Начало истории здесь
Глава 3.
Новый район был совсем не похож на тот, в котором до побега обитал Васька. Жилых домов было мало, а те, что были – оказались обычными общежитиями барачного типа. Зато было много разрушенных и полуразрушенных зданий, безучастно взирающих пустыми глазницами окон вокруг, не питая надежды на восстановление. Здания молчаливо стоят посреди заросших пустырей, храня следы былого величия и расцвета человеческой деятельности. Стены покрыты слоями ржавчины и граффити, испещрены трещинами, будто шрамы от глубоких ран прошлого. Только ветер шелестит среди старых труб и балок, вызывая эхо былых времен, когда здесь кипела жизнь, звучали голоса рабочих, царила деловая суета в цехах, гремели машины. Эхо времен созидания, а не тишину разрушения…
Именно в таких районах и обитало большинство бездомышей. Здесь было спокойно и не так опасно. Бездомыши прекрасно понимали, что в приличном, сытом, уютном обществе не место таким, как они. Тем, кто не имел крова, тем, кто не имел возможности нормально поесть, тем, кто не имел возможности вести расслабленную и праздную жизнь, тем, кто не чувствовал себя защищенным. Тем, кому приходилось ежесекундно доказывать свое право на существование, тем, кому приходилось приспосабливаться, становиться хитрыми и изворотливыми, чтобы выжить и спасти себя, тем, чье сердце постепенно черствело и превращалось в камень. Тем, кого предпочитали не замечать, а еще лучше просто вычеркнуть из жизни…
Целый день Василий бродил по незнакомым местам, приглядываясь и узнавая обстановку. К концу дня он сделал не утешительный вывод: здесь будет выживать гораздо сложнее. Слишком много бездомышей, слишком мало территории и еды. За день он достаточно увидел, чтобы понять: какие места заселены, а какие свободны. Естественно, что места у теплотрассы, в более-менее сохранившихся зданиях заняты. И ему туда входа нет. Всё, что осталось – это искать свободное место в разрушенных зданиях. С едой тоже дела обстояли не лучшим образом. Два магазина, которые торговали, чем попало, куча несъедобного мусора. Одна столовая. Но туда просто так не пробиться. Конкуренция слишком высокая. У общежития тоже ловить нечего. Контингент жильцов доверия не внушал. Надо было думать, как выживать дальше.
Обуреваемый невеселыми мыслями, Васька добрался до здания, которое находилось на самом отшибе района. Это была бывшая мебельная фабрика. Он осторожно вошел и огляделся. Никого. Тихо ступая, Василий прошел вглубь. Сквозь пустые оконные проемы проникал тусклый свет Луны, бросая причудливые тени на стены и пол. Ветер выл свою нескончаемую песню, то понижая октаву, то повышая. От этого становилось немного не по себе. Васька прекрасно понимал, что как бы воображение не рисовало страшные картины, на самом деле пока бояться нечего. Он пошел дальше, внимательно оглядывал пространство. Вдруг заметил едва приоткрытую дверь. Подойдя поближе, он обнаружил неплохо сохранившуюся небольшую комнату. Там не было окон, зато был потолок. В этой комнатке, которая вероятно всего была когда-то кладовой, было относительно тепло и тихо. Вдоль стен виднелись остатки стеллажей, повсюду были разбросаны почти истлевшие коробки, бутылки из-под мебельного лака и прочий мелкий мусор. Но самое ценное, что в этой каморке было – это тряпки. Точнее, лоскуты от мебельной ткани. Они весьма неплохо сохранились, хоть и были сыроватыми и пахли затхлостью. Но для Васьки это всё казалось просто подарком судьбы! Благодаря этим лоскутам можно было вполне комфортно по меркам бездомыша согреться. Васька еще раз огляделся, прислушался… Никого. Тогда он закопался в ворох тряпья и попытался уснуть. Несмотря на то, что за весь день он ничего не ел, и желудок предательски урчал, сон мгновенно сморил бездомыша.
Глава 4.
Сон Василия был глубоким, но тревожным. Сказались переживания прошедшего дня. Ему снилась эта тетка у магазина. Она была огромного роста, с большущими глазами и постоянно повторяла: «Тебе здесь не место! Тебе здесь не место!» И во сне ее слова отражались эхом. Потом ему снилось, что кто-то пробрался к нему в каморку. Этот «кто-то» стоит и смотрит на него тяжелым взглядом. Василий попытался перевернуться на другой бок. Он всегда так делал, когда снилось что-то страшное. Но «кто-то» продолжал на него смотреть, дыхание приближалось и становилось ощутимым. Василий вздрогнул, открыл глаза и понял, что это не сон. Он скинул тряпье и попятился в угол.
В тусклом лунном свете он увидел огромный силуэт и два блестящих глаза, которые, не моргая смотрели прямо на него. Васька инстинктивно сжался, ожидания нападения. Но незнакомец не проявлял агрессии. А просто продолжал пристально разглядывать Ваську. Взгляд был уверенным, но не злым. Он выражал удивление и, наверное, сочувствие и дружелюбие. Страх потихоньку отпустил Василия. Теперь на его место пришло любопытство. Кто же это такой? По внешнему виду было понятно, что такой же бездомыш, как и он сам. Возможно, тоже искал ночлег. А возможно, живет тут уже давно. Только поведение у него было нетипичное для их среды. В его районе, если бы занял чье - то место, ему уже бы очень хорошо влетело. И отправился бы он побитый искать себе новый ночлег и приют. Васька пару раз был битый. Ощущение не из приятных. Поэтому еще раз испытать такое ему не хотелось. Лучше он сам уберется по добру по здорову.
Незнакомец еще раз взглянул на Ваську и отошел в угол, где громоздились старые коробки. Он лег на них, свернулся калачиком и, глубоко вздохнув, прикрыл глаза. Васька еще чуть выждал и нерешительно вернулся на свое место. Он снова закопался в тряпье, пытаясь уснуть, но сон не шел. Василий лежал, и мелкая дрожь сотрясало его тело. То ли от страха, то ли от волнения, то ли еще от чего-то. Незнакомец открыл глаза, поднял голову и взглянул туда, где лежал Васька. Потом вздохнул, поднялся со своего места, молча подошел и улегся рядом, пытаясь согреть своим теплом несчастного бездомыша. Васька впервые за долгое время ощутил чье-то тепло рядом с собой. И старое, давно забытое чувство покоя и уверенности вновь зарождалось внутри. И в этот момент так захотелось почувствовать безмятежность, поверить в то, что добро существует. Хоть ненадолго. Хоть на одну ночь. Он робко прижался к незнакомцу, закрыл глаза и погрузился в сон.
Спал Васька долго. Он не заметил, как ночь сменилась утром. Не заметил, что ветер поднялся, полетели первые снежинки. Ему было очень хорошо и тепло. Открыв глаза, Васька увидел, что ночного незнакомца нет рядом. Он тряхнул головой и еще раз огляделся. Может быть, ему это привиделось? Может быть, ничего этого и не было наяву? Да, нет! Он отчетливо помнит эту странную встречу. Да и на коробках, где лежал незнакомец, остался след. Нет, это был не сон. И как в подтверждении Васькиных доводов, в комнату вошел ночной гость. Он молча взглянул на Ваську и положил перед ним два кусочка черствого и немного плесневого хлеба. Васька смотрел и не верил в реальность происходящего! Еда. С ним поделились едой! Ему принесли еду! И кто? Такой же голодный бездомыш, как и он сам. И у этого бездомыша, как и у Васьки, в груди билось еще сердце, а не лежал холодный и тяжелый камень! Васька отодвинул один кусочек незнакомцу, а второй принялся с наслаждением жевать сам. Так началась дружба Васьки и Мишки.
Глава 5.
Декабрь по-хозяйски вступил в свои права, принимая эстафету от ноября, принеся с собой снега, метели и холода. Уже давно зима не заявляла о себе так уверенно и самонадеянно. За несколько дней все покрылось снежным покрывалом. Мороз веселился вовсю: щипал прохожих за руки, за лицо, проникал под одежду. Ветер поднимал и подбрасывал миллионы легких снежинок, кружа их в замысловатом танце, создавая сугробы причудливой формы, накидывал на крыши, автомобили и дороги. Все радовались приходу зимы. Горки, катки, Новый год, снеговики. Город начали украшать: всюду появлялись елки всевозможных размеров, форм и наполнений. Улицы были украшены иллюминациями, световыми фигурами, появились тематические фотозоны. Трактора, сварливо ворча, расчищали дороги и проезжие части от снежного покрова. Мир жил в предвкушении праздника и волшебства. И только для бездомышей это время было самым тяжелым. В их мире не было праздников и чудес. А была серая и не привлекательная проза жизни.
