Найти в Дзене

Как разрешить себе высказаться

Как разрешить себе высказаться, проявиться по-настоящему и рассказать свою историю вместо той, которую от нас ждут Внутреннее освобождение. Очень большая и непростая тема. Если начинать с самого начала, то мы рождаемся и первым делом издаем звук. Акушерка легонько шлепает нас по попе, легкие расправляются, и вот мы уже громко звучим в этом мире. А дальше родители, учителя и всё окружение учат нас молчать. Быть внимательными к другим больше, чем к себе. Даже стены требуют: “Соблюдайте тишину”. Скоро мы научаемся не договаривать, молчать, выполняя призыв “будь выше этого”. Однажды у нас внутри что-то начинает трещать по всем швам. Можно по-настоящему разозлиться – или по-настоящему устать, как я устала от собственного идиотского стремления к идеалу. Устала от бесконечных «будь лучше», «будь лучшей версией себя». Мне захотелось быть просто версией себя, быть собой. И тогда я пошла учиться. У себя пошла учиться. Я попробовала досказывать в первую очередь себе. Не обвинять и не обижать друг

Как разрешить себе высказаться, проявиться по-настоящему и рассказать свою историю вместо той, которую от нас ждут

Внутреннее освобождение. Очень большая и непростая тема.

Если начинать с самого начала, то мы рождаемся и первым делом издаем звук. Акушерка легонько шлепает нас по попе, легкие расправляются, и вот мы уже громко звучим в этом мире.

А дальше родители, учителя и всё окружение учат нас молчать. Быть внимательными к другим больше, чем к себе. Даже стены требуют: “Соблюдайте тишину”. Скоро мы научаемся не договаривать, молчать, выполняя призыв “будь выше этого”.

Однажды у нас внутри что-то начинает трещать по всем швам. Можно по-настоящему разозлиться – или по-настоящему устать, как я устала от собственного идиотского стремления к идеалу. Устала от бесконечных «будь лучше», «будь лучшей версией себя».

Мне захотелось быть просто версией себя, быть собой.

И тогда я пошла учиться. У себя пошла учиться.

Я попробовала досказывать в первую очередь себе. Не обвинять и не обижать других, а распознавать и называть свои чувства. Я стала хорошо чувствовать, что же именно я чувствую.

Значительно позже (но всё-таки это случилось!) я начала лучше понимать чувства других.

Всю дорогу сердилась, точнее сказать, злилась на маму. Она могла одним предложением заставить меня чувствовать бешенство и беспомощность одновременно. А когда я поняла, что ее строгость ко мне – просто такая строгость к себе, – дело пошло на лад.

Тогда получается разговаривать. Досказывать всем и всё. И никто не обижается.

Это начинает проявляться в простых вещах. Можно сказать другу: «Я не приду к тебе сегодня на день рождения. Я без сил. Очень тебя люблю», – и друг не обидится.

Таким может быть путь: сначала побыть с собой в собственной тишине, на которую у нас почти никогда нет времени. Задержаться в ней, и тогда оттуда что-нибудь обязательно прозвучит. Если в тишине задержаться подольше, можно отчетливо расслышать «я очень устала», «мне грустно», «я хочу целоваться», «я хочу задушить этого придурка» или «вот бы меня сейчас кто-нибудь обнял».

Для меня встреча с собой — это то, с чего начинается настоящее самопознание и свобода в словах.