Утром Иннокентий провожал маму на поезд, Наташа забежала перед работой в универмаг. В отделе женского белья в такой час пусто. Продавщицы весело шебечут о своём где то в глубине подсобки.
Довольно скоро она присмотрела подходящую вещицу - шикарную комбинашку белоснежную,тонкую, полупрозрачную, с оконтовкой из кружева. Попросила завернуть, браво выдержав едкий, как уксус взгляд сотрудницы советской торговли.
Рабочий день тянулся немыслимо долго. Дело упрямо валилось из рук, на вопросы отвечала невпопад, обедать в столовку не пошла.
Вместо этого направилась в скверик и принялась там наяривать круги у памятника Ильича. В голове роились думы самые разные, а в душе суетились чувства весьма сумбурные. Перебирая в уме вчерашние откровения Капитолины, испытывала странное ощущение название которому не было.
"Его отец - начальник ГУГБ. Он один из тех, кто отправил мою мать на Колыму! Быть может именно его подпись стояла в её деле?"
Остановившись Наташа подняла глаза на Ильича, точно он должен был дать совет или пояснение.
Что делать?
А вдруг всё в этой жизни не случайно?
И зачем я купила комбинашку?
Бронзовый Ильич в кепке молча и сурово указывает рукой на восток. Девушка вздыхает почти обречённо. Ах, как сложно всё!
В принципе- да всё предрешено. Не зря ведь куплена комбинашка? И давно пора. Не оставаться же старой девой в конце то концов? Верка небось уж родила второго. Не сказать, чтоб Кеша ей сильно нравился. Однако и не противен. Вроде бы она привыкла к нему. Но больше даже к квартире. Да и Капитолину не хочется разочаровать. Хорошая она…
К тому же любопытно, чёрт побери! Все это делают, шепчутся по углам, намекают, кроватями скрипят. Носятся с этой темой. Тут пока сам не попробуешь - не поймёшь.
А что отец - вертухай? Так полстраны таких. И всем нам с этим жить теперь.
Вечер.
Кеша как всегда ковыряется с кульманом. Шаги за спиной.
- Наконец-то! Ух, я голоден как волк! - шутит он не отрываясь от чертежа, - опять пирожки? Надеюсь с яблоками? Или с картошкой?
Щёлкает выключатель. Остаётся единственный источник света - тусклый торшер между стеной и диваном.
- Эй! Что такое? - он оборачивается. Таращит глаза.
Женское тело в белом полупрозрачном облаке вместо одежды приближается и линейка выпадает из рук. Оба не умеют целоваться и не знают куда девать при этом деле носы. Процесс начинается стихийно, они почему-то оказываются на полу. Кеша снизу. Невовремя сунувшийся к хозяину кот был резко отвергнут.
Первый блин, как известно, комом. Слишком быстро, слишком резко, слишком непонятно…
Пьяные от собственной храбрости они лежат на полу. Молча. И слышно как за стеной плачет ребёнок.
НАЧАЛО здесь!
Спасибо за внимание, уважаемый читатель!