«Его напарник не выплыл»: Кровавое утро на Москве-реке — речной трамвай буквально перемолол гребцов. Трагедия произошла сегодня в 8 утра.
08:00 утра. Москва просыпается. Кто-то спешит на работу, кто-то ведет детей в садик, а двое мужчин — подтянутые, сильные, в расцвете сил — садятся в узкую спортивную лодку. Академическая гребля. Красиво, благородно, по-олимпийски. Они делают это каждое утро перед работой.
Они не знали, что это утро станет для них последним.
Уже в 08:05 в районе причала «Парк Фили» их лодку, хрупкую, как спичка, настигает махина речного трамвая. Удар. Треск.
Винты. Вода. Кровь.
Телефон одного из спортсменов разрывается от звонка. Трубку берет не муж. Чужой голос что-то говорит про больницу, про лодку, про трамвай. Она несется в Фили, надеясь на чудо.
— Они плыли на лодке для академической гребли... Муж пошел на тренировку, — рыдает она. — Сказал, что его напарник не выплыл. Он сам смог выплыть, а тот нет...
Вы понимаете, что это значит? Два друга. Два мужа. Два отца. Один сейчас в реанимации в состоянии глубочайшего шока — он жив, но видел, как его товарища затянуло под винты. Второго... Второго ищут до сих пор. Спасатели прочесывают акваторию, но...
Капитаны речных трамваев — это настоящие "речные волки". Они знают реку, как свою квартиру. Как можно было не заметить яркую спортивную лодку? Как можно было вот так, по-живодерски, въехать в людей?
Очевидцы, которые гуляли по набережной в Филях в этот час, до сих пор не могут прийти в себя. Картина маслом: штиль, утро, гладь воды — и вдруг всплеск, крики и суматоха.
— Я сначала подумал, что они упали, — бормочет пожилой мужчина, который вышел на пробежку. — А потом увидел, что вода стала красной...
Капитан трамвая клянется, что гребцы "будто вынырнули из ниоткуда". Водномоторники кричат о лихачестве рулевого. Но легче от этого не становится.
Мы сидим в теплых квартирах, пьем чай и думаем, что беда обойдет стороной.
— Я запрещу мужу даже близко подходить к воде, — говорит моя соседка, увидев новости по ТВ.
— А мой внук в секцию гребли ходит, — вторит ей подруга. — Что теперь, забирать?
А давайте честно? Никакая секция, никакая тренировка не стоит жизни. Винты речного трамвая не разбирают, кто перед ними — олимпийский чемпион или простой любитель.
Следователи сейчас поднимают документы. Будут проверять и капитана, и диспетчеров, и техническое состояние судна. Но нам-то что с этого?
Нам нужно понять одну простую вещь: вода ошибок не прощает.