Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
НовинКино

Охлобыстин и пустота: почему доктор Быков предпочитает пиксели живым людям и при чем тут Тарковский

Давайте начистоту, друзья: актерское ремесло — это профессиональная шизофрения. Ты стоишь в зеленой комнате, обвешанный датчиками, как новогодняя елка гирляндами, и должен убедительно признаваться в любви теннисному мячику на палке, представляя, что это дракон или инопланетная принцесса. Сэр Иэн Маккеллен на съемках The Hobbit, помнится, натурально рыдал от такой «игры с пустотой». Но где хваленый британский драматизм, а где — наша закаленная суровая реальность? Иван Иванович Охлобыстин — человек-оркестр, байкер, многодетный отец, в прошлом священник, а в вечности — громогласный тиран из «Интернов» — заявил, что ему эти ваши виртуальные персонажи вообще до лампочки. Цифровое одиночество? Не смешите мои татуировки В беседе с журналистами Иван признался, что работа с объектами, которых физически не существует на площадке, не вызывает у него ни малейшего дискомфорта. И вот тут, дорогие мои, включается тот самый фирменный охлобыстинский цинизм, за который мы его (тайком или явно) обожаем.

Давайте начистоту, друзья: актерское ремесло — это профессиональная шизофрения. Ты стоишь в зеленой комнате, обвешанный датчиками, как новогодняя елка гирляндами, и должен убедительно признаваться в любви теннисному мячику на палке, представляя, что это дракон или инопланетная принцесса. Сэр Иэн Маккеллен на съемках The Hobbit, помнится, натурально рыдал от такой «игры с пустотой». Но где хваленый британский драматизм, а где — наша закаленная суровая реальность?

Иван Иванович Охлобыстин — человек-оркестр, байкер, многодетный отец, в прошлом священник, а в вечности — громогласный тиран из «Интернов» — заявил, что ему эти ваши виртуальные персонажи вообще до лампочки.

Цифровое одиночество? Не смешите мои татуировки

В беседе с журналистами Иван признался, что работа с объектами, которых физически не существует на площадке, не вызывает у него ни малейшего дискомфорта. И вот тут, дорогие мои, включается тот самый фирменный охлобыстинский цинизм, за который мы его (тайком или явно) обожаем. Артист выдал метафору, достойную пера Пелевина.

Оказывается, привыкнуть к общению с пустотой ему помогла… социальная жизнь. «Иногда и в жизни такое: вот человек есть, с ним общаешься, а потом понимаешь, что он пустое место», — философски заметил актер. Шах и мат, социофобы! Охлобыстин буквально приравнял скучных собеседников к плохо отрендеренным NPC. И ведь не поспоришь: иногда диалог с ChatGPT кажется более душевным, чем беседа с иным чиновником или звездой светской хроники.

Тарковский как таблетка от пустоты

Но Иван Иванович не был бы собой, если бы просто поворчал и ушел в закат. Чтобы молодежь не превращалась в те самые «пустые места», о которые спотыкается его взгляд, он выписал культурный рецепт. И это вам не попкорн-муви под колу.

В список «обязательного к просмотру» (читай: чтобы не быть овощем) вошли титаны, атланты и кариатиды нашего кино: Андрей Тарковский, Никита Михалков, Марк Захаров и Сергей Бондарчук. Выбор, прямо скажем, не для слабонервных зумеров, привыкших к пятнадцатисекундным роликам. Это тяжелый люкс советского кинематографа, где каждый кадр весит больше, чем вся киновселенная Marvel.

Так что, если хотите пройти тест на «реальность» от Охлобыстина — выключайте свои гаджеты и включайте «Зеркало» или «Тот самый Мюнхгаузен». Иначе есть риск, что для Ивана Ивановича вы так и останетесь просто спецэффектом низкого качества.