В школе дочке задали прочитать рассказ Франка Павлоффа "Коричневое утро".
Впервые он был опубликован в 1997 году (на русский переведён в 2011).
И это антиутопия. О том, как равнодушие или простодушие обывателей позволяет формировать новое государство.
***
Двое приятелей пьют утренний кофе и болтают. Вот так - между прочим - о том, что один из них усыпил своего пса.
Вышел закон: больше нельзя иметь собак не коричневого цвета.
Мера про собак не того цвета не первая: до этого под запрет попали цветные коты.
Перенаселение котов, и правда, стало уже невыносимым, и, исходя из того,
что говорили государственные учёные, лучше всего было оставлять
коричневых. Только коричневых. Все селекционные тесты доказывали, что
они лучше адаптируются к нашей городской жизни, что у них небольшой
приплод, и они гораздо меньше едят. По мне, кот есть кот, и необходимо
было каким-то образом решать проблему, пусть даже при помощи
государственного декрета, который устанавливал уничтожение всех котов, которые не были коричневыми. Представители городской милиции бесплатно раздавали шарики мышьяка. Смешанные с едой, они отправляли котов на тот свет в один миг. Моё сердце сжалось на мгновение, но вскоре всё забылось.
Судьба собак смущает больше - всё ж друг человека. Но если наука говорит, что коричневые более выносливые и пр., значит, так тому и быть.
Газета, которая осуждает национальные меры и ставит под сомнение результаты учёных, закрыта. Против отдельных издательств возбуждают судебные процессы, их книги изымают: ведь кошки и собаки на страницах не только коричневые. Религиозные лидеры тоже не хотят прослыть мракобесами - поддерживают правительство.
Коричневая безопасность могла быть чем-то хорошим. Конечно, я вспоминал о маленьком мальчике, которого встретил на тротуаре напротив, и который оплакивал своего белого пуделя, умершего у его ног. Но, в конце концов, если он слушал хорошо то, что ему говорили, собаки не были запрещены, нужно было просто подыскать коричневую.
Однако "просто нужно" быть законопослушным обманчиво. Законодатели ж не сидят без деятельности.
— Но ведь у него была настоящая коричневая собака, мы всё это прекрасно видели!
— Да, но, судя по тому, что они говорят, дело в том, что до этого у него была чёрная, а не коричневая собака. Чёрная!
— Раньше?
Одного из приятелей арестовывают: иметь в прошлом не коричневое животное становится преступлением, "Оскорбление национального достоинства".
Даже, если вы купили недавно коричневое животное, это не значит, что вы поменяли мышление, добавили они.
Второй приятель не может ночью сомкнуть глаз.
Я должен был сразу отнестись с недоверием к коричневым, как только они нам навязали свой первый закон о животных. В конце концов, то была моя кошка, как и собака Чарли — его собака, мы должны были сказать «нет». Сопротивляться дальше, но как? Всё происходит так быстро, есть работа, ежедневные хлопоты. Другие тоже опускают руки, чтобы побыть хоть немного спокойными, ведь так? Ко мне стучатся в дверь. Так рано утром? (...)
***
Удивительно (или нет?), что такие книги пишут и их читают (рассказ Павлоффа входит в школьную программу нескольких стран), а курс общества однако определён. Наука - царица, ей полагается верить. Нет - так прослывёшь ретроградом и мракобесом.
Вспомните, пару лет назад какие звучали публичные оскорбления от важных людей в адрес тех, кто сомневался в необходимости или безопасности известных мер по борьбе с вирусом. Каким санкциям подвергались люди, которые не хотели или считали неразумным поддаваться этому диктату.
Лично меня очень впечатлило, как в мороз высаживали без нужной бумажки людей из общественного транспорта. Но не только это. Людей лишали работы, спорта, мед помощи... И общество в целом это поддержало! В абсолютном большинстве стран мира!
Есть и другие актуальные примеры, к сожалению. Не только из области здравоохранения.
А сам автор (я вычитала в википедии) писал свой рассказ как антифашистский - боялся прихода к власти партии Ле Пена. Думаю, под этим соусом его и преподают в школе. Хотя эту притчу сегодня осмыслять можно гораздо шире.