Разговоры о смерти всегда пугали человечество, но куда сильнее кровь застывала в жилах от одного лишь взгляда на тех, кто был её верным слугой.
В Османской империи палачи были кастой отверженных: их боялись и проклинали настолько, что остракизму они подвергались не только при жизни, но и после нее. Даже сегодня, гуляя по Стамбулу, вы можете буквально наступить на историю, о которой молчат путеводители.
Проклятые кладбища
Мало кто из туристов, любующихся видом на Золотой Рог из знаменитой кофейни Пьера Лоти в районе Эйюп, знает, что они стоят на месте «проклятого кладбища». Раньше здесь были сотни могил палачей, но сегодня их осталось всего восемь или девять. Остальные ушли под фундаменты многоквартирных домов и детских площадок. Современные дети играют среди надгробий, не подозревая, чей покой они тревожат.
Второе подобное место находилось в окрестностях Кривых валов, спускающихся от Эдирнекапы к Айвансараю. Об этом кладбище ходили дурные легенды: говорили, что над ним не летают птицы, а караваны обходят его стороной. Местные жители боялись прикасаться к этим камням даже днем, веря в родовое проклятие. Рассказывали, что семья одного из тех, кто рискнул прикоснуться к надгробию, умерла от неизвестной болезни всего за неделю.
На этих могилах никогда не писали имен. Это делалось не из милосердия к убийце, а чтобы защитить его семью. Родственники палачей жили в тени, скрывая свое происхождение, чтобы избежать мести со стороны близких казненных вельмож и не стать изгоями в обществе.
Дильсизы: немые тени «Великолепного века»
Первые стандарты этой мрачной службы закладывались еще при Сулеймане Кануни. Тогда элиту корпуса составляли «дильсизы» — безъязыкие слуги. Им специально подрезали языки, чтобы они не могли выдать предсмертных откровений великих вельмож. Именно такие немые тени ворвались в покои Паргалы Ибрагима-паши в марте 1536 года. Между визирем и четырьмя палачами завязалась яростная схватка — следы крови на стенах Топкапы султан приказал не смывать годами, как символ падения своего лучшего друга.
Кровавый фонтан и «памятные камни»
Если вы окажетесь в первом дворе дворца Топкапы, обратите внимание на неприметный фонтан. Сотни людей проходят мимо него ежедневно, не зная его истинного названия — Фонтан Палачей (Cellat Çeşmesi). Именно здесь мастера смерти мыли свои окровавленные руки и топоры после казни.
Раньше по бокам от него стояли «памятные камни» — специальные постаменты, на которые выставляли отрубленные головы. Лишь в XIX веке, в правление султана Абдул-Меджида, эти камни закопали в землю, пытаясь стереть память о жестоких традициях, а сам институт палачей был распущен в период реформ Танзимата. Но ниши в первых воротах дворца, где головы казненных выставлялись на три дня на всеобщее обозрение (иногда сотнями!), сохранились до сих пор.
Мёд, серебро и две могилы
Способы казни в империи были строго регламентированы. Кровь Османов считалась священной, поэтому султанов и шехзаде душили тетивой лука или шелковым шнурком.
Самая черная дата в истории дворца — 28 января 1595 года, когда немые палачи за одну ночь задушили 19 братьев султана Мехмеда III. На утро из ворот вынесли 19 драгоценных гробов. Этот ужас прекратил лишь Ахмед I, отменив закон о братоубийстве.
Для тех, кто не принадлежал к семье султана, предназначался топор. Если высокопоставленного чиновника казнили в далекой провинции, его голову нужно было доставить султану как доказательство. Чтобы она не испортилась в долгом пути, её клали в торбу с медом. Именно так в Стамбул на серебряном подносе прибыла голова Мерзифонлу Кара Мустафы-паши, провалившего осаду Вены. Из-за этого у многих вельмож по две могилы: тело покоится в месте казни, а голова — в столице (или брошена в море).
Доход на крови и легенда о Черном Али
Быть палачом было выгодно. Одежда, деньги и личные вещи казненного по закону переходили в собственность исполнителя. Палач мог выбросить тело в Босфор или продать его родственникам за огромные деньги для достойного погребения.
Самым известным в этой касте стал Кара Али (Черный Али). Смуглый гигант, вероятно цыганского происхождения, он был настоящим виртуозом смерти. Даже в лютые морозы он работал с обнаженной грудью и засученными рукавами. Али служил при пяти султанах, и через его руки прошли сотни пашей и тысячи простых смертных. Он никогда не спрашивал имен своих жертв. Лишь однажды его железная воля дала сбой — когда ему приказали казнить султана Ибрагима I. Али плакал и отказывался, пока его не принудили силой. Говорят, после этого он ушел в дервиши, пытаясь отмолить свои грехи на том самом кладбище в Эйюпе.
Но это, скорее, исключение. В реальной истории немые палачи-дильсизы не знали жалости. Но в моем романе «Хюррем. Вторая жизнь» всё иначе. Хюррем получает шанс изменить историю. Сможет ли она спасти своего сына Баязида и его маленьких сыновей от шелковых шнурков? Начало романа читайте ЗДЕСЬ.
А если вам понравилась статья, не забудьте поставить лайк и подписаться на канал, чтобы не пропустить новые интересные материалы!