Обзор польских медиа
🗞(+)Rzeczpospolita в интервью «Генерал контрразведки Ярослав Строжик: «В Польше растут пророссийские настроения» рассказывает, что в польской контрразедке и не думали, что увидят в Польше столь явные действия иностранных спецслужб, а столкнулись с историями как из учебника контрразведки, если говорить о методах наступательных действий, размещении своих источников или попытках получения информации. Уровень упоротости: повышенный 🟠
Rzeczpospolita: Как атака США и Израиля на Иран влияет на нашу безопасность?
Генерал Строжик: Это может породить определённые угрозы террористического характера, от которых, к счастью, Польша до сих пор практически была свободна. Безусловно, это дополнительный вопрос, которым должны «заняться» спецслужбы. Ведь 95% их повседневной работы сосредоточено именно на российском направлении.
RP: Существует ли риск, что Америка настолько вовлечётся в этот конфликт, что из-за этого выведет часть своих войск из Польши?
Строжик: Это, конечно, суверенное решение США. Ничто на это не указывает, однако в нашем стратегическом планировании мы никогда не должны исключать такой вопрос. Безусловно, эта война будет иметь последствия для поставок оборудования и вооружения, которые поступают из США и в ещё больших объёмах должны поставляться в Польшу в последующие годы.
RP: Вы не опасаетесь, что поставки ракет для системы «Патриот» задержатся?
Строжик: Когда мы смотрим на этот конфликт, на оборону стран Ближнего Востока, подвергшихся нападению со стороны Ирана, то способ использования их средств противоракетной обороны может вызывать у нас пессимизм. Очень дорогие ракеты иногда запускаются по обычным дронам. Такой большой расход этих ракет может иметь последствия для глобальной системы «Патриот», поскольку заводы RTX или Lockheed Martin не смогут резко увеличить свои производственные мощности.
RP: Как конфликт вокруг Ирана может повлиять на войну на Украине?
Строжик: Безусловно, он отвлекает внимание мира и Соединённых Штатов, нашего важнейшего союзника. Возможно, это также приблизит нас к «перемирийно-мирным» шагам в ближайшие месяцы, и американцы сосредоточатся на том, чтобы убедить Путина в какой-то степени утихомирить эту войну, ведь её полного завершения ещё много лет не стоит ожидать.
RP: Давайте посмотрим на ситуацию у нас дома. Месяц назад Военная контрразведка (SKW) задержала сотрудника Министерства обороны, который передавал информацию белорусам. Вы по-прежнему считаете, что это был успех?
Строжик: Определённо да. Главным образом из-за места его работы, многолетнего пребывания в Министерстве национальной обороны, не только в Департаменте стратегии и оборонного планирования, но и ранее на других важных должностях, связанных со стратегическим планированием и международной политикой. В общей сложности это было более 30 лет работы.
Всегда возникает вопрос, насколько задержание шпиона является успехом, а насколько — провалом контрразведки. Очень обширные и плодотворные материалы SKW позволили прокуратуре решить, что это был оптимальный момент, когда следовало положить конец его деятельности. Конечно, вину определит суд, но у меня нет никаких опасений относительно окончательного приговора по этому делу. Напомню, что возможное наказание составляет от 8 лет лишения свободы до пожизненного заключения.
RP: Известно ли, как долго этот человек сотрудничал с иностранной разведкой?
Строжик: Это является предметом расследования. Конкретный период был установлен SKW и задокументирован. Однако я полагаю, что этот период, как это часто бывает в таких разбирательствах, может затянуться.
RP: Если бы вам пришлось гадать, то сколько таких людей может быть в важнейших военных учреждениях?
Строжик: Сейчас их точно стало на одного меньше. Впрочем, этот вопрос вполне обоснован. В обществе растёт число пророссийских настроений. Это предмет нашей заботы, наблюдения и оперативно-разведывательных действий. Таких людей, особенно в растущей армии, численность которой уже превышает 200 тысяч человек, может становиться всё больше. Мы внимательно изучаем многие случаи.
Безусловно, в плане классической контрразведывательной работы нам ещё многое предстоит сделать. Мы не думали, что ещё увидим столь явные действия иностранных спецслужб в Польше, а тут у нас истории, как из учебника по контрразведке, если говорить о методах активных действий, размещении своих источников или попытках получения информации. Я прошёл курс контрразведки ровно 30 лет назад, и удивительно, что мы вернулись к основам.
RP: Что это означает на практике?
Строжик: Мы думали, что в сфере спецслужб ключевое значение имеет технологический прогресс, например SIGINT, то есть радиоэлектронная разведка, или искусственный интеллект, но в итоге оказывается, что по-прежнему ценится классический HUMINT (личная разведка – прим. ред.). По моему мнению, без человеческих источников было бы трудно получить точную информацию о намерениях России.
