Они ненавидели друг друга. Последняя жена режиссера Галина Юркова называла писательницу Викторию Токареву «старой, страшной и толстой женщиной, рассказывающей об интимной близости со знаменитым режиссером». Токарева в ответ клеймила Юркову «вертихвосткой, которая всю жизнь клеилась к знаменитостям и наконец заполучила великого режиссера».
И только Любовь Соколова — женщина, прожившая с Данелией 25 лет и родившая ему сына, — никогда не сказала о нем плохого слова. Ни о его изменах, ни о том, как он выгнал её из дома после того, как она готовила ему овсянку и заботилась о нем четверть века.
Три женщины. Три судьбы. И один гениальный режиссер, который «часто увлекался», пил до остекленения, пережил клиническую смерть и едва не застрелился после гибели единственного сына.
Первая любовь: Ирина, Полярная звезда и слишком яркие губы
Георгий Данелия встретил свою первую жену в подъезде дома приятеля. Увидел — и пропал. Ирина Гинзбург была дочерью первого наркома строительства Советского Союза Семена Гинзбурга. Красивая, серьезная, из хорошей семьи. Она ответила взаимностью.
Георгий тогда учился в архитектурном, Ирина — на юридическом. Казалось, всё складывается как надо. Но отцу Ирины зять не нравился. Особенно когда Данелия после института поступил на Высшие режиссерские курсы. Кинематограф в семье Гинзбург считали занятием легкомысленным. Мать Георгия, Мери Анджапаридзе, тоже не была в восторге: считала, что сын рано женился.
В 1949 году у пары родилась дочь Светлана. А через четыре года брак распался.
Сам Данелия позже отшучивался: мол, развелись из-за того, что жена слишком ярко красила губы. Но в книге «Тостуемый пьет до дна» рассказал историю, которую считал символичной.
Перед его отъездом на военные сборы они договорились каждый вечер с 11 до 12 смотреть на Полярную звезду — чтобы чувствовать связь. Когда Георгий вернулся, они решили посмотреть на звезду вместе.
— А ты куда смотришь? — спросил он Ирину.
— Как куда? Вон на ту Полярную звезду красного цвета, — ответила жена, показывая на Марс.
Они смотрели в разные стороны. И по жизни, как выяснилось, тоже.
Любовь Соколова: «Он часто увлекался, я плакала, но считала: судьба»
На съемках «Хождения по мукам» Данелия обратил внимание на актрису Любовь Соколову. Она была старше на девять лет, за плечами — война, потеря мужа, работа слесарем на заводе.
С первым мужем Георгием Арановским Любовь прожила всего год. Началась война, его не взяли в армию из-за плохого зрения, они остались в Ленинграде. Работали у станков, делали детали для самолетов. Арановский умер от голода. Соколова похоронила его и поклялась, что больше никогда не выйдет замуж.
Но появился Данелия. Молодой, красивый, остроумный. Играл на гитаре, пел, рисовал. Ухаживал долго, настойчиво. А когда одна женщина на съемках сказала: «Любочка, это же такая семья!» — она сдалась.
— Но влюбилась я не сразу, — вспоминала Соколова. — Он долго ухаживал, целовал, угощал, приглашал. А потом я сдалась. В 1959-м родила Коленьку.
Правда, Данелия соврал ей про возраст — сказал, что они ровесники. На самом деле разница была 9 лет.
А вот версия третьей жены Данелии, Галины Юрковой, звучит иначе. По её словам, всё было не так романтично:
— Так получилось: дитя случайной связи. Он умолял её, что не нужно ребенка, что не хочет. А она сказала: «Ты тут причем? Я хочу себе ребенка». Когда мальчик родился, мама Георгия Николаевича поехала в роддом — наследник в грузинской семье! — и забрала Любовь Соколову с ребенком домой. Поселила их в соседней комнате. Так они и прожили в параллели всю жизнь.
Для Соколовой это был поздний ребенок — 38 лет. Она считала его подарком небес. И делала всё, чтобы семья была счастлива. Грузинские родственницы нахвалиться не могли: дом в идеальной чистоте, еда — пальчики оближешь, грузинскую кухню освоила в совершенстве.
