Пока я читала эту книгу, я ощущала себя в гостях у большой, шумной и эмоциональной итальянской семьи. Пока в одной комнате дядя тихонько рассказывает двум маленьким племянницам истории, другая комната перенеслась на века назад, и в ней видна сцена из семейного придания, где бывшая высокородная дама залихватски скачет на коне. Еще одна комната, и вот уже отец приходит домой и говорит, что проигрался в пух и прах. Следующая комната, и большая семья ругается из-за наследства над не остывшим ещё телом. А комнат много, за раз во все и не заглянуть, не вместить в себя всех сплетен, всех вариантов историй, всех семейных раздоров.
И поэтому временами от этой книги у меня кружилась голова. Ведь ладно бы семейные истории, но на страницах есть пространство и для снов, и для греческих мифов, и для какой-то особенной, своеобразной свободы текста, который поворачивает в самые непредсказуемые закоулки.
Но, несмотря на весьма ветвистое семейное древо, главная героиня одна — Ада Бертран, 37 лет, преподает древнегреческую литературу и мифологию, замужем. Она живет довольно обычную жизнь: ездит на конференции, иногда изменяет мужу, борется за преподавательское место, пишет научную работу... Но в ее сны и жизнь настырно просачивается история ее предков, сплетаясь с греческим мифом, подкидывая ей загадки.
Часто именно женщины вызываются сопровождать героя за порог смерти, чтобы совершить более или менее жестокий ритуал, необходимый для общения с духами.[..] Единственные покойницы, кого о чем-либо спрашивают, — престарелые матери, да и то лишь потому, что те случайно попадаются на пути, как Антиклея Одиссею: “О, взгляни-ка, кто это там! А я и не знал, что ты умерла… Расскажи мне, что творится дома, мама”. Ни тебе: “Что с тобой случилось? Как твои дела?”, ни “Я по тебе соскучился”! Он командует: “Рассказывай. Служи мне, как служила при жизни”.
Пока старшая часть семьи в панике, что какая-то часть семейной истории может выплыть наружу, Ада искренне не понимает, как истории вековой давности могут мешать жизням членов семьи. И это добавляет книге отдельную каплю яркого контраста: пока в одной воображаемой комнате заламывают руки, кричат и обещают засудить газетчиков, в другой комнате Ада спокойно и иронично спрашивает, как могут повлиять на ее жизнь внебрачные дети давно умерших людей. И все же она тоже в какой-то степени оберегает семейную историю, позволяя некоторым тайнам так навсегда и остаться спрятанными.
Они были непоколебимо уверены в своей принадлежности к высшему социальному слою, столь выгодно отличающемуся от "подлого сословия", от "простаков" из мелкой буржуазии, и отказывались принимать новое общество, словно жили в хрустальном шаре, над которым не властно время.
Что же до обещанной «интимной жизни», то горячих сцен в этой книге не найти. И это даже правильно: зачем подобные сцены в семейной саге, которая комфортно чувствует себя даже на границе снов и магического реализма. Но это не значит, что каких-то пикантных подробностей не будет вообще, чего только стоит бабушкин дневник! В конце концов, новые члены в этой семье появлялись не из капусты.
Эта книга понравилась мне даже больше «Швеи из Сардинии», хоть и тоже обрывает сюжетные линии на полуслове (и как же я позлилась в финале, когда поняла, что какие-то части сплетен мне так и не дораскажут! Пришлось чуть ли не с мысленной лупой перебирать в голове текст и искать зацепки). «Интимная жизнь…» тоже посвящает историю самым разным женщинам, которые отстаивали свои интересы, выбирали, любили, подстраивались, взрослели.
Во времена расцвета феминистского движения ей неоднократно доводилось участвовать в бесконечных дискуссиях относительно точности терминов, шла ли речь о сексе или о политике (что тогда, по сути, было одно и то же). Как-то раз они с приятельницами всю ночь пытались решить, что написать в листовке: «сожалеем», «решительно осуждаем» или «клеймим позором». Тогда это было вопросом жизни или смерти, а теперь, пятнадцать лет спустя, потеряло всякое значение.
Мне нравится манера Питцорно рассказывать истории, ее ироничность и феминистичность (хоть и иногда очень бесит ее решение не давать ответов). Эта книга калейдоскопом пронеслась по двум моим вечерам и оставила за собой вопрос: чего стоит семейная память?
Ладно, вопросы о забытом колечке и муже Ады тоже остались...
Проходите, располагайтесь, Книжный Енот вам всегда будет рада и расскажет о самых уютных, захватывающих и интересных книгах.