Если ты собрался в поездку – день обязательно выдастся дождливый и слякотный. Если ты спешил на поезд – он непременно опоздает, и ты будешь битый час ошиваться на перроне. А если в вагоне окажется симпатичная женщина – она никогда не обратит на тебя внимания.
Насчёт поезда и дождливого дня всё совпало. Сначала я рысаком летел на вокзал, потом мрачно сидел и оттирал с себя грязь, потому что поезд опаздывал на пятьдесят минут, а в итоге задержался на час десять.
Женщина в вагоне тоже была. Сидела напротив: тёмные локоны, коричневый плащ, глаза цвета воскресного неба. В ушах серёжки, похожие на запятые, над правой бровью – смешная завитушка волос. Но внимание на меня она обратила. Дала мне пачку салфеток и помогла отмыть упущенные из виду брызги на одежде. Оказывается, выгодно иногда быть слегка грязным мужчиной.
После очищения меня контакт застопорился. На ум не шло ни одной дорожной темы. Всегда так! Сперва расстраиваешься, что дамы на тебя не смотрят, а когда посмотрят – не знаешь, что с этим делать. К счастью, попутчица заговорила сама.
- Что такое условная средняя женщина? – спросила она, глядя за окно, исчерченное дождевым пунктиром. – Задумывались когда-нибудь?
- Наверное, женщина обычной внешности и умеренных амбиций, – предположил я. – Работает в среднем звене. Средний рост, средние телесные параметры. В ипотеке у неё квартира где-то на полдороге между центром Москвы и Урюпинском. Небольшие жировые отложения на боках. Один-два ребёнка, один-два подбородка и один-два мужа… То есть, муж один, но тоже средненький.
- Вы написали точный портрет моей подруги Розы, – улыбнулась темнокудрая. – Ипотека, один ребёнок, средняя должность в банке. За исключением того, что она стройная, а мужа вообще нет. Вернее, раньше не было. Когда еду в поезде, всегда гадаю: какова вероятность того, что со среднестатистической женщиной произойдёт то, что произошло с Розой?
- А что с ней случилось? Перепутала поезда и уехала в Монако?
- Нет. Просто её поезд тоже задерживался. Роза бродила по платформе. Рассматривала сувениры в ларьках, считала галок на проводах и тихо дулась.
- Так поступает любой средний человек, – сказал я. – Недавно я занимался тем же самым: галки, ларьки и провода. И пустые рельсы, на которые никак не подают долгожданный состав.
- Роза долго топтала перрон. Выпила два стакана вокзального кофе, поругалась по телефону с подходящими для этого родственниками. А потом заметила, что на неё смотрит мужчина, ждущий того же поезда. Просто смотрит и всё.
- Он был маньяк, временно страдающий без работы? – догадался я.
- Вовсе нет. Забегая вперёд, скажу, что это оказался порядочный мужчина. Звали его Андрей Павлович. Роза спросила напрямую: с какой целью на меня любуетесь? И этот Андрей Палыч ответил: «Если скажу правду, вы разозлитесь».
- Чем разозлил Розу ещё больше? – догадался я.
- Ну… не совсем. Она женщина спокойная. Работает в финансовом секторе, нервы и логика в порядке. Конечно, ей стало любопытно, что на уме у этого Андрея. А он сказал: «Я размышлял, как было бы здорово вас поцеловать».
- Эта версия мне в голову не пришла, – восхитился я. – Удивительно, что в наше время встречаются такие люди.
- Роза тоже была ошеломлена. У неё квартира в ипотеке и командировка на исходе, дома ребёнок почти без присмотра – а неизвестный мужик хочет поцеловать её на вокзале! Она растерялась, что ей несвойственно. Сказала: «Вы понимаете, что я серьёзный человек? Ответственный финансовый работник с допуском!» Андрей Павлович засмеялся и говорит: «Я тоже ответственный работник, преподаю в аграрном вузе. Но здесь мы – два простых пассажира. И я впервые вижу женщину, которую хочу поцеловать, не спрашивая имени. Прямо до мурашек под кожей хочу!»