Деятельность иностранных спецслужб в Польше может носить базовый характер, заключающийся в сборе информации в различных средах о текущей ситуации и атмосфере, моральном духе (например, в армии), то есть о том, насколько устойчиво наше общество и что является предметом публичной дискуссии. Мы возвращаемся к тому, что позиция и бдительность граждан чрезвычайно важны.
Образцом бдительности и поимки шпионов было британское общество, которое во время Второй мировой войны вылавливало сбрасываемых с парашютами немцев. Это было проще, потому что часто это происходило в закрытых средах. Однако сегодня у нас уже нет однородного общества, а это облегчает деятельность иностранных спецслужб.
Подчеркну, что эти действия касаются не только Варшавы, поэтому в течение двух лет ведётся интенсивное расширение гражданской и военной контрразведки по всей Польше. SKW обеспечивает контрразведывательную защиту Вооружённых сил Республики Польша, а значит, присутствует везде, где находится наша армия, в том числе и в небольших населённых пунктах.
RP: В последние годы мы приняли беженцев из Украины, но также прибыло много белорусов. Как это влияет на угрозу? И как вы в настоящее время оцениваете риск гибридных атак, таких как, например, взрывы на железнодорожных путях или поджоги?
Строжик: Среди тех, кто совершает эти акты диверсии против критически важной инфраструктуры Польши, чуть менее 50% составляют граждане Украины, несколько десятков процентов — белорусы, но более 20% — поляки. Напомню, что российские спецслужбы вербовали в среде болельщиков одной из варшавских команд, что закончилось избиением в Вильнюсе и нескольких других местах [ммм… В среде фанатов варшавской «Легии» проросиийские настроения? Интересненько!.. 😀 — прим. «Мекленбургского Петербуржца»].
Риск не выше, чем год назад, потому что в этой сфере значительно улучшили свою деятельность спецслужбы и другие специализированные формирования. Проблема заключается в том, что действия спецслужб в диверсионном направлении отвлекают наше внимание от строго контрразведывательных, антишпионских действий. Они приводят к распылению ресурсов, что, возможно, в какой-то степени является целью российских спецслужб, и затрудняют выполнение того, что должно быть нашей главной задачей, а именно контрразведку.
RP: Я так понимаю, что вы согласны с заместителем главы Управления национальной безопасности генералом Анджеем Ковальским, который в интервью порталу zero.pl заявил, что на самом деле контрразведывательная деятельность не является приоритетной задачей и что ведомство перегружено.
Строжик: За восемь лет, в течение которых генерал Ковальский стоял у руля спецслужб, штат Управления национальной безопасности сократился более чем на 500 человек. Тогда были ликвидированы представительства и полевые отделения. Сегодня видно, какой это была ошибкой, когда многие диверсионные акты, например на железнодорожных путях, происходят в небольших населённых пунктах. Восстановление подобного потенциала может занять не менее 5 лет. Столько времени у нас уйдёт на возвращение к тому состоянию, с которого мы должны были бы стартовать. Поэтому я полностью согласен с генералом в том, что ослабление спецслужб в тот период, особенно Управления национальной безопасности, что, конечно, я также доказывал как председатель комиссии по расследованию российского влияния, было трагическим.
RP: Похоже, однако, что генерал Ковальский критиковал нынешнюю власть, а не своих предшественников. Генерал также заявил, что, по его мнению, контрразведка должна «быть более активной», то есть, например, вербовать российские источники в третьих странах, как это делают, например, США.
Строжик: Следует спросить генерала Ковальского, почему он этого не делал, когда исполнял обязанности начальника Службы военной контрразведки. Но я скажу больше: некоторые кадровые решения и повышения, принятые в 2016–2023 годах, по моему мнению, носили прямо-таки признаки саботажа. Кадровый саботаж чрезвычайно трудно доказать в суде, поэтому я не называю никаких имён. На третьем году своего руководства SKW я смотрю на это более критично, чем ещё два года назад, потому что знаю, как трудно воспитать преемников. Мы стараемся это восстановить, но на это нужно время.
Аналогичную миссию в течение двух лет выполняет Агентство внутренней безопасности под руководством моего друга, полковника Сирыско [наплодили спецслужб. Двое руководителей приятельствуют и откровенное ненавидят и копают под третьего. Нормальная здоровая межведомственная грызня — прим. «М.П.»]. Однако у нас ситуация немного проще. С согласия вице-премьера, министра национальной обороны, мы развиваемся соразмерно растущему потенциалу Вооружённых сил Республики Польша. SKW уже располагает 27 территориальными подразделениями, разбросанными по всей Польше, от Свиноустья до Пшемышля, от Гижицка до Ополе, Жешува, Щецина и всех мест, где развивается армия.
Гражданские службы находятся в гораздо худшем финансовом положении, чем военные.
