...Еще хоть одну,
С ее миражами,
Большую весну
С журавлями,
С ветрами.
С ее полноводьем,
И полногрудьем,
С разнопогодьем
И многотрудьем.
Эти стихи написаны уроженцем Вологодской области Поповым Александром Яковлевичем. Причем здесь Яшин и Юг? Об это расскажу чуть ниже.
Все нормальные люди, как перелетные птицы, зимой улетают на юга. И лишь туристы летом ищут где бы перезимовать. Чтобы опровергнуть этот стереотип мы тоже поехали на Юг..., только на север. Река Юг находится на севере Вологодской области, где все расцветает и тает на неделю позже, чем в средней полосе России.
Сюда наш руководитель решил свозить нас под впечатлением от Сухоны, популярной и очень красивой вологодской реки, известной своими высокими слоистыми берегами — Опоками — геологическими обнаженными породами высотой 60-70 метров.
Возможно, выбрали не лучшее время для сплава. Это были майские праздники, но холодные и дождливые. И как уже было сказано весна там задерживалась на неделю. В нашем регионе уже распустились почки на березах, а там они еще только начинали набухать. Хотя, казалось бы, расстояние всего 600 км на северо-восток.
Зоя Пермаская
Приехали в Пермас, разгружаемся на местном пляже, вязком от недавно растаявшего снега.
— Девчонки, заходите на чай. Ну и рюмашку, чтоб не замерзли. Чисто за знакомство, — на заманчивое предложение Зои, местной жительницы, сдающей жилье рыбакам, наши дамы охотно откликнулись. И ушли к ней в дом.
Через 45 минут, после того, как байдарки были собраны и приготовлены для сплава, в доме у Зои стали пропадать и мужчины. Со словами: «Я их сейчас приведу!» первым скрылся руководитель похода. «Ну это ни в какие рамки...» — через 10 минут недовольно бормоча ушли еще двое. Такая потеря бойцов была чревата провалом всей операции. Но вдруг заиграла «Катюша», двери Зоиного дома распахнулись и из него, с флагами строевым шагом, вышли все сгинувшие. Поход приходился на 9 мая.
Зоя, как истый патриот
Провожала нас в поход,
Как на фронт.
Не поняли куда попали
Наконец-то, немного пьяные, но веселые водники, под военные песни отчалили от берега. Гребли бодро и весело, да и сама река не слабо тащила. Берега выглядели так, будто природа еще только просыпалась и спрашивала: «Вы серьезно, уже май?» Что нам действительно понравилось на Юге, так это стоянки. Расположенные друг от друга на расстоянии ходового дня, они были оборудованы лестницами на высокий берег, столами, напиленными дровами, а где-то стоял даже целый дом. Первая ночевка как раз была на таком месте. В начале мы даже не поняли куда попали. Бобришин Угор — очень чистое, ухоженное, поэтичное местечко, живописно расположившееся на высоком берегу на изгибе реки. Когда осмотрелись, до нас дошло, что это за место! Дом-музей, на территории которого находится настоящий памятник и могила поэта Яшина Александра Яковлевича (настоящая фамилия Попов). Родился он в деревне Блудново 27 марта 1913 года. Под конец жизни признанный литератор построил охотничий домик на Бобришином Угоре. Будучи в третий раз женатым, он привозил сюда свою тайную любовь, поэтессу Веронику Тушнову. Но как писала одна из почитательниц его таланта, «встречи были редкими, он был порядочным человеком». И здесь же он завещал себя похоронить.
Операция мультиклещ
Рано утром завтракаем на улице за большим столом и снова в путь. Река, как могучий старец, немного раздалась в берегах и стала поспокойнее. Природа создавала контраст между песчаными пляжами и крутыми берегами. Видно, что еще совсем недавно Юг насыщал своими водами пойменные луга. Спокойно и уверенно наша группа продвигалась вперед. На обед встали в таком же подготовленном месте, с лестницей, столом и дровами. Дежурные приготовили суп (приправленный тушенкой) из вальдшнепа, подаренного Зоей. И мы, расположившись вокруг костровища в стиле «Охотники на привале», отобедали данным яством.