Васька и Мишка так и обитали в каморке мебельной фабрики. Рядом с Мишкой Ваське было спокойно. Вместе всегда проще выживать. Мишка был больше, старше и гораздо опытнее Васьки. Он уже не первый год вел бездомную жизнь и хорошо знал ее правила. Знал зоны влияния остальных бездомышей и умел их обходить. В отличии от Васьки, который был слишком неопытен и доверчив. Так они и выживали вдвоем, деля скудную пищу и кров. Вначале Васька заинтересовал бездомышей: новенький не мог остаться без внимания. Но вскоре к нему интерес потеряли: он ни к кому не лез, не претендовал на чужую территорию. Были попытки «прощупать» новенького, но тут вступился Мишка. Он вообще пользовался уважением среди них. Хоть и был одиночкой. Он не был главарем, он просто был сильным. И не только и не столько физически, сколько морально. А силу в любом проявлении среди бездомышей было принято уважать и принимать.
В середине декабря произошли события, которые перевернули их размеренную жизнь. Обитателей пустыря с самого утра разбудил рев спецтехники. Бульдозеры, экскаваторы, грузовики по-хозяйски, нагло вторглись в их мир. Привычная тишина и размеренная жизнь пустыря и его обитателей сменилась гамом: резкими голосами рабочих, отрывистыми командами бригадира, лязгом металла, грохотом рушащихся зданий, которые служили им убежищем. Вся эта суета нарушила покой запустения, прогоняя обитателей пустыря навстречу неизвестности.
Покинули свою каморку и Василий с Мишкой. Вынужденные переселенцы долго искали более или мене подходящее укрытие. Все лучшие места были заняты их же соплеменниками, которые оказались проворнее и сильнее. Друзьям, скитавшимся три дня, пришлось остановиться в старом заброшенном бревенчатом доме. Он почти уже развалился, но стены и часть крыши стойко сопротивлялись силе разрушения. Окон и пола почти не осталось, чем бессовестно пользовалась зима. Сквозь пустые оконные проемы сновали туда-сюда снежки, вдоль стен виднелись небольшие сугробы, ветер весело резвился по комнатам. Не тронутой оставалась только терраса - маленькая пристройка из досок, с щелями между ними, но целыми окнами и полуприкрытой дверью. Согреться здесь будет не просто. Однако, это лучше, чем жить на улице зимой в мороз. А вот с питанием обстояло дело совсем плохо. Сначала друзья вместе ходили на поиски пропитания, но постепенно Васька слабел. Тогда Мишка отправлялся один. Ему было так же голодно, но мысль о друге заставляла вставать и из последних сил пытаться спасти Ваську. Но успех сопутствовал ему все реже и реже.
Тогда Мишка пошел на отчаянный шаг. Он никогда не опускался до уровня попрошайки, не просил милостыню. И не стал бы так делать, если бы не Васька. Он стоял рядом с продуктовым магазином, надеясь, что кто-нибудь сжалиться и поделиться хоть крошкой еды. Первое время с ним охотно делились, а особо сердобольные впускали в тамбур погреться. Но потом хозяин магазина, обеспокоенный тем, чтобы такое соседство не отпугнуло покупателей, прогнал его. Сегодня Мишка вернулся ни с чем.
Василий лежал, свернувшись калачиком, уставившись в одну точку. При появлении Мишки он безучастно повел глазами в его сторону, и из щуплого тела лишь вырвался глубокий вздох. Мишка лег рядом. Он думал. Думал много и напряженно. Он понимал, что оставаться здесь нельзя. Это верная погибель. В городе не легче будет выжить. К тому же там и конкуренция в их среде сильно велика. Да и до города надо еще добраться. Тогда Мишка решил, что двигаться они будут в сторону деревни. Там точно будет легче. Если повезет, то и теплый дом себе найдут. Все - таки жизнь в деревне очень отличается от жизни городской. Городская жизнь омутом своих проблем и соблазнов затягивает в себя людей, делая их равнодушными и слепыми к чужому горю и несчастью.
