Весенний разлив — это время, когда река сходит с ума. Вода поднимается на метры, затапливая луга, ломая деревья и вымывая из берегов то, что годами гнило в земле. Вода в такие дни черная, густая, как мазут, и злая. Нормальные люди в разлив на воду не суются. Но мой напарник Колька нормальным не был. Им двигала жадность. В мутной воде рыба дуреет, теряет ориентацию, и если поставить сети в правильном месте, можно за ночь вытащить месячный улов.
Мы вышли на моторке еще затемно, в самый густой, ледяной туман. Колька направил лодку к Черному омуту — глубокой впадине на повороте русла, где вода крутила водовороты даже в штиль. Я отговаривал его. Место дурное, гиблое. Но он только отмахнулся.
Мы забросили тяжелую сеть и стали ждать. Тишина стояла глухая, только вода агрессивно хлестала в деревянные борта.
Примерно через час поплавки резко ушли под воду. Все разом. Лодку так сильно накренило, что я едва не вывалился за борт.
— Тяни! — заорал Колька, вцепившись в лебедку. Глаза его горели безумием. — Там тонна, не меньше!
Мы тащили эту сеть вдвоем, срывая спины и сдирая кожу на ладонях. Груз был неподъемным, он бился и ворочался на дне, словно мы зацепили затонувшую машину, которая внезапно ожила.
Когда сеть наконец показалась над водой, мы оба оцепенели.
Там не было рыбы. В капроновой ячее, запутавшись среди гнилых веток и речной тины, билось огромное, раздутое существо. Размером с крупного медведя, оно было покрыто крупной, тусклой чешуей, больше похожей на каменную броню. Вместо ног — мощный, плоский хвост, которым оно с глухим стуком колотило по борту.
Но самым страшным было лицо. Абсолютно человеческое, бледное, одутловатое мужское лицо с широким, приплюснутым носом и двумя черными, немигающими провалами вместо глаз. На толстой шее мерно раздувались и опадали багровые жаберные щели.
От твари несло вековой сыростью, гниющим илом и чем-то металлическим, похожим на запах старой крови.
— Режь сеть! — рявкнул я, выхватывая нож. — Руби, Коля, это Хозяин, мы покойники!
Я замахнулся ножом, но Колька с нечеловеческой силой перехватил мою руку.
— Стой! — прохрипел он, не сводя глаз с существа.
Тварь перестала биться. Она посмотрела прямо на Кольку своими бездонными глазами. И тут в моей голове, минуя уши, раздался голос. Тягучий, булькающий звук, словно кто-то говорил из-под толщи воды.
«Отпусти. Три желания. Любые».
Я попятился на корму, крестясь дрожащей рукой. Это был Водяной царь. Древняя, хтоническая дрянь, которую мы случайно подняли со дна.
— Коля, не смей! — закричал я. — Оно обманет! Это не сказка, это смерть!
Но Колька меня не слышал. Жадность сожрала его остатки разума. Он смотрел на тварь, тяжело дыша, и в его глазах читался лихорадочный расчет.
— Исполнишь? Не наврешь? — спросил он, сжимая кулаки.
Существо медленно, неестественно кивнуло. Широкий, безгубый рот растянулся в жуткой улыбке, обнажив ряды мелких щучьих зубов.
— Первое! — выпалил Колька, боясь упустить шанс. — Хочу золота! Много! Чтобы до конца дней лопатой грести и не нуждаться!
— Второе! — тут же продолжил он. — Хочу здоровья каменного! Чтобы ни одна болезнь меня не брала, ни нож не резал, ни пуля не пробила!
— И третье! — Колька злобно оскалился. — Жена моя, Надька, что к городскому сбежала год назад... Хочу, чтобы она вернулась в мой дом и никогда больше от меня не ушла!
Существо закрыло черные глаза. В голове снова раздалось жидкое, клокочущее бульканье:
«Договор... закрыт».
Мощный хвост ударил по воде. Капроновая сеть лопнула, как гнилая нитка, и тварь с тяжелым всплеском ушла на дно Черного омута, оставив после себя лишь воронку грязной пены.
Я завел мотор, и мы рванули к берегу. Я трясся от животного ужаса, а Колька сидел на носу лодки и маниакально хохотал, потирая руки. Он уже мысленно тратил свое золото.
Мы причалили к поселку на рассвете. Колька первым выпрыгнул на берег и побежал к своему дому, стоявшему в низине у самой воды. Я, чувствуя, что случится что-то непоправимое, пошел за ним.
Я подошел к его двору и остановился как вкопанный.
Третье желание исполнилось первым. Надька действительно вернулась. И она действительно больше никогда не уйдет.
Ночью талые воды подмыли старое деревенское кладбище выше по течению. Бурный поток вымыл гробы из земли и понес вниз. Один из них, разбитый в щепки, прибило прямо к крыльцу Колькиного дома. Раздутое, синее тело Надьки намертво запуталось длинными волосами в досках крыльца. Она лежала у его порога, уставившись в серое небо стеклянными глазами.
Из дома раздался дикий, нечеловеческий вопль.
Я бросился внутрь, перешагнув через труп. Вбежал в комнату и застыл.
Колька катался по полу, раздирая себе горло ногтями. Он хрипел, кашлял и пытался дышать, но не мог. Его лицо стало багровым, глаза вылезли из орбит. Из его рта, разрывая связки и ломая зубы, сплошным потоком сыпался тяжелый, сверкающий речной песок вперемешку с мелким пиритом — «золотом дураков». Водяной дал ему золото. Столько, что оно заполняло его изнутри, вытесняя воздух, тяжелея в желудке и легких.
Я кинулся к нему, выхватил рыбацкий нож, чтобы сделать надрез на трахее, пустить воздух, спасти его. Я ударил острием в его напряженную шею.
Лезвие со звоном сломалось.
Я в ужасе отшатнулся. Кожа Кольки на моих глазах стала серой, грубой и холодной. Здоровье, которое не возьмет ни один нож. Каменная плоть. Второе желание тоже было исполнено безупречно.
Он не мог умереть от удушья, потому что его организм стал неуязвимым. Но он и не мог дышать, потому что его легкие были забиты мокрым песком.
Я выбежал из этого дома, не оглядываясь. Я бежал прочь от реки, пока у меня не закончилось дыхание.
С тех пор прошло много лет. Дом Кольки давно заброшен и сгнил. Но местные рыбаки говорят, что иногда, когда река затапливает берега и вплотную подбирается к его фундаменту, из-под прогнившего пола слышится глухой, каменный стук и бесконечный, сдавленный хрип человека, которому подарили богатство, неуязвимость и вечную, неразлучную любовь.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
Одноклассники: https://ok.ru/dmitryray
#мистика #страшныеистории #фольклор #рыбалка