Катя Полякова решила открыть кофейню. В конце концов, почему нужно всю жизнь работать на одном и том же месте – преподавать в музыкальной школе? Катя помнила анекдот: «Учительница – это та женщина, которая когда-то думала, что любит детей». Катя раньше любила музыку. Теперь любые звуки раздражали ее так, что, приходя домой, она накрывала подушкой будильник – он слишком громко тикал. И если бы рядом играл на скрипке кто-то из известных музыкантов – Катя отобрала бы у него скрипку. Будильник или Вивальди – это ей было всё равно.
Знакомая Кати – врач гинеколог – стала заведующей библиотекой. Другой чиновнице надоела ее должность – и она попросила у любовника «какой-нибудь портфельчик». Ее дали руководить краеведческим музеем. Обычный провинциальный блат.
Катя повесила на стену гитару и арендовала не-пойми-какую-площадь: квартиру на первом этаже, перестроенную под бизнес. Хочешь – офис открывай, хочешь – зубной кабинет, а хочешь – кофейню. Главное – место было классное – напротив парк. Под вечер молодежь оккупировала лавочки. Рассаживалась на спинках, ноги – на сиденья. Совсем юные пацаны и девчонки сидели как воробьи на заборе. Замерзнут – придут пить кофе. Главное – держать такую цену, чтобы не запредел.
Сначала в «Мон шер» заходить боялись – провинциальный городок, рестораны тут водились только при советской власти, чтобы трудовым коллективам было, где отмечать праздники. А к кафе народ относился с опаской – дорого. Потом кто-то разнюхал, разведал – и народ пошел. Доходило уже до того, что Катя косо смотрела на какого-нибудь юнца, пристроившегося в уголке с ноутбуком. Он может работать два часа, а заказал только чашку кофе. Меж тем, в кофейню уже заглядывают нетерпеливо – не освободилось ли место.
Каждый день, перед тем, как открыть двери для посетителей, Катя варила чашечку кофе для себя – пробовала разные сорта. Проверяла их на себе. В то утро, наливая эспрессо (Катя следила за фигурой, не добавляла ни молока, ни сахара), она вдруг ощутила необычный аромат. Он не ассоциировался с кофе, в нем была какая-то странная сладость. Будто духи из детства.
«Это брак», - Катя хотела отставить чашку, но она уже успела сделать глоток. Вкус кофе, между тем, не был неприятным. Но…таким же необычным… странным, как и запах. Ничего подобного Катя не пробовала раньше.
Через несколько мгновений голова у нее слегка поплыла. В последние годы Катя следила за своим здоровьем, как кошка за мышью. Ей нельзя было разболеться сильно – кто бы стал за ней ухаживать?
Но сейчас мысль, что она отра вилась – мелькнула и исчезла.
Катя словно мягко опустилась в транс. Погрузилась в него, как в теплую воду. Никогда еще, даже во сне, перед ней так ярко не вставали картины детства. Она будто воочию увидела тех, о ком соскучилась до сердечной боли. Дедушка, который ее вырастил, и заменил ей отца-пья ницу. Ее тихий, интеллигентный дедушка, от которого она унаследовала любовь к музыке. Это не она сейчас сварила себе кофе, это дедушка приготовил ей завтрак, как делал всегда перед тем, как она шла в школу. А вот и бабушка. Она несет из сада букет красных тюльпанов. Бабушка продает цветы, потому что пенсия у нее маленькая, но лучшие - она оставляет для внучки. Тюльпаны прохладные, как весеннее утро.
Катя тряхнула головой. Перед ней была кофейня – теплая, светлая…Детство давно миновало, но Кате позволено было окунуться в него на несколько мгновений. И она ощутила, что прошлое – никуда не ушло, благодаря ему она выросла, оно стало частью ее. Случилось ли это, благодаря причудам памяти, или кофе «помог»?
Катя не стала убирать необычный сорт в дальний ящик. Она не предлагала его никому из посетителей специально, но, когда юная пара заказала именно эспрессо, Катя поставила на стол чашечки, и стала внимательно наблюдать за гостями.
Молодые люди негромко разговаривали, но в какой-то момент девушка коснулась ладонью виска и точно застыла. А потом ее спутник прикрыл глаза и сидел так. Катя притихла за стойкой. Вдруг она ошиблась, и с кофе что-то не так? Она уже собиралась подойти к парочке и заговорить, когда парень с девушкой повели себя, точно в игре «замри-отомри». Они «отмерли»
- Что это было? – спросила девушка.
Парень понял ее с полуслова.
