Все думают, что в секс-шопах работают либо тётки, которым уже всё до лампочки, либо те, кому самим это интересно. А мы обычные. С ипотеками, с детьми, с мужьями, которые храпят по ночам, и с кучей своих заморочек. Просто так сложилось.
Я попала туда случайно. Сидела на бирже труда, а тут магазин в соседнем доме открылся, продавцы нужны. Зарплата нормальная, график удобный. А что продаём - какая разница? Ну, думаю, джинсы, не джинсы, везде люди.
Глупая была.
Первый шок
Первый месяц я вообще не знала, куда глаза девать. Помню, заходит мужик, серьёзный такой, в костюме, и начинает мямлить, глядя в пол: «Мне для жены... ну, разнообразия хочется...» И ты должна с каменным лицом раскладывать перед ним эти розовые, синие, светящиеся штуки, объяснять про материалы, про жёсткость. А сама горишь вся, хочется сквозь землю провалиться, только б не видеть его красные уши и свои трясущиеся руки.
Но привыкаешь ко всему. К третьему месяцу я уже могла отличить силикон от ПВХ на ощупь с закрытыми глазами и спокойно обсуждать с мужиками, какой вибратор лучше для анальной стимуляции. Жизнь такая.
Бабушки, дедушки и прочие сталкеры
Самое смешное - это пенсионеры. Они заходят чаще, чем молодёжь, и ведут себя по-разному.
Была у нас одна бабулька, лет семидесяти, чистенькая такая. Приходила раз в месяц, покупала самые дешёвые китайские вибраторы. Они дохли через неделю, она несла их обратно. Мы по гарантии меняли. Я ей говорила: «Марь Иванна, возьмите лучше, подороже, эти ж одноразовые». А она вздыхала: «Дочка, пенсия у меня маленькая, на дорогие не хватает. А так - хоть какая-то радость». И я меняла, куда деваться. Потом она перестала приходить. Я думаю, либо умерла, либо купила наконец нормальный. Но чаще думаю первое.
Ещё один дед был. Пришёл, долго ходил между стеллажами, потом подзывает и говорит строго: «Мне нужен аппарат, чтоб было как у молодых. Жена стесняется, но я вижу, что хочет». Я ему показываю, объясняю. А он кивает, берёт, потом смотрит на ценник и говорит: «А подешевле нет? А то у нас пенсия...» Я аж засмеялась. Он обиделся сначала, а потом сам заулыбался: «Да уж, дочка, любовь любовью, а пенсию никто не добавляет».
Слёзы в подсобке
Но смешное - это верхушка. Основное - слёзы.
Как-то вечером, уже перед закрытием, зашёл парень. Молодой, красивый, но взгляд пустой. Попросил смазку и простенький массажёр. Я пробила, отдала, а он стоит и не уходит. Потом говорит: «У меня рассеянный склероз. Врачи сказали, скоро вообще ничего не буду чувствовать. А я жениться хотел, детей...» И заплакал. Прямо здесь, у кассы. Я растерялась. Пять лет работаю, а каждый раз как первый. Обняла его, дурака, стоим, он ревёт, я глажу по голове, а в витрине эти розовые члены на нас светятся. Сюр какой-то.
Он ушёл потом. Игрушку забыл на кассе. Я догнала, отдала. Он кивнул и пошёл. И я думала потом всю ночь: а правильно сделала, что отдала? Может, лучше б не напоминала?
Мужик, который боялся изменить жене
Был ещё один. Интеллигентный, в очках, руки трясутся. Ходил-ходил, потом подошёл и говорит тихо так: «Жена два года как умерла. А я один не могу. И кажется мне, если я куплю эту вот штуку, я её предам. Понимаете?»
Я тогда не выдержала. Говорю: «Слушайте, а она б хотела, чтоб вы мучились? Она ж наверняка нормальная была, хотела, чтоб вы счастливы были». Он посмотрел на меня, улыбнулся грустно и говорит: «Вы знаете, а она действительно была нормальная». Купил что-то небольшое и ушёл. Я надеюсь, ему легче стало. Хоть чуть-чуть.
