Вспоминая свое советское детство, многие из нас улыбаются не глобальным достижениям, а той самой мелочи, что приятно грела карман. Было в этом что-то сокровенное: монетки, переложенные из школьного портфеля в карман куртки, иногда позвякивали, и этот звук обещал маленькую свободу после уроков. Родители давали по-разному: кто-то отмерял строго на проезд и булочку, кто-то выдавал «на кино», а некоторым везло, и в кармане оказывалась сумма, которую можно было потратить исключительно по своему усмотрению. Мы не знали слова «инфляция» — цены стояли годами, как вкопанные, и каждый советский ребенок точно знал: на десять копеек можно прожить целую вечность... ну, или как минимум один очень насыщенный день. Интересно, что даже при общем дефиците, карманные деньги открывали доступ к целой индустрии маленьких радостей, о которых нынешние дети, возможно, даже не догадываются.
Главное — это еда: от стакана с сиропом до пирожка с ливером
Конечно, основная статья расходов любого уважающего себя школьника была гастрономической. Перемена или дорога из школы домой превращались в настоящий квест по добыче вкусного. Самым демократичным вариантом была газировка. Помните эти автоматы на улицах, громоздкие, с гранеными стаканами, которые ополаскивала струя воды сверху? Три копейки — просто вода, а если разориться на копейку больше — получал стакан с сиропом. Вкус этой жидкости, густой и приторной, до сих пор живет на языке у тех, кто родился в семидесятых. Некоторые умельцы умудрялись нажимать кнопку слива без монеты, но это был риск попасться на глаза строгой продавщице в белом халате.
Параллельно с автоматами работали бабушки у лотков. Пирожки там были с разными начинками: с картошкой, капустой, рисом и яйцом. Самый калорийный и «мясной» вариант — пирожок с ливером. Стоило это удовольствие 8–10 копеек, и пирожок был горячим, жирным, завернутым в бумажку, которая тут же пропитывалась маслом. А если повезло получить от бабушки целых 20 копеек, можно было купить сдобную булочку с маком или повидлом за 7–9 копеек, а на сдачу — стакан томатного сока в школе или тот же пирожок.
Отдельная история — мороженое. Пломбир в вафельном стаканчике за 10–15 копеек был верхом мечтаний, но деньги на него копили иногда целую неделю. Лакомство не терпело суеты: его лизали, стараясь, чтобы не капнуло на рубашку, а вафельку в конце съедали отдельно, как самую вкусную награду. Было еще эскимо на палочке за 11–22 копейки, но оно считалось уже праздничным вариантом. Интересно, что в аптеках тоже продавалось «вкусное» — гематоген, напоминающий плитку ириса, но со специфическим привкусом, и драже «Ревит». Это были не лекарства, а такие себе витаминные конфетки, которые тоже шли на ура, если карман позволял.
Игрушки и сокровища: что можно было накопить насовсем
Конечно, на ежедневные траты уходила не вся мелочь. Многие дети копили на что-то серьезное. Банка из-под кофе или обувная коробка, где лежали накопленные трешки и пятаки, была настоящей сокровищницей. И копили не на айфоны, а на журналы или модели машинок. Журнал «Веселые картинки» стоил всего 10 копеек, и это был вход в мир визуального искусства для малышей. Кто постарше — покупал «Пионер» или «Костер» за 25–30 копеек. В журналах печатали не только рассказы, но и настольные игры, которые надо было вырезать и склеивать, и самоделки.
Игрушки были особенными. Сейчас трудно представить, но многие заводские цеха, делавшие оружие, штамповали и мирные вещи для детей. Например, липецкие металлические самосвалы, которые были почти вечными — гнулись, но не ломались. Или резиновые мячи, которые делали в Чебоксарах и потом вручную расписывали. Такой мяч пах резиной и был тяжеловатым, но прыгал отлично. Стоили такие игрушки уже рубли, и самостоятельно ребенок мог их купить, только если копил очень долго и не тратил на пирожки. Зато покупка становилась событием. Помню истории старших товарищей, как они собирали макулатуру, чтобы заработать деньги на дефицитную книгу или настольную игру вроде хоккея с фигурками на пружинках.
Параллельно существовала культура «фантиков» и вкладышей. Сами по себе они ничего не стоили, но в среде коллекционеров имели цену. Мальчишки могли выменивать редкие экземпляры жвачек, привезенных из-за границы, на что-то материальное. Жвачка была отдельным феноменом: купить ее в магазине было почти невозможно, она появлялась только у «доставал» и стоила, по детским меркам, бешеных денег — до 50 копеек за подушечку. Поэтому жевали в основном сухарики или тот же гематоген.
Кино, автоматы и дворовые риски: культурная программа
Карманные деньги давали доступ не только к еде, но и к развлечениям. Кино было самым доступным искусством. Билет на утренний сеанс стоил 10 копеек. Мы ходили в кинотеатр «Смена» или «Родина» целыми классами, шуршали фантиками, кричали «Ложись!» во время боевиков про индейцев. Интересно, что зал всегда был полным. Позже, в старших классах, ходили уже на вечерние сеансы, где билет мог стоить 30–40 копеек, и это был уже почти «выход в свет».
В фойе кинотеатров и в парках стояли игровые автоматы — гордость советского игропрома. Огромные тумбы с кнопками и ручками, внутри которых мигали лампочки и стреляли пушки. «Морской бой» был хитом всех времен. Опускаешь 15 копеек — и ты командир корабля. Некоторые пацаны знали секреты, как поймать призовые выстрелы, и могли играть на одну монетку полчаса, собирая толпу зрителей. Автоматы с «городками» или гонками были менее популярны, но тоже собирали свою аудиторию. Проиграть все деньги за пять минут было обычным делом.
Ну и конечно, нельзя не вспомнить про уличные игры на деньги. Это была теневая экономика двора. «Расшибалочка» или «Пристенок» — игры азартные и жестокие. Можно было выиграть кучу мелочи, а можно было остаться с пустым карманом и чувством жгучей несправедливости. Родители за такое ругали, но запретный плод сладок. Альтернативой был честный заработок: сбор бутылок. Как только в доме заканчивался кефир, пустая тара не выбрасывалась, а аккуратно ставилась под раковину. Сдать бутылку из-под молока или кефира можно было за 15 копеек, из-под лимонада — за 20. Трехлитровая банка стоила целых 40 копеек! Обойдя окрестные помойки (не брезговали) или выпросив тару у соседей, можно было собрать сумму, достаточную для похода в тот же игровой автомат или покупки заветной модели самолета. Это была первая в жизни экономика, где все было честно: потрудился — получил.
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые статьи и ставьте нравится.
