— Марин, ну где мои серые плавки?
Я же просил их постирать еще во вторник! — голос Кости из спальни звучал раздраженно и требовательно. Раздался звук выдвигаемых ящиков комода.
— Тут только черные!
Марина стояла в коридоре с пляжной сумкой в руках. В сумке лежали новый купальник, купленный вчера на вечерней распродаже, два тюбика солнцезащитного крема, шлепанцы и упаковка таблеток от желудка, которые Костя всегда требовал брать в поездки.
— Серые плавки в нижнем ящике комода, Костя, — ровно ответила она, не снимая туфель.
— Постираны и поглажены. Лежат под твоими футболками.
— Не вижу! А, все, нашел. Спрятала так, что фиг найдешь. Даш, ты мой зарядник не брала?
— Пап, у тебя свой есть! — донеслось из ванной сквозь шум воды. — Я свой пауэрбанк вообще найти не могу! Мам! Ты не видела мой розовый аккумулятор? Тот, который с наклейкой?
— На подоконнике на кухне, рядом с микроволновкой, — машинально отозвалась Марина.
Она так и не разулась. Смотрела на огромный пластиковый чемодан мужа, который занимал половину тесной прихожей. Рядом стояла пухлая розовая сумка дочери. Две единицы багажа.
Двадцать минут назад она прибежала с работы пораньше. Специально отпросилась у начальницы, не пошла на обед, чтобы успеть помочь семье собраться. У них был вылет в восемь вечера. Дорога до аэропорта, регистрация, вечерние пробки — выезжать нужно было с минуты на минуту.
Костя вышел в коридор. На нем были новые светлые шорты и футболка с пальмами, которую Марина выкупила вчера в пункте выдачи. Живот мужа слегка нависал над ремнем. В руках он вертел телефон, то и дело поглядывая на экран.
— Так, такси подъезжает. Три минуты показывает, — скомандовал он.
— Марин, ты кота кормить не забывай. Ему сухой корм я на верхнюю полку убрал. И лоток меняй каждый день, а то провоняет вся квартира к нашему приезду. И цветы в зале полей, они сохнут.
Марина посмотрела на свою пляжную сумку. На аптечку, торчащую из бокового кармана. Потом на мужа.
— Костя. А где мой чемодан?
Муж замер. Опустил телефон. На его лице появилось то самое выражение скучающего превосходства, которое Марина видела каждый раз, когда просила денег на новые зимние сапоги или на платного стоматолога.
— Какой чемодан, Марин?
— Мой чемодан. Мы едем на море. Месяц назад мы сидели на кухне. Ты бил себя в грудь и кричал, что удачно закрыл проект и оплатишь тур на троих. Я взяла отпуск за свой счет. Я приготовила паспорт. Я купила тебе таблетки.
Из ванной вышла двадцатилетняя Даша. На ней был короткий топ, на ногтях — свежий яркий маникюр, сделанный вчера на деньги, которые Марина перевела ей «на учебники по праву». В одном ухе торчал белый наушник.
— Мам, ну ты чего опять начинаешь? — дочь недовольно закатила глаза и стала запихивать косметичку в рюкзак.
— Мы же с папкой все прикинули и посчитали.
— Что вы прикинули? — голос Марины звучал тихо. Она крепче сжала деревянные ручки пляжной сумки.
— Ну если брать тур на троих, то денег хватает только на дохлую тройку на второй линии. Там даже бассейна нормального нет. А мы хотели нормальную пятерку. С хорошим шведским столом, чтобы коктейли на баре, анимация. Там территория огромная, для фоток локаций полно. Зачем деньги на ветер выкидывать ради клоповника?
Марина перевела взгляд на мужа. Костя избегал смотреть ей в глаза, усердно ковыряя заедающую молнию на своем чемодане.
— Ну ты же все равно плавать не любишь, — наконец выдал он самый гениальный аргумент.
— Зачем деньги тратить впустую? От жары у тебя вечно давление скачет, будешь только таблетки глотать. Просидишь весь отпуск в номере под кондиционером да ныть будешь, что тебе дует.
— Я люблю море, Костя. Я семь лет его не видела. С тех пор, как мы ездили в тот дешевый пансионат.
— Марин, ну проблема на пустом месте! — он раздраженно махнул рукой. — Отдохнешь дома! Выспишься как белый человек. В тишине побудешь, от готовки отдохнешь. Сериалы свои посмотришь спокойно. Нам путевка влетела в кругленькую сумму, не отменять же теперь из-за твоих капризов.
Двадцать лет. Двадцать лет она тянула эту семью на себе.
Ипотеку за эту самую трехкомнатную квартиру они закрывали в основном с ее стабильной зарплаты главного бухгалтера.
