Пьяные маем. Государственный переворот под звуки оваций
Рим, 13 мая 1915 года. По улицам носятся студенты, поэты с безумными глазами и здоровенные молодчики из националистических союзов. А в это время в парламенте сидят законно избранные депутаты. Большинство хотят только одного – нейтралитета, чтобы торговать и жить спокойно. Но проблема в том, что страной уже правит не закон, а толпа и маленькая кучка людей при короле.
Как же так вышло, что страну, где 320 из 508 депутатов были категорически против войны, вдруг втянули в самую кровавую бойню начала века? Это история о том, как премьер-министр Антонио Саландра, король Виктор Эммануил III и компания "ультрас" от культуры провернули гениальную аферу. Они заставили демократию аплодировать собственному убийству. Своего рода был государственный переворот, феномен которого и разберем.
Манипуляция улицей
Деньги, как водится, решали всё. Премьер Саландра и его министр иностранных дел Сидней Соннино – ребята тертые, прекрасно понимали, что парламент не продавить аргументами, а значит, надо продавить улицей. А вот улица – барышня капризная, сама по себе она орет только "Хлеба!". Чтобы она заорала "Войны!", нужен режиссер, спонсор и немного поэтического вдохновения.
И вот тут на сцену выходят они. Крупные промышленники, которые уже тогда смекнул, что война – это суперприбыльное дело (1914 году фирма по производству вооружений Ansaldo помогла Бенито Муссолини собрать средства для создания газеты Il Popolo d’Italia, которая стала провоенной). И банкиры, которым было плевать на крови, но важно на расширение влияния на Балканах. Хорошо, а кто будет самым красивым глашатаем? Конечно, Габриэле д’Аннунцио – поэт, франт и авантюрист, который умел заворожить толпу так, что она забывала о завтрашнем дне.
Эти "лучезарные майские дни" 1915 года – классика манипуляции. В Милане, Риме, Генуе националисты получают деньги на организацию шествий. Студентам – пиво и смысл жизни, люмпенам – несколько лир за то, чтобы поорать. Атмосфера накаляется. Депутатов, которые едут на заседания, толпа встречает свистом, плевками, а иногда и просто тумаками. И ведь что характерно, полиция стоит и смотрит. Почему? Потому что король и правительство дали команду не вмешиваться. Закон разрешает митинги? Ну вот пусть и митингуют. А то, что они блокируют парламент и угрожают народным избранникам физической расправой – так это же демократия, господа! Ну, или её очень талантливая подделка.
И вот тут я задаю себе вопрос, и вам советую: а была ли у депутатов-нейтралистов хоть одна возможность переломить ситуацию? Формально – да, но по факту их просто взяли в клещи. С одной стороны был король (верховный главнокомандующий, между прочим), который уже подмахнул Лондонский пакт, а с другой – улица, готовая разорвать любого, кто скажет "мир". И всё это под аккомпанемент поэтических од. В такой обстановке даже самый принципиальный пацифист начинает переживать о том, а стоит ли овчинка выделки, вдруг дом сожгут или еще что-то подобное выдадут. Давление было колоссальным, и Саландра это давление конвертировал в политические козыри. Манипуляция удалась. Оставалось только дожать короля и парламент, чтобы они поставили последнюю подпись под смертным приговором сотням тысяч итальянских парней. Но это уже, как говорится, совсем другая история, которую мы разберем в следующем блоке.
Король против парламента
Итак, улица кипит, д’Аннунцио уже сорвал голос, воспевая "священную бойню". Но есть одна маленькая формальность, которая разделяет Италию и войну – парламент. А в парламенте, как я уже говорил, заседают люди, которых избирали не для того, чтобы отправлять крестьянских сыновей под австрийские пулемёты. Лидер нейтралистов – маститый Джованни Джолитти, настоящий серый кардинал итальянской политики. Он уверен, что Австрия отдаст Тренто и Триест и так, за компенсацию, без войны. И он прав! Австрийцы действительно готовы уступить, но уже за то, чтобы Италия не воевала. Но уже была такая эйфория от возможных обещаний, что перекрыло весь поток здравого смысла.
И вот тут начинается цирк с конституционными элементами. 13 мая 1915 года Саландра приходит к королю и подаёт в отставку. Мол, не могу сформировать правительство, парламент меня не поддерживает, опять манипуляции. Король Виктор Эммануил III, маленький человек с большими амбициями, купился и отставку не принимает. Он, наоборот, даёт Саландре карт-бланш. А Джолитти, который мог бы сформировать своё правительство мира, король даже не вызывает для консультаций. Представляете? Глава государства, который по статусу обязан быть арбитром, открыто становится на сторону меньшинства против большинства. И это называется конституционной монархией? Ну, ну...
