Светлана быстро застёгивала пуговицы на пальто, когда её окликнула подруга:
— Опять к этой старушке бежишь? Послушай, да сколько можно! Муж твой все деньги пропил, квартиру продал, в долги влез — а ты теперь его мамашей занимаешься. Да она тебе вообще никто!
— Тамара, не говори так. Елена Ивановна для меня очень многое значит. И потом, кроме меня у неё действительно никого нет.
— Тебе скоро сорок пять, а ты всё одна! Надо же о своей жизни думать!
Светлана только махнула рукой и вышла на улицу. Холодный ноябрьский ветер ударил в лицо, но она даже обрадовалась — хотя бы освежилась после душной конторы.
«Только бы Елена Ивановна чувствовала себя нормально. Последние дни сердце у неё пошаливает», — подумала женщина, направляясь к остановке.
Нужно ещё в аптеку забежать, сегодня зарплату выдали. Лекарства недешёвые, но что поделаешь.
— Светочка! — встретила её знакомая фармацевт. — Как там наша Леночка?
— Держится, Вера Степановна. Сердце беспокоит, но таблетки вроде помогают.
— Вот умница-то какая! Редко встретишь такую невестку. После всего, что натворил Борис...
Светлана поморщилась. Да, её покойный муж постарался — квартиру их продал, деньги матери выманил под предлогом бизнеса, а потом всё спустил. Долги остались огромные. Пришлось переехать в старенький домик. А через полгода Борис погиб — пьяный попал под машину.
Помнит Светлана тот вечер, когда Елена Ивановна призналась ей в том, о чём молчала годами.
— Светочка, я должна тебе сказать правду. Боря мне неродной. Я его усыновила тридцать лет назад.
Оказалось, что у Елены Ивановны был жених — Виктор, настоящая любовь. Но подруга её, Инна, забеременела и сказала, что отец ребёнка — Виктор. Елена тогда уехала в другой город, написала любимому, что выходит замуж. Вернулась только спустя годы. А Инна так и не вышла замуж, заболела тяжело. Елена забрала к себе её сына Борю. Перед смертью Инна призналась: врала она про Виктора, не было между ними ничего.
— Простишь меня, Света? Я виновата перед тобой.
На похоронах Бориса у Елены Ивановны случился инсульт. Все вокруг советовали Светлане отправить свекровь в приют.
— Она же тебе чужая совсем! Зачем тебе эта обуза?
Но Светлана не послушала. Они будут вместе. И Елена Ивановна обязательно поправится.
Врачи качали головами — шансов почти не давали. Но Светлана верила. И через год свекровь действительно начала ходить. С трудом, опираясь на палочку, но ходить.
Сегодня Светлана вышла из маршрутки и направилась к дому. Издалека увидела — из трубы идёт дым. Значит, Елена Ивановна сама печку растопила.
Но у калитки стояла незнакомая дорогая машина.
«Кто это может быть?» — встревожилась Светлана и побежала.
Распахнув дверь, она замерла. За столом сидела раскрасневшаяся Елена Ивановна, а напротив — седовласый мужчина с военной выправкой.
— Светочка! — воскликнула свекровь. — Это Виктор приехал! Нашёл меня наконец!
Рядом стоял молодой мужчина лет сорока.
— Разрешите представиться. Олег, сын Виктора Петровича. Это я помог отцу разыскать Елену Ивановну.
Светлана опустилась на стул.
— Я увидела машину и перепугалась. Думала, что-то случилось.
Олег помог ей снять пальто. Его глаза смотрели насмешливо и тепло одновременно.
За чаем Виктор Петрович рассказывал, как искал Елену. Оказалось, всю жизнь любил, так и не женился. Работал на Севере, теперь вот вернулся на пенсию.
— Аня, как растает снег — приеду за тобой. Слышишь? Хватит нам порознь жить. Светлана, поедемте с нами. В нашем городе работу найдёте, квартиру вам подберём.
Светлана покачала головой. И почувствовала на себе взгляд Олега.
Через неделю гости уехали. А на работе Светлане доставили огромную корзину с цветами.
— Ничего себе! — воскликнула Тамара. — Это что ещё такое?
В открытке было написано: «От Олега. Простите, что не спросил, какие цветы вы любите».
Вечером он позвонил. Они проговорили до утра.
Цветы стали приходить каждый день. Коллеги переглядывались, Тамара язвила:
— Небось сама себе заказываешь. Хочешь показать, что кому-то нужна.
Светлана не отвечала. Какое ей дело до чужого мнения?
Перед самым Новым годом вся контора задержалась на работе — отчёт никак не сходился. Начальник пригрозил, что будут сидеть до победного.
Наконец справились. Выбежали на улицу уже затемно.
У входа стояла та самая машина. Из неё вышел Олег с букетом белых роз.
— Ну что это за работа у тебя такая? Мы с Еленой Ивановной уже весь салат нарезали, а отец на кухне торт испёк. Правда, потом три часа отмывали.
Светлана рассмеялась и обняла его.
— Ничего, в следующем году точно отмоем.
Коллеги стояли с открытыми ртами. Особенно Тамара.
— Маш... то есть, Света же говорила, что цветы сама себе покупает! — растерянно пробормотала одна из них.
— Не Света говорила, а ты, Тамара, — холодно ответила другая. — Завистливая ты очень. Вот поэтому и сидишь одна.
Светлана больше не вернулась в контору. Написала заявление, начальник отпустил без отработки.
Дом продали быстро. Перед отъездом Светлана заехала на кладбище.
«Прощай, Боря. Больше я сюда не приду. Начинаю новую жизнь».
В машине Олег взял её руку.
— Знаешь, я никогда не верил в судьбу. А теперь верю.
С заднего сиденья донёсся голос Виктора Петровича:
— Сынок просто покоя не давал — каждый день про тебя спрашивал. Пришлось раньше срока ехать, а то с ума бы сошёл.
Олег засмеялся.
Светлана смотрела в окно. За стеклом мелькали заснеженные поля. Впереди был новый город, новая работа, новая жизнь.
И самое главное — рядом были те, кто её любил по-настоящему.
Елена Ивановна тихо сказала:
— Вот видишь, Света. Всё к лучшему. Господь не оставляет добрых людей.
— Вы правы, — ответила Светлана. — Нужно просто верить и не сдаваться.