Брак они не регистрировали. Мать Данелии уговаривала: «Распишись, Георгий». А он отмахивался: «Вот мы с Ирой пять лет были женаты и разошлись. Больше не хочу».
Соколова не настаивала. Прописана была в своей квартире, ничего не просила. От больших ролей в кино отказывалась — боялась дом оставить.
— Он часто увлекался, я плакала, но считала: значит, судьба, — признавалась актриса. — А потом перестала обращать внимание. Как только узнала, что он то с одной романится, то с другой, уже и не подпускала к себе. Спали в разных комнатах. А я его очень любила.
Виктория Токарева: 15 лет «Осеннего марафона»
О романе Данелии с писательницей Викторией Токаревой судачила вся Москва. Первая встреча случилась в Доме актера. Токарева вспоминала:
— Данелия был пьян до остекленения. Под столом он прижал ногу к моей ноге, и я удивленно посмотрела на него: друг другу одного слова не сказали, а он уже ноги двигает!
Токарева тогда была уже известной молодой писательницей. Ее печатали в «Молодой гвардии», а на «Мосфильме» решили экранизировать повесть «День без вранья». Данелия стал худруком картины, и они начали работать над сценарием.
— Данелия такой ярко талантливый был, что мы садились работать — и мне казалось, будто тучи раздвигаются, выходит солнце и всё заливает радостным светом. Заканчивали — солнце пряталось, всё становилось серым, — вспоминала Токарева.
Вспыхнул роман. Токарева была замужем, воспитывала дочь. Но это ее не остановило. Данелия не стеснялся приводить любовницу в дом, где ее воспринимали как коллегу.
— Мать Данелии сказала: работать с Викой — это хорошо, — рассказывала Токарева. — Когда я приходила — был праздник. Мне запекали индейку. Люба Соколова спрашивала: «Ты какое мясо больше любишь — белое или черное?» Черное — это ноги, белое — грудь. Я скромно говорила: «Мне черное, пожалуйста». А оказалось, что ноги — деликатес.
Их роман продлился 15 лет. Именно тогда родились сценарии к «Мимино» и «Джентльменам удачи». Фильм «Осенний марафон» Данелия называл исповедью об их отношениях.
— В моей жизни было два потрясения. Первое — я сам, и я создал фильм «Не горюй». Второе потрясение — ты, и я создал «Осенний марафон», — говорил он Токаревой.
Но семью не бросал. Мать не хотела, чтобы сын рос без отца. Да и сам Данелия, видимо, не мог решиться. Бывало, напьется и придет к соседям Токаревой: «Позовите Вику! Я готов взять ответственность за тебя и дочь, давай жить вместе». А утром протрезвеет — и всё по новой.
Галина Юркова: «Терпеть не могу грузин»
А в итоге Данелию увела Галина Юркова — актриса и режиссер. Она сразу заявила: «Терпеть не могу грузин». Видимо, дерзостью и зацепила.
Познакомились они, когда Данелия тяжело заболел. Перенес клиническую смерть, весил 42 килограмма при высоком росте. Юркова пожалела его и решила помочь. У неё была подруга — знаменитая Джуна, которая обещала вылечить режиссера.
Каждый вечер они ходили к Джуне на сеансы. Джуна, правда, не исцелила, но зато поженила их.
— Однажды он пришел и говорит: «Вот моя бритва, зарплата и кольцо мамы», — рассказывала Юркова. — Мы куда-то торопились, уже ехали в лифте, и тут он говорит: «Слушай, забыл сказать — выходи за меня».
В это время Токарева еще надеялась. Мать Данелии перед смертью благословила сына на брак с Викторией. Но Георгий ответил: «Нет, мама, Вику я уже передержал».
Когда до Токаревой дошла весть о женитьбе, она чуть не выбросилась с балкона. Остановило только то, что пятый этаж — можно выжить и остаться инвалидом. Свои чувства она описала в автобиографической повести «Дерево на крыше»:
— Он вычерпал ее, разграбил, заставил страдать. Но эти страдания оказались конвертируемы, как золото. Она переплавила страдания в творчество. Стала знаменита и независима.
