Сегодня работал в зале.
Первые утренние гостьи заняли столик у окна, в том углу, где самые большие теплопотери, но я был рядом и согревал их нашим знаменитым гостеприимством.
Женщина, которую условно можно назвать «первой», сказала, что будет флэт уайт. Женщина, которую условно можно назвать «второй», сказала, что она тоже будет флэт уайт.
Потом «первая» женщина сказала, что будет тост с красной рыбой и сезонными мартовскими каперсами. Тогда «вторая» женщина сказала, что она тоже будет тост с красной рыбой и сезонными мартовскими каперсами. И прибавила: «Я не хочу думать».
Ей-же-ей, это был мой единственный стол в течение всего первого часа, я следил.
После этого пришла гостья, которая никогда не ест кинзу, но почему-то всегда забывает сказать об этом, когда делает заказ. То, что она не ест кинзу, помню я; поэтому, когда она озвучила заказ, я подсказал, дескать, и без кинзы, пожалуйста, верно? Гостья улыбнулась, а это для меня, как и всякого официанта, высшая награда и смысл работы - делать людей чуточку радостнее.
Впрочем, честность требует признать, что использованный в качестве внешней памяти официант не остался без благодарности, и не только лишь устной.
Приходил гость, похожий на Андрея Курпатова. Коллежанка Инесса сказала, что он похож на какого-то Деревянко.
Приходил гость, похожий на Бенедикта Камбербэтча. Коллежанка Инесса сказала, что он похож на какого-то Джудлоу. Я догадался, что ей без разницы, кого называть, лишь бы на «Д».
Приходили две женщины не очень точно определяемого возраста. Они сели за 13-й стол. За 12-м и за 14-м столами, что на очень близком расстоянии от вышеупомянутого 13-го стола, тоже сидели гости.
Заказали чайник чёрного чая, кофе и омлет с белыми грибами. Я продублировал заказ и сообщил, что сейчас вернусь с напитками.
Спросил, можно ли забрать меню. Сказали, что можно забрать меню.
Отдав мне меню, женщина, которую условно можно назвать «первой», цапнула один стик сахара с 12-го стола, с края блюдца.
Я поставил перед ними чай и кофе - «вторая» женщина попросила принести десять стиков сахара. Желание гостя - закон для официанта: приношу десять стиков сахара на отдельном блюдце, отвернулся, обернулся, глядь - а их на блюдце-то уже и нет, а их «вторая» женщина уже себе в сумку запихивает.
А за 14-м столом сидел наш постоянный гость, который ест двойную порцию сырников и пьёт чай с лимоном и, внимание, сахаром.
- Думаю, вы уже догадались, что тут начинается основная драматургия.
В какой-то момент менеджер Аня говорит мне, что произошёл возмутительный случай: женщина с 13-го стола цапнула все стики сахара с 14-го стола, какие там только были. Мужчина сделал им замечание, что вообще-то можно было и разрешения спросить, ведь это же его сахар. Неизвестно, ответила ли ему что-то женщина с 13-го, а только эти стики сахара отправились в её сумку.
При этом известии я пришёл в состояние, для определения которого современная молодёжь использует глагол «обалдел». Это какой-то заоблачный уровень солипсизма.
— Доброе утро, Кристофер Робин, — сказал Иа, толкнув Ру и Пятачка и усаживаясь. — Мы одни?
— Да, — сказал Кристофер Робин, слегка улыбаясь.
Безотлагательно взяв 4 новых стика сахара, я положил их перед мужчиной за 14-м столом на то же самое блюдце, с которого были украдены предшественники.
Женщины с 13-го следили за моими движениями, а я уследил, что они следили за моими движениями.
Тогда я подвинул блюдце со стиками сахара как можно дальше от 13-го стола - вплотную к противоположному краю 14-го стола, чтоб они уже никак не смогли дотянуться. Женщины, увидев этот мув, рассмеялись, но не как смеётся человек, когда ему смешно, а с вызовом.
Доев омлет, «вторая» женщина заказала маленький капучино в стаканчике to go. Когда я ей его подал, она попросила принести шесть стиков сахара. Я принёс и встал рядом посмотреть, как она их положит в сумку.
Вскоре после этого счастливые обладательницы двух десятков стиков сахарного песку стали одеваться, и тут произошло непредвиденное - «вторая» женщина, которая просила сперва десять, а потом шесть стиков, уже будучи одетой, наклонилась к мужчине с 14-го и что-то проговорила, и тот что-то процедил в ответ, и женщина сцапала те самые 4 стика сахара, которые я подвинул к краю.
Разумеется, они тоже оказались в сумке, но перед этим женщина обернулась к своей подруге и с торжествующим видом продемонстрировала ей добыщу.
- Она сияла.
Мне даже показалось, что она победно потрясла кулаком с зажатыми в нём стиками - точь-в-точь как Гарри в первом фильме, когда поймал напоминалку Невилла.
Когда они ушли, я вновь заботливо пополнил запас сахара для нашего гостя, но он к стикам уже… эта… не притронулся, не притронулся.
