Найти в Дзене
Смыслопрактика

Вопрос силы и бессилия

Отношения с реальностью, с её узором, и с структурой напряжений в обществе – зовут поименование, выражаются в языке. Если б не было руки, откуда бы взяться слову – рука! Во всех языках есть слова, обозначающие то, что составляет самого человека и его бытие. Части тела, базовые потребности и обеспечивающие процессы, основные родовые отношения, феномены природы. А дальше – начинаются нюансы. В каком узоре, в каком напряжении рождается язык? Что невыразимое он ухватывает и выражает? Вот, например, китайский: язык связности, спутанности, язык промежутка – и его непереводимый тезаурус. 意 и, "намерение" или "смысл" — то, что связывает высказывание и реальность. 行 син, "элемент" или "стихия" — то, что связывает знание и действие. 氣 ци — то, что связывает всё со всем. 道/德 дао/дэ — то, как единое проявляется через множественное. Даже 正名 дженмин, "исправление имён" — это про восстановление связи между именем и реальностью. Китайская мысль живёт в промежутках, в отношениях между. Элемент, отд

Вопрос силы и бессилия

Отношения с реальностью, с её узором, и с структурой напряжений в обществе – зовут поименование, выражаются в языке. Если б не было руки, откуда бы взяться слову – рука!

Во всех языках есть слова, обозначающие то, что составляет самого человека и его бытие. Части тела, базовые потребности и обеспечивающие процессы, основные родовые отношения, феномены природы. А дальше – начинаются нюансы.

В каком узоре, в каком напряжении рождается язык? Что невыразимое он ухватывает и выражает?

Вот, например, китайский: язык связности, спутанности, язык промежутка – и его непереводимый тезаурус.

意 и, "намерение" или "смысл" — то, что связывает высказывание и реальность.

行 син, "элемент" или "стихия" — то, что связывает знание и действие.

氣 ци — то, что связывает всё со всем.

道/德 дао/дэ — то, как единое проявляется через множественное.

Даже 正名 дженмин, "исправление имён" — это про восстановление связи между именем и реальностью.

Китайская мысль живёт в промежутках, в отношениях между. Элемент, отдельное определяется, конституируется связями, без них – не о чем говорить, они и есть предмет.

В китайском трудно, если возможно, найти разрыв. Чжуанцзы обнаруживает неподвижную точку, ось, вокруг которой всё вращается (道樞 даошу) – но не брешь. Великий Предел (太极 Тайцзи) – это не брешь между, а упорядоченность внутри.

Приноравливая китайские методы, мы говорим что-то вроде "и ведёт ци, ци ведёт кровь (血 сюэ)". А как это ещё сказать? В русском, да и в других европейских языках – нет такого тонкого различения видов связности.

Но и русский язык в чём-то непереводим. Эта непереводимость указывает на особенность русского узора, русских напряжений.

Воля — одновременно внутренняя сила и свобода от внешней силы.

Правда — то, что противостоит (внешнему) абсурду и лжи.

Совесть — внутренняя инстанция, которая судит независимо от внешнего суда.

Тоска — переживание несвободы или утраты.

Подвиг — преодоление через сверхусилие.

Русский философский словарь формировался в постоянном напряжении между личностью и государством, между внутренней правдой и внешним порядком, между волей-как-свободой и волей-как-служением, окраиной и центром.

В других языках, в буддийских и даосских текстах – государство не является экзистенциальной проблемой. В английском, языке торговли и договорённости, нет ни связности китайского, ни разрыва русского.

Мы живём в языковом пространстве отношений с силой, которая нагибает. И других, и нас. И царя, и холопа. Вольному – воля, но – сила ли это, или разбой?