Про мужа и тест-драйвы
Мой собственный муж поначалу нос воротил. Говорил: «Фу, ты там с этими членам работаешь, как ты можешь?» А потом привык. Даже иногда просит: «Принеси с работы что-нибудь новенькое на пробу». Я приношу списанное с витрины (мы же не можем продать то, что трогали, гигиена), и мы смеёмся. Потому что без юмора здесь с ума сойдёшь.
Один раз он попросил самый большой, чёрный. Я принесла. Он посмотрел, потом на себя, потом опять на него и говорит: «Ладно, я передумал. Комплексы мне ни к чему». Я ржала полночи.
А запах...
Знаете, чем пахнет секс-шоп? Не сексом, нет. Он пахнет пылью от картонных коробок, клубничной смазкой (она самая ходовая) и типографской краской от упаковок. И ещё - одиночеством. Вот реально, когда вечером заходят эти люди, которые никому не нужны, и стоят, перебирают коробки, чтобы просто побыть среди людей - это чувствуется носом. Как запах мокрой собаки. Неприятно, но ничего не сделаешь.
Честно про деньги
И ещё я поняла одну вещь. Все эти разговоры, что секс - это бесплатно, - фигня. Секс - это дорого. Хорошие игрушки стоят как крыло самолёта. И очень часто видишь, как человек стоит, смотрит на ценник, перебирает в кошельке мелочь и кладёт обратно. И уходит ни с чем. И ты понимаешь: пойдёт домой, и опять ничего не будет, опять тишина и телевизор, потому что на чудо денег нет.
Я уже не краснею. Я научилась улыбаться и спокойно объяснять, чем одно отличается от другого. Но до сих пор, когда закрываю магазин на ночь и выключаю эту дурацкую неоновую вывеску, я смотрю на витрину и вижу просто кучу пластика. Обычного, мёртвого пластика. Всю жизнь в него вдыхаем только мы сами.
Вечерние гости
Поздно вечером приходят совсем другие люди. Не за покупками, а за разговором.
Была женщина, лет сорока. Купила свечи массажные и расплакалась. Говорит: «Муж ушёл к молодой, я думала, хоть свечи зажгу, может, полегчает». Я ей говорю: «Зажгите, конечно. Или лучше выпейте». Засмеялась сквозь слёзы.
Был парень, купил наручники с мехом. Я спросила, подарить? А он: «Нет, себе. Буду себя наказывать, чтоб меньше жрать на ночь». Я не поняла, шутит он или серьёзно. До сих пор не знаю.
Ещё был дед, который пришёл за смазкой и сказал: «У меня внук родился, я теперь дед, а всё равно хочется. Нормально?» Я сказала, нормально. Он обрадовался и ушёл.
Самое трудное
Самое трудное - не объяснять, чем вибратор отличается от фаллоимитатора. Самое трудное - смотреть в глаза и не лезть в душу, когда видишь, что человеку плохо. Потому что работа такая. Улыбнуться, пробить чек, упаковать. А хочется иногда просто обнять и сказать: «Всё будет хорошо». Но нельзя. Во-первых, не факт, что будет. А во-вторых, кто я такая, чтоб обещать?
Финал
Иду домой после смены. В сумке - картошка, лук, кусок мяса на завтра. В голове - лица. Бабка с авоськой, парень со склерозом, дед с внуком. Дома муж храпит. Я ложусь и думаю: вот она, жизнь. Между ужином и витриной с розовыми коробками.
А утром встаю и снова иду открывать магазин. Потому что работать где-то надо. И потому что где-то там, в этих коробках, люди ищут то, чего им не хватает. И если я могу помочь им найти - пусть даже просто рассказав, какой режим вибрации лучше, - значит, не зря всё это.
Если эта история отозвалась - напишите в комментариях, приходилось ли вам сталкиваться с чем-то подобным. Может, вы сами работали в необычном месте или покупали что-то смешное. Подписывайтесь на канал, буду ещё рассказывать. Тут много всего.