SKW и Военная разведка финансируются в рамках части 29 государственного бюджета, называемой «Национальная оборона». Как известно, этот финансовый ресурс сегодня достаточно велик, чтобы покрыть также рациональные и обоснованные потребности военных спецслужб, включая расходы, не запланированные ранее в бюджете данного года. В то же время Агентство внутренней безопасности и Агентство безопасности [твою мать, я уже четыре спецслужбы насчитал! — прим. «М.П.»] финансируются в рамках отдельных частей бюджета, и изменения в их финансовых планах требуют в каждом случае внесения поправок в бюджетный закон. Я смотрю на это с сожалением, потому что знаю, что им нужно больше финансовых средств, но в этом году ситуация улучшилась, и я надеюсь, что в следующем году будет ещё лучше.
По моему личному мнению, в ситуации растущей угрозы государственной безопасности хорошим решением было бы, если бы бюджеты Агентства внутренней безопасности и Агентства безопасности также финансировались из оборонного бюджета.
RP: Вы упомянули о руководстве комиссией по вопросам российского влияния. Вы не испытываете разочарования? О ней много говорили, в ней работало несколько человек, состоялось две пресс-конференции, а потом наступила тишина. Я также помню, что вы критиковали, среди прочего, бывшего министра обороны Антония Мацеревича за программу «Карконоше», то есть за закупку летающих заправщиков, а точнее, за её отсутствие. Это правительство тоже не купило эти самолеты. У вас нет ощущения, что это было просто медийное шоу, из которого ничего не вышло?
Строжик: Эти несколько человек – в основном учёные – не заменят государственный аппарат, но могут предложить, как оптимизировать определённые процессы. Я считаю, что эта комиссия, которая работала де-факто 13–14 месяцев, выполнила свою работу хорошо. Отчёт является секретным, возможно, он станет предметом работы комиссии по делам спецслужб в Сейме. Могу только сказать, что те, кто прочитал этот документ, ценят его аполитичность и точные рекомендации.
В свою очередь, иранская атака подтвердила, насколько важны воздушные танкеры для любой военной операции в любой точке мира. Без танкеров мы не в состоянии проводить определённые воздушные операции. Благодаря программе «Карконоше» мы могли бы располагать ими уже давно, однако в вопросе приобретения этих возможностей происходит много хорошего, хотя это процессы, требующие времени.
Более двух лет правительство премьер-министра Туска не закупало эти самолёты.
Насколько я знаю, мы гораздо ближе к цели, чем дальше от неё.
RP: В заключение я хотел бы спросить, как вы оцениваете встречу у президента, на которой в январе присутствовали руководители спецслужб.
Строжик: Очень хорошо. Это была встреча, в значительной степени посвящённая существу вопросов. Хорошо, что президент интересуется темами, связанными со спецслужбами. Было очень необходимо прояснить некоторые медийные недоразумения, которых особенно вокруг SKW накапливается очень много, а они на 99% не соответствуют действительности.
В свою очередь, результатом встречи должно было стать присвоение сотрудникам SKW офицерских званий. Надеюсь, что это произойдёт очень скоро. Иногда согласования по генералам длятся две-три недели, а здесь, в случае с подпоручиками, — много месяцев. Надеюсь, что вскоре мы дождёмся завершения этого процесса. Эти люди этого заслуживают.
RP: Как вы в этом контексте оцениваете деятельность в СМИ главы Управления национальной безопасности Славомира Ценкевича [это уже пятая польская спецслужба? 😳 — прим. «М.П»]?
Строжик: Большое удивление вызывают определённые эмоции и некоторые посты, публикуемые главой УНБ, включая постоянное упоминание моих имени и фамилии, а также имени и фамилии моего заместителя. Я абсолютно этого не понимаю. Как человек, который когда-то активно участвовал в публичном дискурсе, я считаю, что день вступления в столь важную для безопасности государства должность должен сопровождаться определённой сдержанностью. Я восхищаюсь тем, что у господина Ценкевича есть время на активность в социальных сетях, но некоторые вещи на такой должности просто неприличны.
О ПЕРСОНЕ:
Ярослав Строжик — бригадный генерал, начальник Службы военной контрразведки, председатель Комиссии по расследованию влияния России и Беларуси в Польше.
Беседовал: Мачей Милош. Перевёл: «Мекленбургский Петербуржец».
@Mecklenburger_Petersburger
P. S. от «Мекленбургского Петербуржца»: это ж насколько нужно было довести поляков, чтобы в Польше появились устойчивые пропроссийские настроения после усиленной антироссийской пропаганды последних 35 лет! 😀
Ну и вставила конечно грызня между руководителями ведомств. Последний раз я подобное видел в РЖД 12 лет назад. Причем занималось подобным в основном бабьё.
🎚Об упорометре канала «Мекленбургский Петербуржец» 🟤🔴🟠🟡🟢🔵