- Не знаю. Я сейчас сидел на той «паре», когда впервые тебя увидел. Ты вошла в аудиторию, в желтом свитере…
- Ты же никогда не помнишь, в чем я одета…
- На тебе был желтый свитер, брошка с желудями, длинная клетчатая юбка и маленькая сумочка в руках. Я еще подумал – как в такой сумке может поместиться тетрадка для лекций? Может, у тебя потрясающая память – и ты все запоминаешь на лету? Меня это не удивило, потому что ты сама была… какая-то удивительная… не как все…
Девушка покачивала головой, точно не в силах была поверить…
- Я могу припомнить каждую деталь. Просто у меня это всё сейчас – перед глазами, - тихо сказал молодой человек, - Но подожди… Ты тоже что-то видела? Что?
- То же самое, - сказала она, - Но я вспомнила, что в тот день опоздала, и очень боялась, что преподаватель меня не пустит. Или скажет что-то язвительное. А я так легко краснею. Я ждала, что вот-вот стану красная как помидор, и все начнут потихоньку хихикать… Мы же все были новенькие, а знаешь, так легко складывается… в группе появляется кто-то типа шута… над кем можно потешаться…И вдруг это будет моя роль… Меня тогда поддержал твой взгляд. Я почему-то поняла, что ты, именно ты, не будешь надо мной смеяться.
Катя поймала себя на том, что невольно прислушивается. Разговор парня и девушки напомнил ей воздух – прозрачный воздух, чуть подрагивающий над костром. Задует ветер, кто-то вмешается – и огонь погаснет. Катя начала расставлять чашки. У нее самой горели щеки.
Через некоторое время парень подошел расплатиться и сказал:
- Волшебное у вас заведение. Мы будем сюда приходить.
Он чуть улыбался. Наверное, ему было неловко от того , что в нем проснулся романтик. Но это поначалу. Потом пройдет. Чего стоит жизнь, если для романтики в ней не остается места?
Катя проверила запасы кофе. «Этого» сорта было не больше и не меньше, чем других. Теперь Катя не сомневалась, что дело в напитке. Но когда зерна закончатся – сможет ли она купить еще таких же? Прежде подобный товар не попадал к ней в руки. Может быть, это то, что приходит один раз в жизни? Приоткрывается дверь между мирами…
Катя позвонила поставщику, спросила – есть ли у него еще?
- Только не говори, что потребуешь у меня деньги назад, - услышала она.
- Ни за что. Я, наоборот, хотела…
- Перезрелые зерна, - не слушая ее, сказал поставщик, - Или, наоборот, недозрелые…Я уже запутался. Товара так много…И сорт этот я не брал раньше. А теперь все на него жалуются.
- На что? – спросила Катя, затаив дыхание.
Она боялась услышать, что от этого кофе у людей начинаются галлю цинации, что он вроде нар котика.
- Невкусный! – в сердцах ответил поставщик, - Сладкая га дость! И с душком!
- Если у тебя еще осталось…я заберу всё. У меня… есть любители.
- Ну, надо же! Знать бы раньше – я бы тебе этот кофе сам завез. А так я его просто…всю партию - к чертям собачьим… Что ж, теперь не буду сильно расстраиваться, если кто-то вернет товар. Сразу отправлю его тебе.
- Да, конечно, - и Катя посмотрела на кофейные зерна, словно это были драгоценные бусины, и она прикидывала – хватит ли их на ожерелье.
Чем ближе к вечеру, тем больше будет посетителей.
Обычно закупленного товара Кате хватало недели на две. Но Катя знала, что с этим сортом поступит иначе. Зерна предназначены тем, кто сидит за столиком, погруженный в тяжелые думы. Тем, света белого не видит, уйдя «жить» в свой ноутбук. И той бабушке с палочкой, которая приходит утром, по пятницам, устраивая из посещения кофейни маленький праздник для себя.
А тем, кто забежал на минутку, кто щебечет и смеется, тому хватит и чашки горячего крепкого кофе. Право слово, он тоже отличный.
В последующие дни у Кати было странное чувство. Словно ей дано – почему-то именно ей – почувствовать себя феей.
У нее появились постоянные посетители – верные, как воины, давшие присягу. Катя знала – они будут приходить сюда, пока ее заведение существует. Потому что именно здесь они – может быть впервые – поняли что-то важное для себя, ощутили то облегчение, которое дает возможность жить дальше. А кто-то, наоборот, выпив «странный кофе» больше никогда не появлялся, но Катя знала откуда-то, что у них все хорошо.
…Когда запас подошел к концу, Катя отложила последнюю горсточку зерен – для себя. На тот последний час, когда мечтаешь о встрече с самыми родными, чтобы – не так страшно… Чтобы вместе – радуясь друг другу – шагнуть в Вечность.
Коробка была пуста. Но кофейня «Мон шер» уже считалась в народе волшебной.
Так считают и до сих пор.