Когда смотришь на Славу Копейкина в интервью или на съёмках, кажется, что этот парень родился с улыбкой на лице. Общительный, лёгкий, свой в доску. Таким его запомнили миллионы зрителей после выхода нашумевшего «Слова пацана», где он сыграл Турбо.
Но за этой улыбкой — годы, о которых он вспоминать не любит. Голодное студенчество, когда приходилось воровать еду, чтобы не умереть с голоду. Год тяжёлой депрессии, когда он запивал её алкоголем и смотрел на себя в зеркало сквозь слёзы. Антидепрессанты, психологи и обещание самому себе: «Дотерпи до диплома, а потом разберёшься».
Сейчас ему 27. Он знаменит, востребован, у него миллионы поклонников. Но по ночам он часто сидит один в пустой квартире и не знает, куда себя деть. Потому что слава — это не только овации. Это ещё и чудовищное одиночество.
Деревенское детство и школа, где он остался на второй год
Слава Копейкин родился в Москве, но настоящей жизнью, по его собственному признанию, пахнет не в столице, а в деревне у бабушки. Туда его отправляли на всё лето, и это было лучшее время.
Отец учил сына всему, что должен уметь мужчина. Не для галочки, а по-настоящему: забить птицу, починить мебель, ловко орудовать топором, развести костёр, приготовить ужин. Сейчас Слава с благодарностью вспоминает эти уроки. Говорит, что именно там, в деревне, он понял: каждый человек должен быть на своём месте и делать своё дело. И никакой городской суете это не заменить.
Но как только Слава возвращался в город и садился за парту, случалась метаморфоза. Из ответственного деревенского парня он превращался в отчаянного лентяя. Учиться не хотелось категорически. Двойки, тройки, замечания в дневнике — обычное дело. Апофеозом стал шестой класс, когда его оставили на второй год.
Казалось бы, тупик. Но в то же самое время, когда сверстники корпели над учебниками, Слава самостоятельно осваивал гитару и аккордеон. Позже, уже в институте, добавится саксофон. Вот такой парадокс: в школе — двоечник, а в музыке — самородок.
Обещание отцу, которое пришлось выполнять любой ценой
К окончанию школы Слава понял одну важную вещь: он хочет на сцену. Не просто хочет, а прям физически чувствует, что это его. Поступить в театральный — звучало как фантастика для парня, который с трудом переползал из класса в класс.
Отец, когда услышал о таком решении, сначала не поверил. Думал, шутит. Но когда понял, что сын настроен серьёзно, поддержал. Хотя время было тяжёлое: отец серьёзно заболел, мать осталась без работы. Денег в семье не было от слова «совсем».
И тогда восемнадцатилетний Слава дал себе и родителям слово: он станет знаменитым. Он заработает столько, что решит все финансовые проблемы раз и навсегда. Он вытащит семью из этой ямы.
Сейчас, оглядываясь назад, он понимает, насколько самонадеянно это звучало. Но тогда это была единственная соломинка, за которую можно было ухватиться.
Кражи в супермаркете и три попытки поступить в ГИТИС
Сначала Слава поступил в Институт современного искусства (ИСИ). Учился два года, но понял: не то. Нужен ГИТИС. Вот только поступить туда с первого раза не вышло. Ни со второго. Только с третьей попытки его взяли.
Всё это время семья жила впроголодь. Стипендия — копейки, подработки находились не всегда. И Слава пошёл на то, что до сих пор вспоминает со стыдом, но без чего не выжил бы. Он воровал еду в магазинах.
Нет, не дорогие деликатесы. Самые простые продукты: хлеб, молоко, крупы. То, что можно съесть или сварить. Карманы куртки, рюкзак, сумка — всё шло в ход. Он не гордится этим, но и не делает из этого трагедии. Просто факт биографии: чтобы выжить в 90-е и нулевые, многие шли на такие шаги.
Год в депрессии: алкоголь, зеркало и слёзы
В ГИТИСе Слава повзрослел. Но вместе со взрослением пришла и другая беда. Он перестал принимать собственную внешность. Постоянно казалось, что он недостаточно хорош, недостаточно красив, недостаточно талантлив. Самобичевание стало привычкой.
А потом накрыло по-настоящему. Депрессия, которая длилась целый год. Тогда он начал пить. Не по праздникам, не для веселья, а чтобы забыться. Чтобы перестать чувствовать эту бесконечную боль от себя самого.
— Я мог просто стоять перед зеркалом и плакать, — признаётся актёр. — Потому что не видел выхода. Потому что устал от себя до такой степени, что не мог дышать.
Но где-то на дне этого отчаяния он сумел договориться с собой. Поставил условие: до получения диплома можно делать что угодно — пить, страдать, ненавидеть себя. Но сразу после окончания вуза он обязан обратиться к врачу.
Слово он сдержал. Едва получив диплом, Слава завязал с алкоголем и записался к психологу. Пил антидепрессанты, учился проживать эмоции без допинга, разбирался в себе. Это был долгий и трудный путь, но он его прошёл.
«Пролетая над гнездом кукушки» и насилие на сцене
После института Копейкин пришёл в труппу РАМТа. Казалось бы, вот оно, счастье. Но и тут поджидала ловушка. Его первый серьёзный спектакль — «Пролетая над гнездом кукушки» — оказался травматичным.