Мишка встал и взглянул на своего младшего друга. Тот так же лежал, только глаза прикрыл. Совсем Васька слабый стал. Не дойдет ведь. Но и друга в беде не бросишь. Васька как будто почувствовал что-то. Открыл глаза и попытался встать. От голода сил почти не было. Но он понимал, что им необходимо уйти отсюда. Если повезет, то они сумеют спастись, а если нет… их итак здесь ожидала гибель от голода и холода.
Глава 6.
Они выбрались на трассу и побрели вдаль от города. Вечерело. Сложнее становилось различать дорогу. Да и зима как бы в насмешку закружилась метелью. Ветер носил миллиарды снежинок, поднимал и подбрасывал их в воздухе, кидал в мимо проходящие машины и наших путников. Идти становилось все сложнее. Первыми силы окончательно покинули Ваську. Он просто упал. Встать не получалось, хотя он и делал отчаянные попытки. Мишка, который тоже был уже порядком изможден, подхватил друга и понес дальше. Иногда останавливаясь, чтобы сделать передышку. Сначала это были редкие остановки, а потом все чаще и чаще. Наступил момент, когда силы покинули и его. Два друга прижались на обочине друг к другу и сдались на милость Судьбе. А метель всё веселилась и резвилась, заметая одиноких путников снежным покрывалом, а ветер, баюкая, пел свою заунывную песню…
Ваське с Мишкой и вправду на мгновение стало тепло. Они не видели уже и не слышали проезжающих мимо машин, не чувствовали голода и холода. Они закрыли глаза и провалились в небытие. Не вывел их из этого состояния и громкий мужской голос: «Ох, ты ж мать честная! Это как же вы так? А?». И только после того, как сильные и теплые руки начали их тормошить, оба открыли глаза. Они увидели две яркие фары на огромной кабине, мужчину, который что-то говорил и суетился рядом, пытаясь их затащить внутрь. Но они не понимали смысл происходящего. « Вот так, хорошо! Устраивайтесь поудобнее и грейтесь. Совсем продрогли». Им это казалось просто волшебным сном. В себя окончательно пришли только тогда, когда незнакомец поднес каждому по куску колбасы с хлебом. Колбаса… Этот манящий запах и божественный вкус! Как же давно они не ели нормальной пищи. Настоящей колбасы, а не объедков. Не веря своему счастью, друзья принялись аккуратно откусывать и с наслаждением жевать каждый кусочек.
- Ну вот! Другое дело!- сказал незнакомец, заводя двигатель и включая поворотник,- сейчас приедем к Лариске! Она вас и накормит, и отогреет, и полечит. Она у меня мировая баба!
Кто такая Лариска, кто этот мужчина оба не знали. Но в этот момент им было не так страшно. У них появилась надежда на спасение.
Так началась дружба Васьки, Мишки, Виктора и Ларисы. Лариса, действительно, оказалась очень доброй. Они жили в деревне недалеко от того места, где Виктор нашел замерзающих бездомышей. Детей у пары не было, поэтому Ваську и Мишку они полюбили всей душой.
******************************************************************************************
Васька быстро догнал Мишку. И уже утреннюю прогулку они продолжили вместе. Порезвились в снегу, пообщались с соседским котом, сделали замечание соседской собаке по поводу громкого лая в ночное время (за что были той же собакой и облаяны), заглянули в курятник, повеселившись тому переполоху, который устроили куры при их появлении. А затем отправились домой. Виктора и Ларисы не было во дворе. У крыльца стояла лопата. Супруги, управившись с утренним делами на дворе, отправились завтракать.
- Явились, проказники,- произнесла весело Лариса,- а снега сколько натащили!
- Давайте завтракать!- произнес Виктор, входя на кухню.
Лариса разложила всем манной каши, налила молока. После завтрака Василий отправился на диван. После утренней прогулки и сытного завтрака его разморило и потянуло в сон. Он лениво потянулся, прислушиваясь к сборам Виктора и Мишки в лес за елкой. И только, когда закрылась дверь в дом, и округу наполнил веселый лай Мишки, Васька свернулся клубочком, замурлыкал и начал погружаться в сон. Последней мыслью Васьки было: «Как же здОрово иметь дом и любящих хозяев».
Спасибо большое за интерес к рассказу.