Великолепный Санкт-Петербург, тихие дворики старинной Москвы, искренние виды русской провинции, драматичные берега Черного моря и одухотворенная северная природа — все эти бесценные уголки России были запечатлены в великолепных полотнах выдающихся мастеров. Представляем вам экскурсионный план по залам Третьяковской галереи, расположенной в Лаврушинском переулке, где собраны лучшие образцы русской живописи, посвященные красоте нашей Родины.
Василий Поленов. Московский дворик
Из окон московской квартиры, куда Василий Поленов перебрался из Петербурга в 1877 году, открывался завораживающий вид на дворцовый уголок Арбата. Этот дом, находящийся на пересечении Дурновского и Трубниковского переулков, стал источником вдохновения для художника. В одном из своих писем Поленов подробно описал, как возник замысел этюда к знаменитой картине: «В поисках жилья я заметил объявление, зашел посмотреть и тут же, взглянув из окна, увидел этот пейзаж. Я немедленно принялся писать его». Интересно, что созданный в спешке этюд заметно отличался от окончательного произведения; он был вертикальным по формату и не содержал основных персонажей, которые появились на полотне позже.
Сам же арбатский пейзаж передан с поразительной реалистичностью, напоминающей фотографию. В центре композиции художник изобразил Храм Спаса Преображения на Песках, возведенный в 1711 году. На заднем плане угадываются силуэты еще одной церкви — Николая Чудотворца в Плотниках, ныне утраченной. Слева же виден участок дома, принадлежавшего ученому Николаю Баумгартену — пример типичной городской усадьбы с пристройками и прилегающим садом. Скорее всего, именно этот дом и запечатлен на картине Поленова «Бабушкин сад».
«Московский дворик» — это воплощение уходящей Москвы, той, что начала трансформироваться еще при жизни художника. Наступал новый, ХХ век, век промышленности, высотных зданий и стремительного прогресса. На глазах исчезала патриархальная культура столицы, менялся ее облик и привычный уклад жизни. Именно в этом арбатском уголке Поленов сумел передать неповторимый дух Москвы, ее атмосферу тепла, радушия и искренности.
Иван Айвазовский. Черное море (На Черном море начинает разыгрываться буря)
Хотя полотно «Черное море» не столь широко известно, как, например, «Девятый вал» или «Радуга», оно занимает особое место в творчестве Ивана Айвазовского, являясь одним из его наиболее значимых произведений. Иван Крамской, восхищенный этой работой, отмечал: «Это одна из самых грандиозных картин, какие я только знаю. <…> На ней ничего нет, кроме неба и воды, но вода — это океан беспредельный, не бурный, но колыхающийся, суровый, бесконечный, а небо, если возможно, еще бесконечнее». Картина подкупает своей простотой и отсутствием традиционных элементов романтического пейзажа, часто встречающихся у мариниста: нет драматичных сцен гибели кораблей, эффектных молний или ярких лучей света, пронзающих облака. Драматизм достигается исключительно за счет изображения стихии — взволнованных волн и неуспокоенного неба, а строгая линия горизонта подчеркивает необъятность пространства.
Море было не просто темой для Айвазовского, а его родной стихией. Уроженец Феодосии, художник с юных лет наблюдал за морскими явлениями: как переменчивая погода от шторма к штилю, как менялись оттенки и краски морских пейзажей в зависимости от освещения и времени года. Он видел возвращающиеся в порт рыбацкие суда, торговые и военные корабли, понимал сложности жизни моряцкого сословия. Обучавшись в Императорской Академии художеств, а затем путешествуя по Италии, где его работы высоко ценил сам Уильям Тернер, Айвазовский видел мир. Тем не менее, он выбрал местом своего постоянного жительства город детства — Феодосию, где и было создано большинство его шедевров.
Алексей Саврасов. Вид на Кремль в ненастную погоду
Вид на Кремль, запечатленный Алексеем Саврасовым, не сразу узнаваем современным зрителем, поскольку изображает перспективу с места, которое ныне занимает Крымский мост. Этот район был известен как «Бабий городок» благодаря тому, что в XIX столетии местные жительницы использовали его для стирки белья. По одной из версий, название возникло после того, как берег был укреплен сваями, использовалось особое устройство, прозванное народом «бабой». Другая версия, поддержанная историком Василием Татищевым, гласит, что в этом месте несколько сотен женщин героически оборонялись от татарских набегов во времена нашествия Тохтамыша. Сегодня, предположительно, на этом месте располагаются Третьяковская галерея на Крымском Валу и парк «Музейон».
