Одна женщина спросила меня, почему она никак не может забыть того, кто и другом-то, как оказалось, для нее не был…
Если вам больше года и вы самостоятельно читаете этот текст, то вы уже думаете об одних больше, чем о других… Еще в колыбели наша душа обводит людей невидимым мелом: этот — мой, этот — чужой, а этот... просто туман. И с тех пор к одним людям мы причаливаем всем сердцем, другие остаются для нас лишь точками на карте, а третьих мы и вовсе обходим по большой дуге.
Вся эта система предпочтений зовется красивыми словами: «привязанность», «дружба», «соперничество» или «любовь». И она не только про желание обняться, быть рядом или держаться подальше, но и про целый склад мыслей, убеждений и сценариев в голове: «А что он подумает?», «А вдруг она меня бросит?», «А как бы они поступили на моем месте…?». Вместе эмоции и мысли создают в нашей голове целую «внутреннюю карту отношений» с пометками «здесь драконы», «здесь рай» , «здесь стоп-линия»…а «здесь конец» .
А еще на этой карте есть пунктирные линии. Это те люди, которые идут по касательной. Например, коллега, с которым вы обсуждаете прогноз погоды с таким трагизмом, будто делитесь тайной рода. Или продавщица в рыбном отделе, которая знает, что вам кусочек рыбки надо «пожирнее»…Они не становятся «своими» или «чужими» в полной мере, но без них наша внутренняя «карта отношений» была бы пустой. А из пустоты никто не спросит: «Как дела?» и не пожелает тебе «Хорошего дня».
В психоаналитическом смысле мы инвестируем в тех, кого считаем «своими», в тех, кто «пунктирные линии», и даже в «чужих», если хотим, чтобы эти «чужие» чужими по какой-то причине и оставались. Что инвестируем? Свою жизненную энергию (либидо). Когда мы думаем о человеке, часть нашего «Я» будто «перемещается» в того, о ком мы думаем, «инвестируется», как мы говорим в психоанализе. В том количестве, в котором мы об этом человеке думаем. И чем дольше длятся «отношения», тем больше наших внутренних территорий «колонизировано» присутствием тех, о ком мы думаем. А если этот человек вдруг уходит из нашей жизни, он забирает с собой тот кусок нашего внутреннего ландшафта, на который мы его поместили. Его исчезновение даже не ранит — оно меняет физику того, как мы видим мир: привычные маршруты мыслей упираются в пустоту, которая громко дышит, а на «карте отношений» появляется воронка, которая долго потом затягивается туманом забвения или зарастает дикой болью. Мир остается прежним, но наша «карта отношений» устаревает. В какой-то момент мы даже перестаем понимать, где ее «верх», а где «низ», где «мы», а где «не-мы»…И тогда вопрос «Как же я без тебя?» звучит не пафосно, а буквально: как мне теперь собирать себя по кускам, если самые крупные фрагменты «ушли» вместе с Другим?»
Со временем мы научаемся жить с этим новым рельефом. Жизненная энергия (либидо) возвращается к нам обратно из «дезинвестированных объектов». Приходит понимание того, что люди уходят не только чтобы забрать часть нас, но и чтобы освободить место для нового света. И когда бывшие «драконы» становятся просто холмами, а бывший «рай» — теплым воспоминанием, мы вдруг начинаем замечать тех, кто всегда был на периферии, на этих самых пунктирных линиях. Продавщица вдруг спросит не про рыбу, а: «Что-то вы сегодня невеселая?»…Сосед, мимо которого вы молчали год, вдруг предложит помочь донести пакет... И именно пунктир, легкое прикосновение «чужого» или «почти своего» возвращает нас к жизни, штрих за штрихом закрашивая новую «карту отношений», которая перестраивается…
Ольга Караванова
Психолог, влюбленный в психоанализ