Костя вечно находился в поиске «достойного места». То его талант начальник не ценил, то график был неудобный, то коллектив гнилой.
Он перебивался случайными заработками, а холодильник наполняла она. Дашины репетиторы, кружки по рисованию, танцы, потом платный институт — все это тянулось из маминого кошелька.
Марина привыкла экономить на себе до автоматизма. Зимнее пальто носила пятый сезон, отдавая в химчистку. В парикмахерскую ходила к знакомой на дому, потому что в салоне дорого. Все в семью. Все ради того, чтобы у них все было как у людей.
— Пап, таксист пишет, что уже ждет у подъезда, счетчик включил, — Даша поправила лямку рюкзака.
— Мам, не обижайся, ладно? Чего ты надулась? Мы тебе магнитик привезем красивый. И рахат-лукум гранатовый, ты же любишь.
— Даш, проверь зарядки! — скомандовал Костя, подхватывая свой тяжелый чемодан. Колесики противно скрипнули по ламинату, оставляя грязный след.
— Марин, мы погнали. Да, слушай, за квартиру в следующем месяце сама закинь коммуналку и интернет, ладно? Я поиздержался малость перед вылетом, с деньгами впритык.
Он сунул руку в карман легкой ветровки. Достал связку ключей. Покрутил на пальце. Один из них, длинный, с характерной зазубриной, громко звякнул о металлическое кольцо.
— Пока, мам! — дочь чмокнула воздух где-то в районе Марининой щеки, обдав тяжелым запахом сладких духов. — Не скучай тут без нас! Кота гладь!
Дверь с грохотом захлопнулась. Дважды щелкнул замок.
Марина постояла в тишине прихожей. Здесь все еще пахло Костиным одеколоном и суетой сборов. На обувной тумбочке, прямо под большим зеркалом, сиротливо лежала пухлая синяя папка. Костя всегда распечатывал ваучеры, билеты и страховки на бумаге, категорически не доверяя телефонам. В спешке и желании побыстрее сбежать от неудобного разговора он про нее просто забыл.
Марина спокойно разулась. Аккуратно поставила туфли на полку. Взяла свою пляжную сумку, отнесла в спальню и положила на самую нижнюю полку шкафа. Прямо на стопку старых выцветших пододеяльников.
Затем она вернулась в коридор, достала телефон и открыла приложение с объявлениями. Нашла категорию «Ремонт замков и дверей».
— Здравствуйте, — ровно сказала она, когда на том конце ответил хрипловатый мужской голос.
— Мне нужно срочно поменять замки во входной двери. Да, металлическая. Да, прямо сейчас. За срочность доплачу сколько скажете, это не проблема.
Мастер приехал через сорок минут. Это был крепкий молчаливый мужик в рабочем комбинезоне. Он осмотрел дверь, потрогал старую личинку, поцокал языком.
— Хороший у вас замок стоял, хозяйка. Надежный, дорогой. Точно менять будем? Может, ключи потеряли, так я дешевле вариант предложу?
— Точно менять, — ответила Марина. — Поставьте самый сложный из тех, что у вас есть с собой. И чтобы ключи невозможно было скопировать в обычном ларьке.
Мужик понимающе кивнул, достал чемоданчик с инструментами и принялся за работу. Старый механизм с лязгом лег на подстеленную рекламную газетку. Мастер возился долго, сверлил, подгонял детали. Наконец новый, блестящий замок с перфорированными ключами встал на свое место.
— Готово, — мастер вытер руки чистой ветошью и протянул Марине запечатанный пластиковый конверт.
— Распечатывайте сами. Там пять ключей. Никто, кроме вас, их не трогал. Проверяйте, как ходит задвижка.
Марина расплатилась. Сумма вышла приличная, но она перевела деньги на номер телефона мастера не раздумывая. Закрыла за ним дверь на два полных оборота. Щелчок был мягким, уверенным, тяжелым.
Она прошла на кухню. Налила себе стакан холодной фильтрованной воды. Села на табуретку и прислушалась к тишине.
Ждать пришлось недолго. Буквально через двадцать минут за дверью послышался тяжелый, быстрый топот. Кто-то бегом поднимался по лестнице, перепрыгивая через ступеньки и тяжело дыша.
В замочную скважину торопливо ткнулся ключ.
Скрежет. Возня. Недовольное мычание.
Ключ с зазубриной упорно не желал входить в новую личинку.
— Да что за черт, — донесся из подъезда приглушенный железной дверью голос Кости. Он с силой дернул ручку. Еще раз. Металл даже не дрогнул.
Марина сидела на кухне и мелкими глотками пила воду.
Раздался звонок в дверь. Длинный, настойчивый, переходящий в непрерывную истеричную трель. Следом завибрировал телефон на кухонном столе. На экране высветилось «Костик».