Материал сам по себе тяжёлый, психика и так была на пределе. Но режиссёр выбрал особый метод работы: добиваться нужной эмоции через насилие над актёром. Что именно происходило на репетициях, Слава не рассказывает, но после этого опыта он надолго потерял желание выходить на сцену. В 2023 году он ушёл из театра и пока не готов возвращаться.
— Сцена теперь пугает, — честно говорит он. — Слишком тяжёлый опыт.
«Слово пацана» и мгновенная слава
В кино Копейкин начал сниматься давно, но всё это были эпизоды, безымянные персонажи, роли второго плана. Он не гнушался никакой работы, потому что каждая съёмка — это опыт, это знакомства, это шаг вперёд.
Но настоящий прорыв случился после кастинга в сериал «Слово пацана». Он пришёл, показал себя и получил роль Турбо — одного из главных персонажей. После премьеры Слава проснулся знаменитым.
И тут случилось то, чего он боялся больше всего. Звёздная болезнь? Нет, не про него. Он специально советовался с агентом, как выстроить ценовую политику. Решили поднять гонорар, но всего в два раза. При том, что многие актёры его уровня берут гораздо больше.
— Лучше я буду сниматься много и часто, чем задеру цену и останусь без работы, — объясняет Копейкин. — Мне важно быть востребованным, а не богатым.
Сейчас в его фильмографии уже несколько громких проектов. Два сезона сериала «Дети перемен», фильм «Красавица» о блокадном Ленинграде, где он сыграл старшину Никиту Светлова, и ещё несколько картин в производстве.
Обещание, которое он сдержал
Самое главное для Славы — он выполнил то обещание, которое дал в восемнадцать лет. Отец по его настоянию уволился с работы и теперь занимается здоровьем. Мать тоже может не думать о деньгах. Семья наконец-то выдохнула.
Но сам Слава выдохнуть не может. Потому что работа идёт нон-стоп. Съёмки, переезды, снова съёмки. Дома он бывает редко, а когда бывает — сидит один.
Роман с Яной Енжаевой и снова одиночество
С личной жизнью у Копейина, как у многих актёров, всё сложно. Он признаётся, что всегда был влюбчивым. Мог в двадцать лет очароваться девушкой с первого взгляда, а через месяц понять, что ошибся. Но никогда никому не изменял — уходил только после того, как заканчивались старые отношения.
Долгое время ему удавалось скрывать личную жизнь от прессы. Но когда у него завязался роман с актрисой Яной Енжаевой, скрыть это было невозможно. Они оба публичные люди, их постоянно видели вместе на премьерах, держащимися за руки, целующимися прямо на красной дорожке.
Поклонники были в восторге. Казалось, вот она, идеальная пара. Но спустя чуть больше года отношения сошли на нет. Без громких заявлений, без взаимных обвинений, без трогательных постов «мы остаёмся друзьями». Просто закончились.
Сейчас сердце Славы свободно. Он ждёт новую любовь, но не гонится за ней. Говорит, что для него главное — найти того самого человека, с которым можно быть собой. Без масок, без ролей, без игры.
Парадокс цифровой эпохи
И тут начинается самое грустное. При миллионах поклонников, при тысячах комплиментов в соцсетях, при постоянном внимании — Слава Копейкин чувствует себя одиноким.
— В телефоне я классный, меня любят, а по факту я сижу дома один, — с горечью говорит он.
Единственное живое существо, которое всегда ждёт, — собака Мирра, очаровательный мопс. Но сейчас она живёт с родителями, потому что Слава слишком занят на съёмках, а собаке нужно не только еда и прогулки, но ещё и внимание. Которого у хозяина нет.
Планы на будущее и страх тридцатилетия
В свои 27 Слава Копейкин точно знает, чего хочет. Он планирует купить квартиру в Москве — своё жильё, своё пространство. Мечтает сняться в проекте уровня «Очень странных дел», который сам обожает. И твёрдо решил: до тридцати лет ни семьи, ни детей. Сначала нужно встать на ноги, разобраться в себе, понять, кто ты и чего стоишь.
Но при этом он видит себя в будущем хорошим мужем и отцом. Просто не сейчас.
Искусство против одиночества
Самое важное, что вынес Слава из всего пережитого: искусство существует для того, чтобы человек не чувствовал себя одиноким.
— Каждую свою роль я стараюсь играть с позиции любви, — говорит он. — Потому что если не любить, то зачем всё это?
И в этом, наверное, главный секрет его обаяния. Зритель чувствует эту любовь, эту искренность, эту боль, которая спрятана за улыбкой. И тянется к нему. Даже если сам Слава об этом не догадывается.
Его история — не про то, как всё плохо. И не про то, как всё хорошо. Она про другое: про путь. Про то, что можно воровать еду в супермаркетах, а через десять лет собирать стадионы. Можно год пить и плакать перед зеркалом, а потом вылезти из этой ямы и стать кумиром миллионов. Можно быть безумно популярным и при этом совершенно одиноким.
Как думаете, одиночество — это плата за успех или просто особенность поколения, которое разучилось общаться вживую?