастья. – Принесите даме вазу. Нет, лучше лейку! И уберите свечи со стола, а то у моей спутницы сейчас начнется фотосинтез.
Елена рассмеялась. В этот момент из ее прически вылетела пара ярких золотых лепестков и приземлилась прямо в ризотто Артема.
– Ну все, – вздохнула она, сдаваясь. – Прощай, карьера в банке. Придется открывать оранжерею.
– Зачем открывать? – улыбнулся Артем. – Ты и есть оранжерея. Моя самая красивая и непредсказуемая оранжерея.
В этот вечер над их столиком впервые зацвела редкая орхидея, которую ботаники считали вымершей триста лет назад. Потому что против настоящих чувств не поможет даже самый строгий дресс-код.
Бонус: картинки с девушками
Подписывайтесь на канал, друзья! Вас ждут новые романтические рассказы!