- Вот к чему приводит бардак в движении транспорта, – не совсем удачно пошутил я.
- Кончилось тем, что Роза поцеловала его сама, – договорила собеседница. – Прямо на перроне. Среди ларьков, проводов и галок.
Мне сразу расхотелось язвить и острить. Представился серый бетонный плац вдоль рельс, уснувшее над шпилем облако, гудки локомотивов и целующаяся на краю пара… Счастливчик вы, агротехнарь Андрей Павлович!
- Что дальше? – спросил я. – Кстати, я не спросил, как вас зовут?
- Я Ирина Константиновна, – сказала попутчица. – Дальше всё было легко и замечательно. Гуляя по перрону, они говорили обо всякой чепухе, но это была самая важная чепуха на свете. Их перестал волновать запропастившийся поезд, сырая весна, озоновые дыры и политическая неопределённость на Ближнем Востоке. Потому что каждый из них шёл на вокзал по отдельности, а тут их стало двое.
Ирина Константиновна проверила график в телефоне.
- За беседой время летит быстро! – заметила она. – Скоро моя остановка.
- Моя тоже, – сказал я. – И чем завершилась эпопея Андрея и Розы?
- Поезд пришёл, они поехали. Говорили, смеялись, снова пробовали губы друг друга на вкус и были готовы ехать целую вечность! Но когда они вышли на станции, сразу подъехал её автобус. Прощание получилось хаотичным. Заскочив в автобус, Роза прильнула к окну на задней площадке, замахала руками… и вспомнила, что не узнала об Андрее ничего! То есть она уже поняла, что он её главный мужчина. Но ни телефона, ни фамилии, ни вуза, где он преподаёт!
- При внезапной любви это простительно, – сказал я.
- Она, тридцатишестилетняя влюблённая женщина, разрыдалась на весь салон. И сделала единственное, что могла – выпрыгнула на ближайшей остановке и побежала назад на каблуках по лужам в надежде, что Андрей ещё стоит у вокзала.
- Искренне завидую Палычу, – сказал я без всякой иронии. – Они встретились?
- Да! Роза бежала и молилась, чтобы Андрей ждал её там же. А навстречу уже ехало такси с Андреем, который ринулся ей вдогонку. С тех пор они не расстаются. Вот я и думаю: какова вероятность того, что с обычной женщиной может приключиться подобное?
- Вероятность ниже нуля, – вздохнул я. – Но история потрясающая. Кажется, мы прибыли. Наша остановка, Ирина.
Мы вышли на платформу. На другой стороне площади стоял автобус – тридцать третий номер – и готовился к отправке.
- Мой… - сказал я. Мы с Ириной беспомощно переглянулись.
- Скорее, а то опоздаете! – сказала она. – Моего пока нет…
Поднявшись на ступеньку, я приложил карту к терминалу, понимая, что делаю что-то не то. В окно мне были видны тёмные кудри и глаза Ирины цвета воскресного неба. Серёжки-запятые и смешная завитушка над правой бровью. Потом они стали удаляться, удаляться, удаляться… Автобус набирал ход.
Я понял, что я катастрофический идиот, гораздо глупее Андреев Палычей. Уезжаю, не узнав ничего о своей попутчице. Куда я сорвался? У нас что, единственный тридцать третий в городе? Их миллион ходит! А вот такие женщины, как Ирина…
- Стой, командир! – заорал я. – Мы человека теряем! Безвозвратно теряем!
Высадившись, я галопом устремился обратно, расталкивая прохожих, хотя сердце подсказывало, что тороплюсь зря. Отъехали мы изрядно, бежать кварталов пять! Конечно, не успею. Не успею…
Пробежав половину пути, я остановился. Разбрызгивая лужи, навстречу мне летело такси.
Ещё не видя пассажира, я уже чувствовал, кто в нём едет.
Больше рассказов из цикла «Любовь существует» - здесь
Мира и добра всем, кто зашёл на канал «Чо сразу я-то?» Отдельное спасибо тем, кто подписался на нас. Здесь для вас – только авторские работы из первых рук. Без баянов и плагиата.