Английская классика или как постигнуть чужое сердце
«Простой и прекрасный, как муслиновое платье»
Так отозвался о первом романе Энн Бронте ирландский литератор Джордж Мур, сумевший рассмотреть за незамысловатым сюжетом литературное совершенство. «Сокрытое в честной простоте» — добавлю от себя.
«Агнес Грей» невозможно толком рассмотреть, не касаясь личности автора. Не потому, что это прям такой хитросплетённый роман, а потому, что, видит Бог, Энн Бронте заслуживает того, чтобы о ней не переставали говорить, уж слишком долго эта вовсе не обделённая творческой индивидуальностью девушка при жизни и после смерти оставалась в монохромной тени своих блистательных сестёр.
Если честно, когда была маленькой, все Бронте были «на одно лицо» Да простят мне моё невежество чувствительные к таким аспектам читатели. Но довольно быстро пришло понимание, что сёстры офигеть какие разные, и романы у них, хоть и написаны под одной крышей в соседних комнатах, разные по стилю и незримому авторскому присутствию.
Кто Вы, Энн Бронте?
Энн родилась шестой в семье приходского священника и была младшим ребёнком. К счастью, девочка смогла оценить, что значит быть любимицей, даже несмотря на то, что её мать умерла, когда малышке было чуть больше полутора лет. Сестра матери, особа строгая и чуждая проявлению сентиментальности, стала заниматься воспитанием девочек Бронте, а Энн, как младшенькой, досталось её особое расположение. Вероятно, некоторые черты характера и взгляды Энн стали следствием этих обстоятельств. С самого раннего детства малышка проявляла невероятную рассудительность и нередко озадачивала отца не по возрасту серьёзными осмысленными высказываниями.
Энн повезло не оказаться в пансионе, куда отправили старших сестёр получать образование. Когда Мария и Элизабет заболели в тех неприветливых стенах и умерли от туберкулёза, Эмили и Шарлотта были возвращены в отчий дом. А Энн так и продолжила получать домашнее образование и только в 15 лет уехала в школу, где уже преподавала старшая, Шарлотта.
И вот в 19 лет Энн решает самостоятельно зарабатывать и помогать, в меру сил, семье. В то время у барышень бедных, но образованных, вариантов было немного, а по сути, он был один — преподавание в школе или знатных богатых семьях. Стоит только удивляться, насколько велико было желание Энн обрести независимость, самостоятельность и состояться в профессии, ведь у её старших сестёр, Шарлотты и Эмили, не получилось снискать успеха в работе гувернанткой, и они быстро оставили эту стезю.
Да и Энн не была создана для этой работы. В течение нескольких лет, терпя ежедневный крах на поприще преподавания, когда любое благородное стремление учительницы разбивалось о невоспитанность и жестокость избалованных барчуков, Энн оставалась верной своему выбору и отказывалась возвращаться к отцу и сёстрам, хотя и знала, что осуждения от них не будет. И в конце концов, её усилия были вознаграждены, а подросшие ученицы стали ей настоящими подругами. Ну разве сама жизнь не создаёт канву для будущего романа?
«Агнес Грей» была написана в 1846 году, когда три сестры сговорились одновременно написать по роману и отправить труды издателям. К слову, «Агнес Грей» (от Энн Бронте), как и «Грозовой перевал» (от Эмили Бронте), были сразу же одобрены к печати, но издатель медлил и сомневался. За то время старшая, Шарлотта, успела стойко принять отказ печатать её первый роман и быстро написала второй, «Джейн Эйр», который оказался на прилавках молниеносно и снискал славу. Только тогда, в 1847 году, издатель поверил в коммерческий успех ранее присланных романов других сестёр, и «Агнес Грей», как и «Грозовой перевал», увидели свет.
Сюжет
Молодая девушка из бедной семьи священника нанимается гувернанткой в обеспеченную семью. Её подопечными становятся шестилетний Том и его младшая сестрёнка Мэри-Энн. Вскоре Агнес начинает осознавать все тяготы её нового положения: будучи наёмной работницей, она не имеет права проявлять хоть толику строгости, которая может быть расценена как неподобающее поведение, а уговоры, увещевания, спокойный тон, разумные поощрения и жалкие наказания в виде игнорирования детских капризов не приносят плодов. Неуправляемые дети превращают будни гувернантки в ад, а кипятка в этот персональный котёл добавляют недовольства и строгие выговоры хозяйки. Однако вскоре Агнес предстоит убедиться: Судьба бывает крайне предусмотрительной, когда «подсовывает» невыгодные партии и заставляет мобилизовать упрямство, стойкость, силу характера и умение делать выводы.
Кто Вы, Агнес Грей?