В конце дня одна из туристок попала в пренеприятнейшую ситуацию. Нет, она не наступила в медвежье bullshit (простите мой французский). Просто ее укусил клещ. Заполз, зараза, чуть ли не в подмышку. Его извлекли, поместили в пробирку и отправили на анализ. Оказалось комбо — энцефалит и боррелиоз. Но «жертва» оказалась настолько удачливой, если можно так выразиться, что не заразилась ничем. Видимо успели достать клеща вовремя! В целом день прошел хорошо, не считая оплавленных у вечернего костра сапог, все той же горе-туристки. Да, такое бывает, и не так уж редко. Сегодня тебе не везет, но это значит только то, что завтра будет лучше.
Гоп-стоп, мы подошли из-за угла...
На следующий день, к обеду, мы уже были в Никольске — небольшом городке на нашем маршруте. Запомнился парк с красивым храмом Казанской иконы Божией Матери. Но, сперва, конечно же все пошли в магазин, за краткосрочным допингом: мороженым, шоколадками и пивом. Когда группа подтянулась обратно к байдаркам, расположившимся на удобном травянистом берегу, то застала картину, как два гуся-гопника «гоняли» оставшихся присматривать за барахлом. Пришлось отбиваться от них поднятым вверх веслом.
Но главный эпизод дня случился с Пашей-ковбоем. Этот человек не грёб, он наслаждался жизнью. В ковбойской шляпе, с лёгкой улыбкой и полной свободой движений, он ходил по реке зигзагами, восьмёрками, боком, задом наперёд. Иногда подплывал к другим байдаркам и крутился вокруг них — в общем «ковбойничал» (слово, придуманное в этом походе применительно непосредственно к Паше).
В Хулиганске, то есть в Никольске, когда уже группа пошла дальше по реке, произошел инцидент с местной детворой. Отплывая, Паша-ковбой случайно сел на мель, представлявшую собой широкую песчаную косу, чем привлёк внимание гуляющих по берегу школьников начальных классов. Они выкрикивали и просились чтобы их покатали на лодках, а кто-то из них даже кинул камень. После этого наглецу было ответно крикнуто, что он никогда в жизни не попадет по цели. Это было воспринято как вызов и «ковбой» понял, что совершил ошибку. Лодку тотчас обстреляли. Пришлось ретироваться в спешном порядке.
Но был и трогательный момент, который оценили наши девчонки. Одна из участниц похода взяла с собой свою любимицу — маленькую милую собачку, которая первое время дрожала от страха, сидя на коленях у своей хозяйки. В Никольске в нее по уши втрескался не менее милый, примерно такого же размера, жгучий брюнет — местный пес. Он очень долго бежал по берегу, изредка останавливаясь и наблюдая, как мимо проплывает его новоиспеченная подруга. В какой-то момент, из-за рельефа местности, ему пришлось остановиться и он отстал.
Ну хоть гитара нас спасет
К вечеру небо решило, что мы недостаточно сырые. Оно повисло над нами свинцовым одеялом. Прогноз был унылый, как меню в армейской столовой. Решено было закончить поход не дойдя до Травино несколько километров. Нашли широкую поляну, низкий пологий размокший берег, вытащили байдарки и поставили лагерь. Гречка с тушенкой, сиббиттер, натянутый тент и костер сделали свое дело. Дима достал гитару и тихим голосом запел.
Утром никуда не спешили, спали долго. Трансфер приехал за нами в полдень. К этому времени, мы успели помыть и запаковать лодки, свернуть лагерь и перетащить вещи к трассе, где была кирпичная автобусная остановка.
И вот, рядом со старой остановкой, на раскладном кемпинговом стульчике, откинувшись на спинку и попивая чай из термоса, без головного убора сидит человек. Он так привык к дождю, что не обращает на него внимания. В какой-то момент остальные устали сидеть под крышей и тоже вышли под дождь. Кто-то тихо напевал песню Цоя:
Мы сидим у разбитых корыт
И гадаем на розе ветров,
А когда приходит время вставать
Мы сидим, мы ждём...
Потом 600 км до дома.