В Советском Союзе иногда можно было понять, что в магазине появилось что-то необычное, просто по длине очереди у входа. Если люди стояли у дверей продуктового и терпеливо ждали — значит, внутри точно «выбросили» что-то редкое.
Однажды я шёл по улице после работы и увидел именно такую очередь. Человек двадцать стояли у входа в магазин, кто-то тихо разговаривал, кто-то просто ждал.
Я остановился, посмотрел и… встал в конец очереди.
Тогда это казалось вполне обычным делом. Если есть очередь — значит, товар стоящий. А что именно продают, часто узнавали уже потом.
Через минуту я спросил у женщины впереди:
— За чем стоим?
Она пожала плечами и сказала:
— Да сама толком не знаю. Просто все стоят.
Такая ситуация тоже была привычной. Информация в очереди передавалась медленно, как по цепочке. Люди переговаривались, спрашивали у соседей, а новости постепенно доходили до конца.
Минут через пять до нас дошёл слух: в магазин привезли консервированные ананасы.
Я их тогда никогда не пробовал. Честно говоря, даже толком не представлял, какие они на вкус. Ананасы мы видели разве что на картинках или в редких журналах.
Но сама мысль показалась интересной. Захотелось принести домой что-то необычное, порадовать семью.
Очередь двигалась медленно, но всё же двигалась. Люди стояли спокойно, разговаривали о работе, о новостях, кто-то обсуждал цены. В те времена час в очереди никого особенно не удивлял.
В итоге я простоял меньше часа и подошёл к кассе.
Продавщица быстро пробивала банки и почти без эмоций сказала:
— В одни руки — не больше пяти.
Я на секунду задумался. С одной стороны, пять банок — это много. С другой — кто знает, когда такие ананасы снова появятся.
В итоге решил не мелочиться и взял все пять.
Продавщица поставила банки в сетку-авоську, я расплатился и пошёл домой.
Дома поставил покупку на стол. Жена сначала даже не сразу поняла, что это.
Посмотрела на банки, прочитала этикетку и удивилась:
— Ананасы?
Для нас это была почти экзотика.
Сын сразу заинтересовался. Мы открыли одну банку и аккуратно выложили кусочки на тарелку.
Первый кусок попробовали осторожно. Вкус оказался совсем непривычным — сладкий, сочный, с лёгким пощипыванием на языке. Ничего похожего мы раньше не ели.
Мы сидели за столом и пробовали ананасы понемногу, не спеша, будто растягивали этот редкий момент.
А потом жена тихо спросила:
— Слушай, а зачем ты всё-таки взял пять банок?
Я задумался и понял, что сам толком не могу ответить.
Наверное, просто потому, что тогда в очередях иногда покупали не только товар. Иногда покупали редкую возможность попробовать что-то новое.