Она неторопливо нажала зеленую кнопку.
— Марин, ты дома? — рявкнул муж в трубку, перекрывая гул проезжающих по проспекту машин. — Открой быстро! Я папку с документами на тумбочке оставил, балбес! А замок заел, ключ вообще не лезет! Таксист там ругается матом, мы на рейс опоздаем сейчас!
— Замок не заел, — спокойно сказала Марина.
— В смысле не заел? Открывай давай, я тут прыгаю под дверью! У меня время горит!
— Замок новый, Костя. Мастер только что ушел.
На том конце повисла секундная пауза. Было слышно только, как Костя тяжело и часто дышит в динамик.
— Ты что несешь? — его голос дрогнул, потерял уверенность и пополз вверх.
— Какой еще мастер? Марин, кончай этот цирк, путевки горят! Даша в машине плачет сидит. Вынеси документы быстро, мы потом поговорим!
— Проблема на пустом месте, Костя, — Марина повторила его недавнюю фразу, даже интонацию скопировала идеально.
— Вы же все равно в нормальную пятерку летите. Зачем вам эти бумажки? Там по паспортам заселят без проблем. Базы же сейчас у всех электронные.
— Ты совсем больная?! — сорвался на визг муж. В дверь с силой ударили кулаком. Один раз, потом еще и еще. — Открывай, я сказал! Это и моя квартира тоже! Я тут прописан, я имею право зайти!
— Квартира куплена в браке, но ипотеку выплатила за нее я, — напомнила Марина, глядя на экран смартфона.
— От первой до последней копейки. Пока ты годами искал себя и свой коллектив. Вернетесь с моря — будем делить по закону. Вещи твои и Дашины я соберу в коробки. Заберете потом с участковым.
— Марин, ну ты чего начинаешь?! — в его тоне появилась откровенная паника. Удары в дверь прекратились. — Ну прости за эту путевку! Ну денег реально не хватило на всех, я же как лучше для семьи хотел! Чтобы хоть ребенок нормально отдохнул! Марин, открой дверь! У нас самолет улетит!
На линии раздался щелчок, и пробился второй звонок. Звонила Даша. Марина переключилась на дочь.
— Мама! — истерично закричала Даша в трубку. — Ты что творишь вообще?! Ты издеваешься над нами? Из-за того, что мы тебя в этот клоповник не взяли? Папа там под дверью стоит, таксист чемоданы из багажника выкидывает! Вынеси папку, хватит позориться!
— Учебники по праву не забудь почитать в отпуске, Даша, — ровно ответила Марина.
— Хорошего вам отдыха. Не забудьте на анимацию сходить.
Она сбросила вызов. Зашла в настройки телефона и заблокировала номер Кости. То же самое сделала с номером дочери.
В дверь колотили еще минут пятнадцать. Костя ругался на весь подъезд, обещал выломать дверь вместе с петлями, угрожал полицией, потом начал жалко умолять и просить прощения.
Выходила соседка по площадке, Костя что-то сбивчиво ей объяснял. Марина сидела на табуретке в пустой кухне и слушала, как монотонно гудит старый холодильник.
Вскоре шаги стихли. Хлопнула тяжелая подъездная дверь внизу. Страх окончательно опоздать на рейс и потерять огромные деньги пересилил желание скандалить дальше.
Марина встала. Прошла в прихожую. Взяла с тумбочки синюю папку с ваучерами, повертела ее в руках. Открыла мусорное ведро под раковиной и аккуратно сбросила плотные листы прямо на влажные картофельные очистки.
К концу лета они официально развелись.
Процесс был громким, грязным и изматывающим. Костя нанял дешевого адвоката, пытался отсудить половину квартиры, с пеной у рта делил старую микроволновку и зимнюю резину от машины, которую Марина два года назад покупала в кредит. Свекровь обрывала телефон, крича в трубку про то, что Марина на старости лет сошла с ума и разрушила крепкую семью из-за «какой-то паршивой поездки».
Даша звонила с номеров своих подруг. Обвиняла мать в черством эгоизме, громко плакала и требовала денег на съемную квартиру, потому что «с отцом жить в одной комнате невыносимо, он неудачник и постоянно на меня орет». Марина молча выслушала дочь, посоветовала устроиться работать официанткой и положила трубку.
Она так и не поехала на море в том году. Зато в сентябре впервые за двадцать лет зашла в дорогой бутик в центре города и купила себе шикарное осеннее пальто. Не на распродаже, а из новой коллекции. Записалась к косметологу на полный курс массажа.
Денег почему-то стало хватать абсолютно на все. И тишина в пустой квартире больше не казалась ей тяжелой. Она казалась долгожданной.