Будучи уроженцем Москвы, Саврасов часто обращался к образам родного города в своем творчестве. Именно такой – московский городской вид середины XIX века – сохранился для нас на представленном полотне. На картине доминирует колокольня Ивана Великого, самое высокое сооружение Кремля. Левее нее виднеется Архангельский собор, а справа – Большой Кремлевский дворец.
Картина была написана Саврасовым в возрасте едва исполнившихся двадцати лет. В это время художник лишь недавно получил аттестат Училища живописи и ваяния, а его произведения уже вызывали одобрение как у педагогов, так и у искусствоведов. Например, Николай Рамазанов в журнале «Москвитянин» высоко оценил работу, отметив, что Саврасов «передал этот момент чрезвычайно верно и жизненно, видишь движение туч и слышишь шум ветвей дерева и замотавшейся травы — быть ливню и грозе — такова картина».
Молодому мастеру удалось с поразительной точностью и поэтичностью передать предгрозовое мгновение: небо затягивают тучи, ветер клонит к земле деревья, а люди спешат укрыться. Это полотно стало ярким образцом романтического пейзажа, в котором юный художник отразил не только состояние природы, но и волнения юношеской души.
Михаил Нестеров. Лисичка
«Своих монахов-простецов Нестеров всегда выводит из келий, из церквей, из монастырских стен — уводит их в лесную глушь и оставляет там одних с их молитвой, лицом к лицу с животворящей природой, наедине с ёлочками да берёзами, а в собеседники даёт им птицу да зверей. (…) Тема эта была постоянной, неотлучной от Нестерова темой — блаженного общения верующего человека с природой», — так писал о живописи Михаила Нестерова русский богослов, литературовед и писатель Сергей Дурылин.
В 1901 году Нестеров побывал в Соловецком монастыре, чтобы окунуться в
атмосферу этого святого места, откуда писал: «Тут много интересного,
много своеобразного, но все это я как бы видел когда-то во сне и передал
в своих первых картинах и некоторых эскизах». К этому времени художник
создал немало картин, посвященных отшельничеству. «Лисичке»
предшествовали такие знаковые полотна, как «Видение отроку Варфоломею» и
«Пустынник».
Нестеров создал пейзаж, раскрывающий красоту русского Севера. Холодный
колорит, тонкое сочетание сероголубых и изумрудных оттенков, создает
впечатление просветленности. Торжественный вид на северные просторы,
открывающийся с холма, созвучен духовному состоянию старцев, обретших на
Соловках свою землю обетованную, свой рай земной, о чем говорит и
первое название картины «На земле мир, в человецех благоволение».
Фёдор Алексеев. Вид Дворцовой набережной от Петропавловской крепости
Картина Фёдора Алексеева «Вид Дворцовой набережной от Петропавловской крепости» запечатлела один из самых живописных петербургских видов. Сегодня этот образ воспринимается как квинтэссенция «Северной Венеции», однако в момент создания произведения Санкт-Петербург был еще юным, стремительно развивающимся мегаполисом. Многие здания, украшающие город, возводились при жизни самого Алексеева, рожденного в 1753 году. Справа в кадре проступает Мраморный дворец, возведенный итальянцем Антонио Ринальди в 1785 году по заказу Екатерины II. За ним следуют дом Барятинских и резиденция адмирала Осипа де Рибаса. На дальнем плане различима знаменитая ограда Летнего сада, спроектированная архитектором Юрием Фельтеном. Слева, на переднем плане, виден фрагмент Петропавловской крепости.
Ученик Академии художеств, сын отставного солдата, Фёдор Алексеев после окончания обучения отправился в Венецию. Там он познакомился с творчеством итальянских мастеров, особое впечатление на него произвели городские пейзажи Джованни Каналетто и Бернардо Белотто. Вернувшись на родину, Алексеев начал создавать не только копии работ итальянских мастеров, но и самобытные петербургские виды. Мастер превратил архитектурную перспективу в полноценный городской пейзаж, за что и был признан основоположником этого жанра.
Петербург в исполнении Алексеева предстает как идеализированный, величественный образ Российской империи. Это город отражений, где пышные фасады дворцов и перламутровые облака растворяются в зеркальной глади Невы. Классическая петербургская архитектура, безмятежная водная стихия и прозрачное небо гармонично сочетаются на полотне. Сходство Петербурга с Венецией, обусловленное сочетанием роскошной архитектуры и воды, у Алексеева обретает особую глубину — неслучайно его прозвали «русским Каналетти». При этом, используя более сдержанную, холодную цветовую палитру, художник мастерски передает атмосферу северной прохлады.
Информация взята из открытых источников.
Ставьте реакции и пишите в комментариях, какие еще картины о России знаете!