Дальше было ещё веселее. Король намекает, что если парламент не проголосует за военные кредиты, он его распустит и объявит новые выборы. А в условиях уличного террора и пропагандистской истерии, кто, вы думаете, победит на этих выборах? Правильно, "партия войны". Депутатам-нейтралистам объясняют на пальцах, что либо вы сейчас голосуете "за", либо завтра вас просто вышвырнут с кресел, а по дороге домой ещё и поколотят патриоты. И вот 20 мая 1915 года происходит парламентское самоубийство. Те самые 320 депутатов, которые были против войны, трусливо прячутся по углам или отсутствуют "по болезни". И за вступление в войну и предоставления полных полномочий правительству голосуют – 407 голосов "за" и 74 "против". (Данные голосования могут незначительно варьироваться в источниках, но суть и расклад сил именно таковы.)
То есть люди, которые две недели назад считали, что война – это безумие, теперь аплодируют премьеру. Что случилось? Страх потерять мандат, страх за свою шкуру, страх перед королевским гневом. Джолитти, чтобы избежать кровопролития и гражданского конфликта, уехал из Рима. Он поступил благородно? Возможно. Но своей капитуляцией он открыл дорогу катастрофе.
По сути король нарушил дух конституции. Италия вступала в войну не как единая нация, а как нация, которую шантажом и демагогией загнали в окопы. Саландра потом хвастался, что он совершил "революцию сверху". Революцию? Да это обычный переворот, просто в белых перчатках и с королевским вензелем. И вот когда депутаты разбежались, а толпа на площади праздновала «победу», оставался последний шаг — объявить войну. Об этом — в третьем блоке.
Объявление войны
И вот наступает 23 мая 1915 года. Италия объявляет войну Австро-Венгрии. Тут, кстати, отдельный нюанс, потому что Германии Италия не объявляла войну, Германию они оставили "на сладкое", до 1916 года. Почему? А потому что воевать с кайзером – это реально страшно, а вот с дряхлеющей империей Габсбургов, которая и так трещит по швам – в самый раз, чтобы поживиться. "Война за освобождение Тренто и Триеста! За довершение Рисорджименто!" – гремели заголовки. Надо отдать должное, что звучало это красиво.
Король Виктор Эммануил III подписывает манифест. Но только вот армия-то к войне не готова! Генерал Луиджи Кадорна, который потом прославится своей тактикой "пушечного мяса", в ужасе хватается за голову, что винтовок не хватает, альпийских частей почти нет, тяжелой артиллерии тоже почти нет. Но кого это волнует? Дипломаты уже подписались, король уже кивнул, поэты уже спели, все, обратной дороги нет, начинается мобилизация.
Великая идеи объединения Италии использовалась в качестве ширмы для политической авантюры. Рисорджименто – это ведь было святое для многих: Гарибальди, Мадзини, борьба за свободу. А тут эти понятия подменили и вместо освобождения народа – захват чужих земель, а вместо единства – раскол общества на "военных" и "трусов". Депутаты, которые не хотели войны, теперь объявлены изменниками, а те, кто колебался – просто предатели по умолчанию. Парламент превратился в декорацию, улица – в инструмент, а король – в диктатора, но с хорошей миной при плохой игре.
И вот 24 мая итальянские войска переходят границу. С оркестрами, с криками "Viva l'Italia!". Им кажется, что это будет быстрая прогулка. Никто не знает, что впереди – одиннадцать кровавых битв на Изонцо, сотни тысяч убитых и Капоретто, которое станет символом военной катастрофы, а также Версаль и неисполненные обещания. Но это уже, как говорится, совсем другая история. А пока – победа "лучезарного мая".
Когда элиты играют в солдатиков
Итак, май 1915 года остался в истории Италии как "лучезарный" – сияющий, солнечный, победоносный. Только вот сияние это было отблеском пожара, в котором сгорело будущее страны. Войну начала не нация. Её начала конкретная группа лиц: король, премьер, кучка националистов и поэтов-авантюристов, подкреплённые деньгами тех, кто хотел нажиться на переделе мира. Всё остальное – парламент, общественное мнение, здравый смысл – было просто декорацией.
Можно ли считать это решение легитимным? Если по букве – то да, формальности соблюли, а если по сути – это чистой воды узурпация власти. Большинство депутатов запугали, нейтралистов задавили толпой, король использовал свой статус не как гарант стабильности, а как таран против собственного народа. Джолитти мог бы побороться, но предпочёл уйти в тень. И вот страна, которая могла получить свои территории за столом переговоров, влезла в мясорубку, где за четыре года положила около 700 тысяч человек убитыми.
Альтернатива у Италии была. И она была очевидна: продолжать давить на Австрию дипломатически, торговаться, получать своё без крови. Но нет, им захотелось доказать, что они – великая держава. Доказали. Так, что с этого "лучезарного мая" началась дорога к двадцати годам муссолиниевщины.
Если труд пришелся вам по душе – ставьте лайк! А если хотите развить мысль, поделиться фактом или просто высказать мнение – комментарии в вашем распоряжении! Огромное спасибо всем, кто помогает каналу расти по кнопке "Поддержать автора", а также благодарность тем, кто поправляет/дополняет материал! Очень рад, что на канале собралась думающая аудитория!
Все статьи по этому циклу и ссылки на них вы можете увидеть здесь: