— Сюрприз! Я тут у вас немного освежила интерьер, а то жили как в скучной больнице!
Эти наглые слова ударили меня по ушам, едва я заглушила двигатель своей «Тойоты РАВ4».
Мы с мужем только что вернулись из долгожданного двухнедельного отпуска.
Я сидела за рулем, до боли сжимая кожаную оплетку от шока.
Мой муж Игорь вальяжно развалился на пассажирском сиденье.
Он громко и мерзко чавкал зеленым яблоком, безотрывно листая ленту в своем смартфоне.
Его совершенно не смущало то, что происходило снаружи.
А прямо на крыльце моего загородного дома стояла его младшая сестра Света.
Она нагло ухмылялась, громко лопая пузыри из жвачки.
В ее руках была зажата грязная малярная кисть, с которой на мою чистую тротуарную плитку капала какая-то жижа.
Я молча вышла из машины. Открыла входную дверь.
В нос мгновенно ударил удушливый, токсичный запах дешевой акриловой краски и едкого растворителя.
В моей идеальной, вылизанной до блеска прихожей царил настоящий погром.
Дорогие итальянские обои, которые я заказывала из Милана, были варварски содраны.
Их ошметки кучами валялись прямо на полу.
А сами стены были небрежно, кусками замазаны ядовито-розовой краской.
По моему натуральному дубовому паркету тянулась цепочка грязных следов.
Света даже не удосужилась снять свои грязные уличные кроссовки, размазывая осеннюю слякоть вперемешку с розовыми кляксами.
— Кто дал право твоей сестре переделывать наш дом, пока мы в отпуске?! — я повернулась к Игорю, чувствуя, как внутри сжимается ледяная пружина.
Игорь лениво огрызком яблока указал на розовую стену.
— Ой, ну чего ты заводишься на пустом месте? — он раздраженно цокнул языком, даже не оторвавшись от телефона.
— Светка старалась, хотела сделать нам приятное! Мы же семья! Ты должна ценить такую заботу!
— Заботу?! — я обвела рукой изуродованный коридор. — Она уничтожила мой ремонт!
Света нагло протиснулась мимо меня в дом.
Она демонстративно застучала своими длинными акриловыми ногтями по экрану смартфона.
— Вообще-то я свои личные три тысячи на краску потратила! — взвизгнула золовка.
— Скажи спасибо! А то у тебя вкуса ноль. Мой брат имеет право жить в уюте, а не в твоем белом склепе!
Я не стала кричать. Я не стала рвать на себе волосы или бить посуду.
Истерика — это удел слабых женщин, которым некуда деваться от безысходности.
Я развернулась, вышла обратно к машине и достала из бардачка свою плотную синюю папку с документами.
Я вернулась в изуродованный дом.
Раскрыла папку и положила ее прямо на подоконник, подальше от липкой розовой краски.
— Давай поговорим о твоем безупречном вкусе, Света, — мой голос зазвучал ровно и холодно, как лезвие скальпеля.
Я достала из папки первый чек с синей печатью.
— Итальянские обои ручной работы. Восемьдесят пять тысяч рублей.
Я ткнула пальцем в цифры, глядя прямо в наглые глаза золовки.
— Я работала без выходных, выискивала по акциям сыр за 400 рублей, чтобы купить именно их!
— Восстановление испорченного дубового паркета от едкой краски и грязи с твоих кроссовок — еще шестьдесят тысяч.
— Итого: сто сорок пять тысяч рублей чистого ущерба.
Жвачка замерла во рту Светы. Она стремительно побледнела.
Игорь наконец-то отбросил свой телефон и вытаращил глаза.
— Какие еще тысячи?! Ты совсем сбрендила из-за бумажек?! — истошно завопил муж, брызгая слюной.
— Это всего лишь стены! Мы ничего платить не будем! Родня друг другу счета не выставляет!
— Вы не будете. Платить будет Света, — ледяным тоном отрезала я.
Я достала из кармана свой смартфон.
— У тебя есть ровно десять минут, Света.
— Либо ты переводишь мне сто сорок пять тысяч рублей на карту прямо сейчас.
— Либо я набираю номер полиции и пишу заявление о преднамеренном уничтожении чужого имущества. Статья 167 Уголовного кодекса.
— Ты не посмеешь! — завизжала Света, вжимаясь спиной в липкую розовую стену. — Я сестра твоего мужа! Это и его дом тоже!
— Ошибаешься, — я усмехнулась одними губами.
Я вытащила из папки официальную выписку из ЕГРН.
— Этот дом куплен мной в ипотеку за пять лет до брака. Плачу ее только я. Игорь здесь даже не прописан. Он тут никто.
Лицо мужа покрылось некрасивыми красными пятнами. Вся его барская спесь испарилась в секунду.
— Аня, ну ты чего... — его голос жалко дрогнул. — Ну давай я сам потом переклею... Зачем полицию? Светочка же в банке работает, ей судимость всю жизнь сломает!
— Восемь минут, — я не сводила немигающего, стального взгляда с золовки.
— Ты меркантильная, бездушная стерва! — зашипела Света, судорожно открывая банковское приложение на своем телефоне.
Она прекрасно знала, что я не блефую.
Служба безопасности банка вышвырнет ее с работы в тот же день, как только на нее заведут уголовное дело за вандализм.
Ее пальцы тряслись, когда она вбивала номер моей карты.
Через минуту мой телефон коротко пискнул.
«Зачисление: 145 000 рублей».
Я спокойно проверила баланс. Убедилась, что деньги пришли до последней копейки.
— Отлично. А теперь пошли вон отсюда. Оба.
— В смысле оба?! — взревел Игорь, хватаясь за голову. — Я твой муж! Я никуда не пойду!
— Пойдешь, — я взяла его увесистый чемодан, который мы только что достали из багажника.
С размаху швырнула его прямо на крыльцо. Чемодан с грохотом перекатился по ступенькам во двор.
— Ты позволяешь своей сестре уничтожать мой дом, а потом еще и нагло защищаешь ее.
— Мне такой муж-паразит даром не сдался. Спонсируй ее дизайнерские порывы на своей территории.
— Ты сгниешь в одиночестве со своими бетонами! — брызгал слюной Игорь, суетливо подбирая чемодан с тротуарной плитки.
— Кому ты нужна в сорок пять лет с таким характером! Тебе только бабки важны!
— Сыночек, пошли отсюда! Бог ее накажет за слезы! — подвывала Света, трусливо прячась за спину брата.
— Счастливого пути. Заявление на развод подам в понедельник через Госуслуги, — я смотрела на них сверху вниз, стоя на пороге своего дома.
Я с силой захлопнула тяжелую металлическую дверь.
Повернула ключ в замке на два оборота. Щелчок механизма прозвучал как выстрел стартового пистолета в мою новую, свободную жизнь.
В доме всё еще невыносимо воняло токсичной краской и наглостью родственников.
Но я распахнула все окна настежь, впуская свежий осенний ветер.
Деньги на бригаду нормальных строителей у меня теперь есть. А менять замки приедет мастер уже через час. И больше ни один паразит не переступит мой порог.