Что такое автобусный «заяц» знает, наверное, каждый. «Зайцы», как явление, были во все времена и на всех видах транспорта. С самого появления общедоступных пассажирских перевозок существовали люди, пытавшиеся проникнуть на тот или иной транспорт в обход установленных правил. Не важно, будь то конный экипаж или пассажирский поезд. Естественно, безбилетники проникали и на морские суда. Их с переменным успехом отлавливали, наказывали, но полностью изжить это явление так и не удалось. Но. Одно дело протиснуться в час пик в переполненный автобус, а совсем другое просочиться на борт атомной подводной лодки. Мало того, что эти корабли всегда охранялись с особым тщанием, так и укрыться там негде. Однако это только на первый взгляд. С появлением подводного флота появился и новый вид «зайцев» – подводный. Мы познакомим вас с двумя такими историями.
Вслед за непреодолимым желанием
Первый наш герой Валерий Владимирович Кисеев, преподаватель северодвинского технического колледжа, капитан 1 ранга в отставке. Совершенно удивительный человек, потрясающий рассказчик и вместе с тем опытный и уважаемый подводник. Всю жизнь он посвятил подводному флоту. В судьбе Валерия Владимировича были все поколения отечественных подлодок. Начиная с дизель-электрических «малюток» и заканчивая исполином проекта 941, так называемой «Акулой».
– Я поступил в военно-морское училище после окончания средней школы, в 1961 году. Тогда по приказу Главнокомандующего все поступившие в училища ВМФ должны были пройти кандидатский стаж, то есть прослужить целый год срочную службу на кораблях. В моем случае (поскольку мы готовились в подводники) надо было пройти службу на подводной лодке. Я попал на «малютку», в Балаклаву под Севастополь. Экипаж был всего 37 человек вместе с офицерами. Причем служили с нами матросы, которых задержали в связи с карибским кризисом на целый год, не увольняли. В мае, после Дня Победы, корабль с курсантами выходил на боевую службу. Но меня и двоих моих товарищей не брали в море. Наша задача была только загрузить продукты, выйти из лодки и остаться на берегу. Мой отец был подводником, и с детства у меня была мечта, непреодолимое желание понять, что такое море. А потому я, загрузив продукты, спрятался в подводной лодке, в выгородке среднего дизеля. Хорошо, что дизель тогда не опускали, потому что при работе дизеля выхлопные газы попадают в выгородку и мой поступок мог бы трагично закончиться. Мы бы сегодня уже не разговаривали. Когда по трансляции объявили «прошли боны», я вышел из выгородки. Меня увидел старшина команды мотористов мичман Рудь. Он мне рассказал все, что знает обо мне, и даже то, чего не знает. На разных языках. Со сленгом определенным. Чему я просто обрадовался. Он тоже обрадовался. Поскольку взял меня за шиворот и повел в центральный пост. Сейчас я, говорит, командиру тебя приведу. Командиром был Валентин Васильев, капитан третьего ранга. Он, увидев меня, еще больше обрадовался, еще больше рассказал. Так что я познал военно-морские слова всякие, нормативные и даже ненормативные в свои семнадцать лет. Вышли мы на рейд Балаклавы, напротив Золотого пляжа. Май, тепло. Васильев говорит: «Сейчас я Вас выброшу за борт, и Вы поплывете, наверное». Я говорю: «Я доплыву». «Почему доплывете?» А я говорю: «Я мастер спорта по плаванию». Не может быть. Может. Он меня не выбросил, поставил меня рабочим по камбузу. Таким образом, я с семи утра до одиннадцати чистил картошку, готовил вместе с коком обеды, завтраки и ужины. И еще с нуля часов до четырех нес боцманскую вахту с боцманом на мостике. Смотрел на черноморские звезды, любовался морем… Хорошая практика была.
«Какой заяц?! Да он же лев!»
Наверное, самый известный подводный «заяц» появился на борту первой отечественной АПЛ К-3. Летом 1962 года наш атомный первенец впервые в СССР отправился покорять крайнюю точку земного шара. Естественно, предпоходовая подготовка была весьма напряженной и на борту народу работало много. Был среди них и прикомандированный с другого корабля матрос Владимир Резник. По официальной версии его «забыли» в трюме, а когда он «нашелся», корабль был уже далеко в море. Он наравне с остальными членами экипажа «стойко переносил все тяготы и лишения» и наравне со всеми был отпущен «на берег» поиграть в футбол, когда АПЛ дошла до Северного полюса. Заминка вышла по прибытии в базу, когда подводный крейсер приехал встречать первый секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущёв. Весь экипаж был представлен к высоким наградам, а Резник, естественно, в этом списке отсутствовал. Пока Никита Сергеевич вручал награды лично каждому участнику похода и жал руки, Резник скромно стоял в стороне. Позже на борту эсминца состоялся праздничный обед, куда были приглашены командир похода, командир К-3 и командир БЧ-5 корабля. К слову, все трое были удостоены звания Героя Советского Союза. Как вспоминают подводники, там, как водится, выпили, и командир решился сообщить Хрущёву о «сверхнормативном» подводнике. «Какой заяц?! Да он же лев!» Никита Сергеевич, улыбаясь, обратился к помощнику: «Ну что, боярин, найдется лишняя медалька?» Владимир Резник был награжден медалью «За отвагу». Говорят, только министр обороны Родион Малиновский был крайне недоволен подобным нарушением флотской дисциплины, но «победителей не судят».
Вот такие истории. Их только две, известные нам. Казалось бы: военная служба, боевой корабль, да не просто корабль – подводная лодка! Все строго регламентировано. В мозгу человека, имеющего касательство к подобным категориям, просто биологически не может возникнуть мысль о нарушении существующего порядка. Ан нет! В русском флоте обязательно найдется кто-нибудь, неподвластный сухой букве устава, и, как говорится, и мир от супостата защитит, и княжну в жены возьмет!
Материал был опубликован в журнале «Завод» №2 (2017 год)
Автор — Максим Воркунков.
