Мы прожили вместе шесть лет. Я думал, что знаю её до миллиметра. Знал, как она морщит нос, когда недовольна. Знал, что она никогда не ест после шести. Знал, что она боится грозы. Знал, что она не способна на предательство. Оказалось, я ничего не знал.
В тот день с утра зарядил дождь. Ливень стеной, каких давно не было. Она уехала на работу утром, я работал из дома. Вечером я позвонил: «Как ты? Вызвать такси?» Она ответила: «Не надо, меня коллега подбросит, мы вместе проект делаем, ему по пути». Я сказал: «Хорошо, тогда я начну ужин».
Я готовил её любимое блюдо. Пасту с морепродуктами. Она обожала, когда я встречал её с ужином. Я накрыл стол, зажёг свечи. Ждал.
Время шло. Час, полтора. Я позвонил — трубка не брала. Написал — прочитано, молчание. Я подумал: может, пробки, может, разрядился телефон. Сел смотреть телевизор, но не мог усидеть на месте.
В какой-то момент я решил выйти в магазин за хлебом. Вышел под дождь, добежал до ларька, купил батон. И на обратном пути, проходя мимо двора, увидел машину. Чужую, незнакомую. Она стояла у нашего подъезда. И в ней сидела моя жена.
Я остановился. Дождь хлестал по лицу, но я не чувствовал. Я смотрел, как они разговаривают в салоне. Как он наклоняется к ней. Как она смеётся. Как он кладёт руку на её плечо. Как она не убирает.
Я стоял и смотрел. Минуту, две, пять. Потом дверца открылась, она вышла. Он вышел следом. Они стояли под козырьком подъезда, и она поправляла ему воротник. Так, как поправляла когда-то мне. Потом он поцеловал её. Не в щёку. В губы. Не быстро. Долго. По-настоящему.
Я не вышел из тени. Я просто стоял под дождём и смотрел. Потом он уехал. Она зашла в подъезд. Я постоял ещё немного и зашёл следом.
Дома она удивилась: «Ты мокрый, где был?» Я сказал: «За хлебом вышел, дождь застал». Она кивнула, поцеловала меня в щёку и пошла в душ. Я смотрел на пасту, которая давно остыла, на свечи, которые догорели, и думал: «Что сейчас было? Может, мне показалось? Может, это не она?»
Я не спал всю ночь. Лежал рядом с ней, смотрел на потолок и слушал её дыхание. Спокойное, ровное. Она спала сном человека, у которого чистая совесть. А у меня внутри всё горело.
Утром я спросил: «Кто тебя вчера подвозил?» Она ответила, не моргнув глазом: «Олег, с работы. У него машина, ему по пути, мы же вместе проект делаем». Я спросил: «Вы давно вместе работаете?» Она: «Месяца три. А что?» Я: «Ничего. Просто спросил».
Я не сказал ей, что видел. Не знаю почему. Наверное, боялся, что если скажу — всё рухнет. А я не был готов рушить. Я надеялся, что это была случайность. Что она сама остановится. Что это пройдёт.
Не прошло.
Через месяц она сказала: «Нам надо поговорить». Я сразу понял. Садись, говорит. Я люблю другого. Прости, если можешь. Я спросил: «Это Олег?» Она удивилась: «Откуда ты знаешь?» Я сказал: «Я видел вас тогда, под дождём». Она замолчала. Потом спросила: «И ты молчал?» Я ответил: «Да». Она заплакала. Я не плакал.
Мы развелись. Она ушла к нему. Через год они поженились. Я остался один в нашей квартире, где всё напоминало о ней. Даже запах её духов ещё держался на подушках.
Я часто думаю: а если бы я вышел тогда из тени? Если бы подошёл, если бы сказал? Изменило бы это что-то? Наверное, нет. Если человек решил уйти, его не остановишь. Ты можешь только стоять под дождём и смотреть, как он уходит.