Дочь священника и богатой наследницы землевладельца, отказавшейся от всех материальных благ и связей с роднёй ради любви к мужчине. Брак подвёл её под опалу своенравного отца, желавшего лучшей участи для дочери. Что-то напоминает? Так точно.
- Во-первых, социально неравны были и родители Бронте, ведь мать девочек была наследницей успешного коммерсанта, правда, умершего до того, как дочь успела выбрать спутника жизни.
- Во-вторых, примерно такими же портретами обладали родители Джейн Эйр. Правда, по сюжету они быстро покинули этот свет, и будущая миссис Рочестер оказалась на попечении сварливой жены брата матери. Сначала я подумала, что Энн Бронте, полагаясь на талант старшей сестры, позаимствовала образы родителей из романа Шарлотты, но потом оказалось, что «Джейн Эйр» была написана позже, а значит, это Шарлотта не стала особо заморачиваться с выдумыванием родословной для своей Джейн. Вероятно, обе вдохновились собственной семейной историей, ну и Шарлотта слегка пренебрегла оригинальностью.
Вернёмся к Агнес и воссозданному в жанре реализма окну в 40-е гг XIX века с видом на английские поместья и бескрайние луга, которые только и созданы, чтобы туда-сюда по ним прогуливаться. На определённом моменте своего жизненного пути героиня встречает мистера Уэстона, молодого служителя прихода. На лицо — закономерное отсутствие разнообразия в профессиональной среде как для женщин, так и для мужчин, образованных, но не обременённых финансовым состоянием: сплошь проводники воли Божьей да гувернантки. Насколько я понимаю, священникам предоставлялся в распоряжение дом и земля на срок равный сроку службы (пасторат). Прототип Уэстона — мистер Уэйтмен, священник прихода, которому суждено было умереть в возрасте 28 лет от холеры. Энн была влюблена, но чувства свои держала при себе, избранник же среди других девушек Бронте Энн не выделял. А вот в романе история обретает иной ход. Это позволяет полагать, насколько сильны и искренни были чувства автора, какой одинокой она была и как не хотела в глубине души мириться с утратой, хотя и писала в дневниках «I will not mourn thee» («Оплакивать тебя не буду»).
Усмотреть за Агнес Грей Энн Бронте не составляет труда. И дело даже не в обстоятельствах романа и биографии, а в характере. Роман «Агнес Грей» так же лишён провокационного бунтарства, состояния аффекта и оголтелого романтизма (в моём понимании, это достоинства, но иного литературного измерения). В творческой парадигме Энн Бронте сдержанность, деятельность и строгость надёжно укрывают пылкость сердца, полного надежд. Напрочь избавленная от кокетства «Агнес Грей» — это больше реализм, ну а наивная лав стори (нетипичная по скудности эмоциональных возлияний) простительна сердцу, не познавшему взаимности и сгоревшему так рано.
Светлячки, что не летают, но горят
В «Агнес» Энн упоминает о том, как порой сложно человеку, наделённому «внутренним светом», но лишённому некоторых светских качеств, найти родственную душу, стать замеченным кем-то не менее достойным и обрести счастье. Вряд ли этот эпизод имел профетическое свойство, однако несложно заметить, что Энн практически всегда пребывала и пребывает в тени признанной гениальности Эмили и мастерства Шарлотты.
Так получилось, что изданная в одно время с «Грозовым перевалом» «Агнес Грей» практически сразу поблекла, будучи не в силах конкурировать с безумными демонами Кэтти и Хитклиффа. А новаторский приём повествования от первого лица, от лица незамужней самостоятельной девушки был приписан перу Шарлотты, хотя на самом деле именно Энн первой пришла к этому через «Агнес Грей».
Не могу не признаться, в первую очередь — самой себе, что из всего (немногого) прочитанного мною у сестёр Бронте прочные позиции лидерства по шкале эмпатии удерживает единственное творение Эмили — «Грозовой перевал» (единственное созданное ею в жанре художественной прозы). Однако я испытываю что-то вроде удивлённой симпатии в отношении Энн:
- скромной и незаметной, но адски терпеливой;
- не признающей лицемерия;
- уверенной, отчаянно смелой и стойкой перед невзгодами Судьбы (не знавшей материнской любви, проводившей в небытие трёх сестёр, брата и возлюбленного).
В отношении той самой незаурядной девушки, умиравшей в 29 лет с мыслями о возможном будущем, девушки тонко чувствующей, но одевшей сердце в латы.
«Человеческое сердце напоминает каучук: надувается каучуковый пузырь без особого усилия, однако очень трудно надуть его так, чтобы он лопнул. «Меньше малого довольно, чтобы сердце взволновать, больше самого большого надо, чтоб его разбить».