Слезы, тросы и упрямство: как Чжан Цзыи выжила на съемках у Энга Ли и покорила мир

Знаете, друзья мои, кинематограф — это величайший обманщик. Мы сидим в мягких креслах, жуем попкорн и восхищаемся тем, как грациозно герои взмывают в воздух, словно гравитация просто вышла из чата. А по ту сторону экрана творится настоящий ад. Взять хотя бы Чжан Цзыи. Эта фарфоровая статуэтка, которую мы привыкли видеть в *Memoirs of a Geisha* или в тягучих шедеврах Вонга Карвая, на днях призналась: съемки в культовом *Crouching Tiger, Hidden Dragon* чуть не отправили её на тот свет. Ну, или как минимум к психотерапевту.

На мастер-классе в Гонконге, где ей вручили очередную статуэтку (на этот раз Excellence in Asian Cinema Award), актриса решила сорвать покровы. Оказывается, пока мы с вами завороженно следили за полетами в бамбуковой роще, Чжан Цзыи каждую ночь просыпалась в слезах. «Это было по-настоящему больно», — говорит она. И я ей верю! Энг Ли, конечно, гений, но его перфекционизм граничит с садизмом. Ежедневные травмы, синяки и перегрузки — вот цена того самого «уся», жанра, который заставил весь мир полюбить китайское фэнтези.

Спасло её, как ни странно, танцевальное прошлое. И, цитирую, «немного собственного упрямства». О, это знаменитое упрямство Чжан! Вспомните, как она попала в кино: её вытащил из Центральной академии драмы сам Чжан Имоу для фильма *The Road Home*. Ей было 19, и она выглядела так, будто её может сдуть ветром. А теперь посмотрите на неё в 47 лет (да-да, я тоже гуглил дату рождения, это какая-то магия). За плечами 40 фильмов, работа со Спилбергом и статус иконы.

Но вернемся к Гонконгу. Чжан Цзыи сейчас не просто вспоминает боевые шрамы, она говорит о вещах куда более глубоких. «Наш Восток — это не маргиналии на полях мировой культуры», — заявила она, и тут захотелось встать и поаплодировать. Актриса уверена: актеры — это мосты. И ходить по этим мостам нужно не для того, чтобы угодить западному зрителю, а чтобы показать силу азиатских историй и дух азиатских женщин. «Нежелание признавать поражение» — вот её диагноз героиням, которых она играет. И самой себе, видимо, тоже.

Кстати, забавная деталь: роль дерзкой аристократки Джен Ю в *Crouching Tiger, Hidden Dragon* стала для неё терапией. В жизни Чжан, по её словам, бунтарства не было вовсе (хотя верится с трудом, глядя на её карьеру). «Я подумала: черт возьми, все дети должны перебеситься в свое время! У меня этого не было, так пусть хоть на экране оторвусь». И оторвалась так, что мы до сих пор пересматриваем.