А Соколовой Данелия объявил о разрыве буднично. После больницы и лечения у Джуны стал поздно возвращаться. Она не реагировала, ложилась спать. А однажды он пришел и сказал: «Любочка, прости, я влюбился».
Она подумала: «Лекарства что ли напился?» Утром спросила: «Тебе кашку сварить?» — «Не надо». — «Кофе?» — «Давай. Значит, так: я влюбился и женюсь».
— Женись, тебе никто не запрещает, — ответила Соколова.
— Коля идет туда (ко мне в квартиру), а ты куда? — строго спросил Данелия.
Она собрала вещи, поймала машину и за три раза перевезла свое барахло. На прощание поцеловала Гиечку. И никогда не сказала о нем плохого слова.
Трагедия, перечеркнувшая всё
Через год после разрыва погиб их сын Николай. Ему было 26 лет. Выпивал с другом дома, попалось паленое пойло — оба умерли.
Для Данелии это был удар, от которого он уже не оправился. Если верить Токаревой, он пытался застрелиться, но пистолет дал осечку. Начал пить по-черному. Ходили слухи, что Николай принимал запрещенные вещества. Но Юркова это категорически отрицала:
— Коля не был наркоманом, как об этом твердит на каждом углу Виктория Токарева! Георгий Николаевич просил её не говорить плохо о сыне, но клевета продолжается.
Сам Данелия винил себя. Говорили, что он так и не смог простить себе, что не уберег сына.
Юркова, которая к тому моменту стала его женой, взяла ситуацию в руки. Узнала про кодировку у психиатра Александра Довженко, приехала в Москву и поставила ультиматум:
— Если не закодируешься, я уйду.
Данелия согласился. Вместе с ним закодировался и оператор Вадим Юсов. Потом рассказывали, что один режиссер нарушил кодировку, выпил в поезде и сразу умер. Данелия держался.
Наследники и память
У Николая остались две дочки от разных браков — Рита и Алена. Соколова признавала только Риту, оставила ей квартиру и дачу. Сейчас Рита — хозяйка семейного бизнеса по производству тортов «Венский цех», миллионерша.
А Алена, по словам Юрковой, была никому не нужна. Галина заставила Данелию общаться с внучкой. Соколова же отказалась признавать Алену, хотя та, говорят, очень на неё похожа.
Сын Галины от первого брака, Кирилл, получил фамилию Данелии. Георгий сам предложил. Общих детей они уже не заводили.
Кто остался в финале
Виктория Токарева переплавила боль в книги и стала знаменитой писательницей. Продолжает давать интервью, где вспоминает Данелию с нежностью и обидой одновременно. Юркова её за это презирает:
— Когда старая, страшная и толстая женщина рассказывает об интимной близости со знаменитым режиссером, невольно думаешь: неужели у Данелии был такой плохой вкус, что он столько лет с ней спал? Хотя как литератор она мне нравится. Нормальная женская писательница. А в молодости была хорошенькой, шустрой и невероятно прилипчивой. Вот роман и затянулся.
Любовь Соколова до конца дней вспоминала Данелию с теплотой. Даже сочинила романс: «Полюбила его навсегда, навсегда я его полюбила, и добра я была и верна, это было давно, давно это было». Позвонила и спела ему по телефону. Он молчал. А она повесила трубку и вытерла слезы.
Галина Юркова прожила с Данелией до его смерти в 2019 году. Он ушел в 88 лет. Она ни разу не пожалела о своем выборе.
— Супруг не был романтиком. Мне на день рождения нарисует цветочек и со словом «Поздравляю» преподнесет. На этом всё. Мы и свадьбу не отмечали. Просто расписались, посидели дома с его дочкой, моими сыном и сестрой. Но о том, что выбрала Данелию, я ни разу не пожалела.
P.S.
У каждой из этих женщин — своя правда. Токарева дала ему 15 лет творческого вдохновения. Соколова — 25 лет заботы и сына. Юркова — последние 30 лет жизни и спасение от пьянства.
А он, гениальный режиссер, просто любил их всех. По-своему. И снимал кино, которое мы помним до сих пор.
«Осенний марафон» — это не просто фильм. Это его жизнь. Где бег по кругу, где нельзя остановиться и выбрать кого-то одного. Потому что каждый по-своему прав. И каждый по-своему любим.