Найти в Дзене
Английский для жизни

Сможет ли Россия справиться с производством еды и лекарств без импорта

Недавно сидели со знакомым, болтали про работу. Он в теме поставок для пищевых производств — не прям топ-менеджер, но в кухне разбирается.
И он вдруг говорит:
«Слушай, а ты вообще понимаешь, насколько мы зависим от биотехнологий?»
Я сначала даже не понял, к чему он. Ну биотехнологии и биотехнологии. Звучит как что-то из новостей, не из жизни.

Недавно сидели со знакомым, болтали про работу. Он в теме поставок для пищевых производств — не прям топ-менеджер, но в кухне разбирается.

И он вдруг говорит:

«Слушай, а ты вообще понимаешь, насколько мы зависим от биотехнологий?»

Я сначала даже не понял, к чему он. Ну биотехнологии и биотехнологии. Звучит как что-то из новостей, не из жизни.

А он начинает объяснять проще.

Ферменты, добавки, компоненты, сами технологии производства — очень многое либо импортное, либо так или иначе завязано на зарубежные разработки.

И вот тут я уже напрягся. Потому что одно дело — айфоны или софт. Ну окей, неприятно, но переживём. А другое — вещи, от которых зависит, условно, еда на полке и лекарства в аптеке. Это уже не уровень «пересядем на другое приложение».

После разговора полез почитать, что вообще происходит в этой сфере.

-2

И наткнулся на одну штуку, о которой раньше особо не слышал — нацпроект «Биоэкономика». А не слышал, потому что он новый — стартовал в этом году. Если по-человечески, его смысл довольно понятный:

сделать так, чтобы в таких критичных вещах мы не висели на чужих технологиях. Там всё разбито на три направления.

Первое — это производство и сбыт. То есть чтобы не просто что-то изобретать, а реально запускать предприятия и доводить до рынка.

Второе — наука и технологии. Лаборатории, разработки, всё вот это, без чего ничего своего не появится.

И третье — люди и система. Обучение, методики, кадры. Потому что без специалистов никакие технологии сами по себе не работают.

Причём это не история «когда-нибудь потом». Уже сейчас в этой сфере работают больше 225 производителей и почти 50 научных институтов. И под всё это заложен бюджет — около 5 миллиардов рублей на ближайшие годы.

Главная идея у проекта — технологический суверенитет. Звучит громко, но по сути это про простую вещь: чтобы система работала не потому, что «нам пока дают пользоваться», а потому что у нас есть своё.

-3

Мы вообще редко задумываемся о таких вещах. Потому что они не на поверхности. Ты не видишь ферменты, не видишь технологии. Ты просто берёшь продукт с полки — и всё.

Но устойчивость системы проверяется не тогда, когда всё работает. А когда что-то ломается. И вот тогда уже становится понятно, насколько ты зависим от того, что не контролируешь.

Поэтому вопрос уже не в том, удобно ли пользоваться импортными решениями. Скорее — в том, насколько мы готовы к сценарию, где рассчитывать можно только на себя.

И, судя по тому, что происходит сейчас, к этому сценарию начали готовиться заранее. Как раз такие проекты, как «Биоэкономика», и появляются не на пустом месте — это попытка выстроить систему, которая не развалится при первом же внешнем сбое.

Без резких движений, без паники — просто планомерно: свои технологии, свои производства, свои специалисты. И, по сути, это куда более спокойный сценарий, чем надеяться, что «как-нибудь обойдётся».